Раскаяние - Екатерина Орлова

Слова Дэби не шли из моей головы. Она провожает меня взглядом. Она что-то рисует и пишет на совещаниях. Мне срочно нужен ее блокнот. Как же его достать? Насколько я знал, она запирает его на ключ в ящике своего стола, а у двери в ее кабинет как цепной пес всегда сидит Томас. Нужно было как-то отвлечь их обоих. Но как? В голове крутились мысли одна другой безумнее. Но я должен был попытаться и хотя бы одним глазком взглянуть.

— Дэби, — сказал я в интерком.

— Да, мистер Мун?

— Мне неловко снова заставлять тебя идти ко мне, но у меня есть разговор.

— Иду, босс.

Через три минуты у Дэби уже был план. Нам нужно было осуществить его быстро и сработать без сучка и задоринки. Дэби была чертовым злым гением.

— Дэнни испытал на себе все твои выкрутасы? — я хихикнул.

— О, поверьте, все и даже больше.

Дэби рассмеялась, видимо, вспоминая, в какие именно ситуации они с мужем попадали.

— Все, я пошел.

— С Богом, Джордж.

Это был тот редкий момент, когда Дэби назвала меня по имени. Она старалась всегда вести себя профессионально, но это была внештатная ситуация и мы были сообщниками по преступлению, так что формальности были излишни.

Я вышел к лифту, находящемуся напротив кабинета Розали, и специально громко прошагал, чтобы Томас обратил внимание на мой уход. Он кивнул мне, бросив быстрый взгляд. Я убедился, что он увидел, как я заходил в лифт. Я нажал кнопку и вышел этажом ниже, потом быстро взбежал по ступенькам на свой этаж и тихо вышел в коридор, прислушиваясь к звукам. На нашем этаже было всего шесть кабинетов, включая мой и кабинет Розали. К счастью, ее находился как раз недалеко от лифтов, а от лестницы к ней можно было пробраться по узкому коридору и остаться незамеченным.

Подходя ближе, я услышал суету и возню в своей приемной. Дверь туда была закрыта. Я заглянул в приемную Роуз и убедился, что они убежали по ложной тревоге, поднятой Дэби. Я заскочил в кабинет и подбежал к столу Розали. Открыв ящик, который, к счастью, оказался незапертым, я схватил ее золотой ежедневник. Решив, что для пролистывания и чтения слишком мало времени, я открыл последние исписанные страницы и начал, быстро переворачивая, фотографировать их на телефон.

У меня сильно тряслись руки и колотилось сердце. Я боялся быть застигнутым на месте преступления, но, судя по суете и стонам, исходящим из моего кабинета, Дэби отлично играла свою роль с ложными схватками.

Я закончил фотографировать каждую запись и выскочил в коридор, ведущий к лестнице, буквально за секунду до того, как услышал стук каблуков Розали и ее негромкие разговоры с помощником.

— Я думал, умру, — взволнованно произнес Томас.

— В родах, Том, нет ничего страшного, — спокойно произнесла девушка. — Но я рада, что все обошлось, потому что Деборе еще слишком рано рожать.

— Я думал, что рожу вместе с ней, — Том истерично хохотнул.

Розали залилась смехом, по которому я так скучал. За все три недели совместной работы она ни разу не смеялась. Улыбалась — да, но, как правило, не мне. Ее смеха я не слышал уже больше года. И, несмотря на то что предназначался он не мне, я широко улыбнулся, услышав этот перезвон колокольчиков. Мне захотелось выглянуть из-за угла и полюбоваться на Роуз, но я рисковал выдать себя, так что вместо этого тихонько открыл дверь и бесшумно выскользнул на лестницу.

— Я же говорила, что все получится! — шепотом воскликнула Дэби, вскидывая кулак в воздух. — Да здравствую я!

Она широко улыбнулась, а в глазах плясали бесята. Если бы знал, что она такая авантюристка и лгунья, дважды подумал бы, прежде чем брать ее на должность своего помощника. Но тут самое главное было придерживаться одного правила: быть на стороне Дэборы. В противном случае я рисковал получить под зад.

— Мистер Мун, вам удалось? — спросила она, ерзая от нетерпения.

— Да, Дэбс, спасибо.

— Так вы дадите мне выходной в понедельник?

— Что? Какой выходной? — Я изобразил искреннее недоумение.

— В смысле «какой», босс? В честь того, что я иду узнавать пол ребенка, а потом буду заливаться соком и объедаться мороженым, которое мне проиграет мой муж. Потому что утверждает, что у нас будет мальчик.

— Конечно ты в понедельник будешь свободна, — рассмеялся я. — Я уже договорился с Томасом, что он частично тебя заменит на этот день.

— Прекрасно. Спасибо, босс.

Я зашел в кабинет и только устроился в кресле, собираясь насладиться результатом своей вылазки в кабинет Розали, как Дэби сообщила, что в приемной ждет Нора. А сразу после собеседования мня захватил вихрь совещаний и переговоров, так что просмотреть снимки у меня не было времени. Каждый раз, когда я разблокировал свой телефон, кто-то или что-то меня отвлекало.

И только вечером, расположившись дома на диване со стаканом виски, я смог спокойно погрузиться в записи Розали. После каждой мне хотелось подскочить и побежать к ней. Обнимать, целовать и обещать целый мир, а потом дарить его ей.

«Дорогой Джордж, я думала, что смогу спокойно смотреть на тебя, когда мы снова встретимся. Я думала, что мои длительные сеансы терапии позволят встречаться с тобой без замирания сердца. Все оказалось не так. Я перестаю дышать, когда ты рядом. Я перестаю думать, когда ты начинаешь говорить. От одного твоего присутствия мое сердце рвется из груди, чтобы снова упасть в твои руки».

«Ты прекрасен сегодня. Мне так нравится твоя щетина. Она делает тебя немного брутальным и придает твоему интеллигентному виду перчинки. Кажется, я снова начинаю хотеть тебя».

«Ты меня бесишь. Боже, как же сильно ты бесишь меня!»

После этого сообщения был нарисован гневный смайлик и несколько раз обведен ручкой, а потом зачеркнут. Я улыбнулся. То, что я все еще мог вызывать в ней какие-то чувства, давало мне надежду. Это доказывало, что все мои действия были не зря.

Я помнил тот день. Это было на совещании. Я предлагал развивать поставки краски в Европу, а Роуз утверждала, что сначала нам нужно наладить массовое производство и продавать ее в пределах страны. У нас разгорелся горячий спор на эту тему. Словесная перепалка настолько затянулась, что все остальные члены совета директоров даже не рискнули