Женщин обижать не рекомендуется - Виктория Осадчая

— Премного благодарна, — не могу не язвить. Язык так и чешется, наговорить каких-нибудь гадостей. Спасает только рука Егора, сжимающая мою ладонь под столом.

— Как Вера? — начинает он светскую беседу.

— Замечательно. Практически, полностью восстановилась.

— Думаю, ей лучше не знать о нашей встрече, — мужчина также внимательно рассматривает меня, словно пытается что-то понять.

— Судя по тому, в какое бешенство она приходит при одном упоминании о Вас, это будет лучшим решением, — согласилась я.

— Я хотел тебе вручить подарок в честь получения диплома, если ты позволишь.

— Не позволю, — оборвала я его речь. Ничего мне не нужно было от этого человека. Ни-че-го.

— Я так и думал. Слишком гордая, как и все женщины Томины.

— Думаю, вопрос, который меня так тревожил, мы решили, и Вам пора возвращаться к своим делам, — говорить с ним я больше была не намерена. Хотя главный вопрос так и остался не заданным, и витал в воздухе. Тот случай с моим похищением был лишь предлогом. Это я понимаю уже сейчас.

— Да, конечно! Я дня три ещё пробуду в городе. Если что, я остановился в отеле «Поль». До свидания!

— Прощайте! — выдохнула я полушепотом.

Силы заканчивались. Слишком много событий для одного вечера. С Таней я была посмелее.

Лишь только он со свитой скрылся из виду, я смогла спокойно вздохнуть.

— Может, выпьешь? — предложил Егор.

— Наверное, мне это сейчас нужно. Узнай, пожалуйста, как там твоя прелестная Татьяна со своим носиком.

— Ты беспокоишься?

— Я врач, Егор.

— Странная ты, Принцесса, — усмехнулся он.

— И ты на такой готов жениться? — уточнила я.

— Я решений не меняю, надеюсь ты помнишь, — отчеканил Егор.

— Помню. И распорядись, чтобы мне принести чего-нибудь покрепче.

— А я думал, ночью у меня будет трезвая девушка в постели.

— Поверь, тебе понравится и моё пьяное «Я».

Мысли. Много мыслей, сомнений. Как я себя вела? Правильно ли, что не попыталась помириться с отцом? В некотором роде — да, но всё же оставалась одна деталь, за которую я пыталась ухватиться. «Почему?»

У меня не было родителей, и мне хотелось, чтобы он смог оправдаться, чтобы смог стать мне ближе, чтобы он хотел этого. А хотела ли я? Когда-то я мечтала о том, что в дверь позвонят и войдет папа, который будет меня безумно любить и баловать. Но это было в детстве, а оно давно закончилось и теперь все решения, какие бы я не принимала, должны быть идеально продуманы. Завтра, всё завтра.

Передо мной официант поставил графин с водкой. Идеальное решение, Егор. Ну, пока я в одиночестве, можно начать и в компании с собой успокаивать нервы.

— Ой алкоголичка моя, — Егор пришёл, когда я уже влила в себя три стопаря, причём наговорила сама себе тосты: за жизнь, за грядущее замужество, и третья, как раз по правилам «за любовь». Вот как раз любовь моя и появилась в это время. А я тут сижу уже полупьяненькая и начинаю сама себе жаловаться на жизнь.

— Я чисто в лечебных целях, — глупо улыбаюсь, а головушка поплыла.

— Этому столику больше не наливать?

— Так точно! Не хочу, чтобы ты меня на себе до дома тащил. Блин, я теперь хочу приключений.

— Как ты относишься к боям без правил? — уточнил он.

— Никак. Двое мужиков мутузят друг друга за деньги. Не лучший способ заработка, — пожимаю плечами.

— Ну, что не отрицательно — это уже хорошо. Идём?

Он берёт меня за руку, я послушно следую за ним. Только сейчас замечаю, что в клубе уже полно народа, и музыка вовсю играет. Мы идём в сторону служебных помещений, где за одной из дверей спускаемся вниз по лестнице. Красный свет в узком коридоре бьет по глазам, и здорово щекочет нервишки.

Перед следующей дверью нас встречает охранник. Мать твою где они берут столько здоровяков? Мужик недобро косится на меня, пока открывает дверь.

— Расслабься, Марат, это моя невеста, — приобнимает меня за талию Баслык. Блин, а приятно осознавать это. И снова служебные помещения, но уже светлые, с кучей ламп на потолке. Я так понимаю, это раздевалки, потому что в одной из них дверь открыта а там хиленький мужик, перематывает бинтами руки качку.

А дальше мы проходим в небольшой зал, где середину занимает шестиугольная клетка, а вокруг не более пятидесяти посадочных мест. Они пусты, если бойцы и здесь, это означает, что пустые до определенного времени.

— Не думаю, что инстанции наши одобряют данное помещение. Не пожарных выходов, ни прямой вентиляции, — оглядываюсь я по сторонам.

— В органах есть несколько прикормленных людей, которые на это закрывают глаза, — объясняет Егор. — Но не переживай, все без криминала.

— Ну, зная мой характер, с этой частью ты меня знакомить не стал бы.

— Просто это зрелище для очень богатых людей. Ты даже представить не можешь, какие здесь деньги крутятся. А я за это все отвечаю, — разводит он руками.

— Вот как оно, — ухмыляюсь я.

— Да, подыскиваю бойцов, отвечаю за охрану букмекеров, организовываю зрелищность боя, если так нужно.

— А сам не участвуешь? — уточняю.

— Участвовал, — вздыхает он тяжело. — После ранения шеф долго запрещал какие-либо физические нагрузки. А теперь приходится возвращать форму.

— Но ты же понимаешь, что я это не одобрю? — раз пошел откровенный разговор, почему бы и не показать свою причастность к его жизни?

— Понимаю. Но об этом мы поговорим позже, и думаю, компромисс найти мы сумеем! — он целует меня в нос и улыбается. Мне нравится его улыбка, она настоящая, родная. И он пользуется тем, что я не могу устоять, когда он вот так ластится ко мне.

А через четверть часа в зале стало многолюдно. Пестрая толпа, где было изобилие женщин, как ни странно. А я думала, что вид спорта мужской. А оно вон как оказывается!

Народ красовался изысками нарядов от лучших европейских домов, и словно павлины распускали друг перед другом хвосты.

Мне оставалось лишь осознать, что это богема из числа тех, кто имеет большие деньги и связи. Но от этого мне интереснее они не становились. Хотя многие с задранной головой считали себя, видимо, властителями Вселенной. И руки просто так и чесались сбить спесь, но эти случаи, к сожалению, были не операбельны.

Мы же с Егором расположились в дальнем углу на мягком диване. Хмель быстро выветривался, и при соприкосновении с мягкой поверхностью, хотелось спать. Если усну на его плече во время боя, это будет сильнейшая оказия, что случалась со мной. Поэтому, Полечка, держись, и не смей зевать. Еще получасовые сборы, рассаживание вновь