(Не) желанный ребенок - Разия Оганезова

могу где угодно, а встречи у меня только через три дня назначены.

– Ура! – закричала я и от избытка чувств даже обняла Дениса.

Вот же, ведь совсем незнакомые люди, а он для меня уже столько хорошего сделал.

Я не верила, что скоро увижу бабулю и родные места, и была за это очень благодарна Денису.

Глава 13

Денис

Проводил Марину в её комнату, а сам вышел на задний двор. Я немного сдерживал себя, пока был на людях. А сейчас, когда остался один, воспоминания и горечь опять накрыли с головой. Хотелось курить до дрожи в пальцах, хотя давно бросил эту гадость. Но вот сегодня увидел её и опять как-то защемило в груди и захотелось заменить горечь, засевшую внутри, настоящей горечью от табака. Но это, конечно, всего лишь самообман.

Ненароком вернулся в события пятилетней давности.

Мы с Варварой только познакомились, её отец купил соседний участок и делал там ремонт, а она с матерью приехала сюда на лето. Я тоже приехал погостить к родителям и задержался ради неё. Потом был безумный роман с тайными свиданиями: то на сеновале, то мы сбегали в город в мою квартиру. Почему тайными? Варвара говорила, что отец у неё строгий и убьёт нас. Наш роман развивался всё лето. Я уже собирался просить её руки, купил кольцо, а потом просто в разговоре с матерью случайно узнал, что Варвара вышла замуж. Замуж за борова с кошельком. На мои звонки она не отвечала, а я выбросил кольцо в озеро, крича, как сумасшедший и не веря, что так больно бывает, когда разбиваются иллюзии.

Она втихоря потом прибегала и пыталась меня убедить, что ее отец заставил пойти на такой шаг, что любит она только меня. Но я уже не верил, ведь она отказалась уйти со мной.

После этого старался с ней больше не пересекаться и близко никого не подпускал ни в свое сердце, ни в свою жизнь. Только вот Марина сама ворвалась и как-то ненавязчиво стала дорога.

Вспомнил, как она сегодня меня защищала перед Варварой. У той аж зубы скрипели. И вот, снова улыбнулся помимо воли.

Пора закрывать ту историю из жизни, ведь пока не закроешь одну дверь, не сможешь открыть другую.

Родители расстроились, что мы так быстро уезжаем, и чуть не посадили мне машину под весом разносолов и гостинцев для нас и для бабушки Марины.

Я немного волновался, конечно, как нас встретит родственница девушки. И как вообще себя вести, что говорить…

Но все волнения прошли, стоило мне увидеть искреннюю улыбку и радость от нашего приезда. Марина тоже была счастлива, а для меня это было самым главным!

Конечно, мы остались в деревне Марины на пару дней.

– Денис, спасибо тебе огромное! Для меня никто никогда такого не делал, – не переставала благодарить меня девушка.

А ведь я ей ни золота, ни бриллианты не дарил, да ей они и не нужны. Вон, как глаза светятся от обычного букета ромашек.

Мы как раз шли по полю на речку. Время было раннее и кроме пения птиц ничего слышно не было. Лепота!

Тихое местечко, где можно отдохнуть и переключиться от вечной городской суеты.

Рыбу мы, конечно, не поймали, но настоящие рыбаки ходят на рыбалку совсем не за рыбой, а просто чтобы переключиться и никуда не торопиться. Нет ничего лучше для того, чтобы зафиксировать мгновение.

В деревне вообще все тебя успокаивает и единит с собой. Вот и сейчас я стою и рублю дрова, чувствую себя живым, когда слышу голос Марины.

– Бабуль я за хлебом, – кричит она уже из-за забора.

Я перестаю рубить дрова.

– Сиди, отдыхай, я схожу, – машу ей.

– Мне надо прогуляться и может, что-то вкусное куплю, – отмахивается девушка.

– Хорошо, – тихо киваю и возвращаюсь к дровам. У каждого должно быть личное пространство.

Дорубив дрова, аккуратно складываю их в сарай и иду к дому.

Марина должна уже давно вернуться, но её ещё нет. Почему-то начинаю волноваться. Нет я уже не боюсь, как раньше, что она сбежит. Не сбежит. Тем более из родного дома, но…, но сердце как-то не на месте.

– Бабуль, схожу ка я, встречу Марину, – говорю взволнованно.

– Наверное, встретила кого и заболталась, – спокойно отвечает женщина, но вижу, что ей тоже тревожно.

Купаться времени нет, так что просто обтираюсь старой футболкой, надеваю свежую, умываюсь, чтоб аж волосы были мокрыми.

Магазин в селе всего один и я быстрым шагом направляюсь к нему. Он находится посередине поселка.

И идти до него хорошим шагом минут двадцать, я справляюсь за десять. Ещё издалека замечаю скопление людей и скорую помощь. Сердце пропускает удар. Дыхание перехватывает не только от быстрого бега, но и от переживаний. Кроссовки скользят по гравию, я уже опять весь грязный от пыли, которая от бега оседает везде, где можно.

Подбегаю к магазину и сначала пытаюсь выровнять дыхание, склонившись пополам и уперев руки в колени.

– Что случилось? – Расталкивая всех, спешу к врачам. Никто мне не отвечает, только шепчутся и перекрещиваются. Да что происходит! Так и хочется материться, но сдерживаю себя. Подбежав к машине, вижу, как кого-то на носилках заносят в машину.

Нервы на пределе, я психую и иду наперерез. На носилках Марина без сознания.

– Вы кто? Отойдите от носилок, – кричит врач и идет ко мне.

– Я муж, что случилось? – подхожу к нему и пытливо смотрю в глаза.

– Что ж вы муж за женой не следите? – качает он головой.

На это мне ответить нечего. Чувствовал же, что не стоит ее отпускать одну. Но с другой стороны, в клетку сажать тоже не имею право.

Уже в больнице я узнаю, что врачей вызвала продавщица, когда Марина упала в обморок. До этого её кто-то пытался затащить в машину, но испугавшись большого скопления людей, уехал. Люди Арсения? Или он сам?

Марина же в себя до сих пор не приходит. Я хожу по больничному коридору из угла в угол, а запах лекарств и безнадежности, кажется, окутали меня полностью и долго будут сидеть внутри.

А к вечеру у нее открылось кровотечение….

– Угроза выкидыша, первый триместр самый опасный…

Я слышу слова, но не улавливаю смысла. Понимаю только, что беременность под угрозой. И как ни странно, ловлю себя на мысли, что беспокоюсь о Марине больше, чем о ребенке. Главное, чтобы она была жива. Это и говорю врачу.

– Не переживайте, и жену вашу вылечим, и ребенка сохраним, – говорит мне