Отдай моего сына (СИ) - Вишневская Виктория

— Брат соврал мне, когда я спросил о вашей встрече. Говорил, что вы встретились год назад. Он лишил тебя целки через три недели. Но я не девственник, точно помню, как…

Я бы покраснела, если бы мне не было сейчас так хреново.

— Успокойся, Аврора. Я тебе верю. Зная своего брата и дядю, они вполне способны на это. Ничего не бойся. Я разберусь.

Аккуратно опускает ладонь на мою щеку. Чуть поглаживает, успокаивая.

— Только не реви. Тебе нервничать нельзя. Ладно?

Я киваю. Пытаюсь натянуть улыбку. Выходит плохо.

Но я верю Валиду.

Пусть я окажусь потом наивной дурочкой… Но хотя бы на пару мгновений мне хочется побыть защищённой и забыть обо всех проблемах.

* * *

На следующий день волнуюсь, как никогда. Постоянно пугаюсь каждого звука. Хотя Валид сказал, что я в безопасности — меня постоянно дёргает. Что сейчас снова позвонит нелюбимый муж или его дядя.

Надеюсь, что отец моего ребёнка надолго не задержится. Он уехал ночью, как только удостоверился, что у меня всё нормально. Уже почти вечер, но его до сих пор нет.

Я вздрагиваю, когда дверь открывается.

Это Валид!

Я от радости встаю со стула и иду в коридор. Чтобы удостовериться, что это он. Параноик внутри меня представляет, что там совсем не Валид, а кто-то похуже.

Но нет.

Я выдыхаю, замечая массивную и грозную в дверях фигуру Асадова.

— Привет, — натягиваю улыбку, приветствуя его. Кажется, я скоро начну сходить с ума.

Мужчина кивает, снимает с себя заснеженное пальто. Да, на улице наконец-то пошёл снег. Но только вот новогоднего настроения нет.

Внезапно Валид протягивает мне красочный пакет из одного известного магазина.

— Держи. Вещи.

— Спасибо, — принимаю пакет из его рук. Да, мне не помешало бы переодеться. Потому что ходить в том, в чём я сейчас, мне хоть и комфортно одной, но не при мужчине.

Я нашла в шкафу много одежды. Мужской. Вкусно пахнущей порошком. А на каких-то вещах остался запах его одеколона. Одолжила у Валида широкие штаны, которые держатся на животе, но стопы постоянно путаются в ткани. Даже подвязать не могу — не держатся. Майка настолько огромная, что даже с животом она очень просторная.

— Я пойду, переоденусь, — говорю, разворачиваясь.

— Стой, — останавливает одним только словом. Достают из кармана коробочку. И протягивает мне.

Тушуюсь, не зная, как реагировать. Знаю, от чего она. И кажется, подозреваю зачем. Но беру её в руки, закусывая губу.

И спрашиваю, чтобы он развеял мои сомнения.

— А это?..

— Открывай, — говорит и проходит мимо меня. В зал.

А я пока стою в коридоре. С замиранием сердца открываю коробочку, впиваясь взглядом в золотистое с бриллиантами кольцо.

В пот кидает.

Оно наверняка очень дорогое.

— Э…

Я оборачиваюсь, боясь спрашивать, что это означает.

Поднимаю взгляд на Валида. Спокойно стоит, опираясь плечом о стену.

— Что это? — перевожу взгляд то на него, то на кольцо.

— Как что? Кольцо, — улыбается. — Обычно в вашей стране встают на колено и… Делают предложение. Но я подумал, это ни к чему.

— Ничего не понимаю, — выдыхаю. — Предложение? Ты что, собрался?..

— Аврора, — он вздыхает. — Я всё это время считал себя бесплодным. Мне тридцать с копейками лет. У нас скоро появится сын, и я не вижу смысла тянуть.

— Ты меня замуж зовёшь? — как дурочка хлопаю глазами.

— Да, — кивает. — Будешь моей женой.

— Я не согласна, — выпаливаю. — У тебя уже есть одна… жена. Я не намерена быть второй и жить втроём.

— Тогда ты отдашь мне сына, — чеканит холодно. Даже не шевелится. Он говорит это так, словно предлагает мне… не знаю! Для него всё это так просто, словно для меня вынь и положи — легко!

— Валид, если для тебя норма иметь две жены, то для меня — нет.

— Аврора, — опять холод в голосе пугает. — У тебя нет выбора.

— Есть. Я человек. И я отказываюсь выходить за тебя замуж.

Ставлю коробочку с кольцом на тумбочку. Поднимаю на него смелый взгляд и всем своим видом показываю, что не буду это терпеть.

Я стараюсь не нервничать, но получается плохо.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— И что? Выгонишь теперь? — язвлю.

Ему мои слова не нравятся. Челюсти сжимает с такой силой, что желваки на скулах ходят. Неприятно? Пусть знает, что не всё по его правилам.

— Я уйду сама, — пытаюсь пройти мимо него, чтобы переодеться и уйти, но он ловит моё запястье, тем самым останавливая.

— Аврора, я в эти игры играть не намерен. Я говорил с самого начала. Ты ничего сама не сможешь дать нашему сыну. Ты либо будешь жить в нищете одна, либо же… В богатстве со своим сыном. Закроем тему, поскольку нервничать тебе нельзя.

— Я не могу! — повышаю голос. — Не могу! Я хочу сбежать от вашей семьи, а не вновь присоединиться к ней! Твой дядя мне угрожает! Касим… Ты видел, как он однажды замахнулся на меня? Думаешь, стань я твоей женой, мы больше никогда не увидимся? Нет, Валид, мой ответ всё тот же.

— Ты не оставляешь мне выбора, — вдруг чеканит.

Я сглатываю, понимая, что всё это — он говорит всерьёз.

— Моя семья — уже не твоя задача. А моя. Попробуй ты уйти с ним или без него — я тебя не отпущу. Потому что не позволю жить своему сыну в нищете. Всё. Разговор закрыт.

Он тянет меня за собой к тумбе. Хватает коробочку, достаёт кольцо. И сам надевает его на мой палец.

— Будешь моей женой. У тебя нет выбора.

Больно становится. Потому что он прав.

У меня есть те пятьсот тысяч, что он мне дал. Но он легко заберёт их обратно. И что мне тогда делать?

Но я не сдамся так просто. Что-нибудь придумаю. Второй женой я не буду…

— Собирайся. Отметим наш будущий союз.

Глава 14

— Это было обязательно?

Настроения и так нет.

А он привёл меня в ресторан в белом, роскошном (для меня), облегающем тканевом платье. Я чувствую себя неловко, потому что понимаю, что здесь мне не место. С этим кольцом на пальце. С этим мужчиной впереди… Я как чужестранка какая-то. Этот мир вообще другой.

Вздыхаю, понимаю, что выбора у меня нет.

И, наверное, так будет лучше. Валид ведь не даст меня в обиду, если вдруг кто-то из его семьи вдруг захочет сделать мне больно.

Касим, может быть, станет шейхом и без ребёнка, а их дядя… Я даже не знаю его мотивов.

Но пока я доверяюсь Валиду, надеясь, что он со всем разберётся.

— Что именно? — произносит, отодвигая кресло, в которое я сейчас аккуратно сажусь. Наблюдаю за тем, как мужчина, который для меня казался внеземным, обходит столик и садится напротив.

Хотя… Он и так внеземной.

Я красивее человека не видела. И… благороднее. Нет, правда, он тот ещё злой и серьёзный бугай, который выгнал меня, но… Он всё же помог мне. Тогда, когда муж замахнулся. С деньгами помог. И теперь.

— Эта показуха в виде ресторана, — мне резко становится стыдно за свои слова.

— Почему же? — его недовольный голос режет по ушам. Не понравилось. Понимаю. Я снова ощущаю себя неблагодарной тварью. — Я хочу побыть со своей невестой наедине. Что здесь такого?

Пожалуйста, не продолжай этот диалог!

— Это можно сделать и в квартире, — выдавливаю из себя.

Секундная заминка для мужчины кажется мне несвойственной.

— Как часто мой брат приглашал тебя в рестораны? — внезапно спрашивает. Так задумчиво, будто ищет здесь какой-то подвох.

Но его вопрос я тщательно прокручиваю в голове. Вспоминаю наши семь месяцев вместе от начала до конца. Делаю выводы и уверенно заявляю:

— Ни разу.

Усмешка украшает его губы, и я чуть расслабляюсь. Он не злится — и меня это радует.

— Так вот, — откидывается на спинку кресла. — Я не брат. Моя жена как минимум раз в неделю ходит в рестораны. Ты, наверное, Аврора, не знаешь наш народ. Но если мы женимся, муж обязуется полностью обеспечивать свою жену. Если мужчина не может обеспечить её, женщина спокойно может развестись. Как видишь, деньги у меня есть. Очень много. Поэтому привыкай к этой жизни, Рора.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})