Нелюбимый (СИ) - Доманчук Наталия Анатольевна

Вера сразу понравилась Алевтине: невероятно красивая, стройная, хоть и выглядела она немного уставшей.

— Я сейчас на двух работах, еле успеваю, — почти сразу пожаловалась на судьбу Вера, — мама умерла месяц назад, а до этого… она вообще лежачей была и, как мне казалось, доставляла больше проблем, чем помогала, но на самом деле я без нее сейчас как без рук. Девочки все время были под присмотром. Я ночным сторожем работала, пока она с ними ночью была, а сейчас уже не могу. Их же не оставишь одних на ночь.

Девочки, Лиза и Ксюша, покорили Алевтину своей красотой. Еще никогда в жизни она не видела таких красивых детей: обе темноволосые, с голубыми глазками и ямочками на щечках. Еще подкупало их идеальное поведение: они ни разу не перебили никого, просто спокойно сидели на стульчиках и внимательно следили за разговором взрослых.

Вера заметила, что Алевтина рассматривает ее дочек, и прокомментировала:

— Они на брата твоего похожи. Копия. Две точные копии.

— У тебя ведь есть его фотографии, да? — с надеждой в голосе спросила Алевтина.

— Да, конечно. Дома есть. Покажу тебе обязательно в следующий раз. Расскажи о себе! — попросила Вера и приобняла Алевтину.

— Закончила мединститут, работаю, снимаю комнату неподалеку от больницы… а ты что-то окончила?

— Не успела. Когда мне было двадцать, то считала, что успею, все развлекалась, как стрекоза, прыгала с цветочка на цветочек, а потом с твоим братом познакомились, пару лет повстречались, и я забеременела Лизой. Еще через два года — Ксюшей. Уже не до учебы стало. Так и кручусь, как могу…

Сашка тоже помалкивал, не хотел вмешиваться в их разговор, но когда девочки закончили есть мороженное и стали облизывать ложки, не выдержал, протянул им меню и сказал:

— Тут есть очень вкусные пирожные: медовик, «Наполеон» и вот этот воздушный из сливочного крема и белого печенья.

Девочки испуганно посмотрели на мать, но Сашка настаивал на своем:

— Не смотрите на маму, это я вас угощаю, давайте, выбирайте!

Лиза улыбнулась и как старшая сестра взяла на себя выбор:

— Ксюше понравится этот белая сладость, а мне, если можно, медовик. Это мой самый любимый торт. Мама раньше его пекла.

Сашка заказал им по десерту и спросил, любят ли они какао. Они так активно закивали головами, что он рассмеялся.

— Олег был очень красивым и хорошим… добрым, — вдруг разоткровенничалась Вера. — У них с женой не было детей. Они лет десять пытались, но ничего не получалось. Развестись он тоже не мог, обещал только, но там у них был общий бизнес… Он боялся лишиться всего. Его жена — очень хорошая женщина. Я ей по гроб жизни обязана, она спасла мою Ксюшу, дала деньги на операцию.

— Ты с ней поддерживаешь отношения? — спросила Алевтина.

— Я бы с удовольствием. Но она не хочет… Три недели назад мы с ней случайно встретились в павильоне, где я работаю. Она вышла замуж и у нее полугодовалая дочка. Так что вроде все хорошо, меня она давно простила…

— А про наших с Олегом родителей ты что-то знаешь?

— Совсем немного. Когда мы с твоим братом познакомились, их уже давно не было на свете. Знаю только, что его отец умер, когда Олегу было четырнадцать-пятнадцать. Про то, что его мать забеременела и оставила в детдоме ребенка, я тоже слышала. Олег говорил, что тогда оббегал все приюты, искал малыша. Но ему было шестнадцать… кто ему такую информацию даст?

— Понятно… я думала, ты знала родителей, видела их…

— Я — нет. Но ты можешь поговорить с Катей… это его жена. У нее наверняка и фотографии вашей мамы есть. Знаю только, что они очень бедно жили, в коммуналке, мать дворничихой работала, а отец Олега… не помню… тоже, вроде…

Пока Алевтина разговаривала с Верой, Сашка нашел общий язык с девочками, они ему рассказали, как хорошо учатся в школе и чем увлекаются.

— У меня день рождения через неделю, и я бы очень хотела вас видеть. Придете в субботу? — спросила Вера и посмотрела сначала на Алевтину, а затем на Сашку.

— Конечно! — обрадовалась Аля, — обязательно, да, Саш?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Когда они оделись и вышли на улицу, девочки взяли Сашку за руки и потащили вперед, а Вера спросила у Алевтины:

— Вы вместе или нет? — и кивнула в сторону удаляющихся девочек и Сашки.

— Мы друзья, — сухо ответила Алевтина.

Глаза у Веры загорелись:

— Да ты что? Серьезно? Я думала, он твой жених, но за столом заметила, что вы вообще никак друг к другу, и поэтому спросила. А он не женат случайно?

— Нет.

— Отлично! Слушай, тогда ты не будешь против, если я с ним немного пофлиртую? Смотрю, что с девочками он уже нашел общий язык, думаю, и со мной тоже найдет!

Алевтина не ожидала такого поведения от Веры, поэтому только пожала плечами, мол, делай как хочешь.

— Офигеть! Неужели Боженька вспомнил обо мне? Отлично, спасибо! Такой мужик, даже не верится, что одинок. Я потом тебе как-нибудь расскажу, как мы познакомились с твоим братом! Если тебе интересно, конечно!

— Очень! — честно ответила Алевтина.

— Правда? Ну тогда слушай, — она очень быстро заговорила, боясь, что не успеет рассказать. — У его друга был день рождения. И он туда пришел. Весь такой грустный… его жена тогда в больнице лежала, у них ничего по детям много лет не выходило. Я в него влюбилась с первого взгляда. Просто вот раз — и все, улетела! А он даже не заметил меня, зараза! И тут я вижу, прошло всего пару часов, а он уже собрался уезжать. Ну и я такая: подвези меня хотя бы до метро, если не сложно. Он на меня посмотрел, оценил, вижу, что хоть заметил, и то хорошо, и подвез. Прям к подъезду! А я, чтобы не терять времени зря, схватила его, поцеловала, а потом… — Вера широко раскрыла глаза, и, прикрыв рот ладонями, зашептала: — сделала ему минет.

Она убрала ладони и, улыбаясь, посмотрела на Алевтину.

— Он потом мне сказал, что это был первый минет в его жизни и что он так обалдел, что неделю кушать не мог, вспоминал меня. Мы с ним через месяц встретились на даче у его друга, и в тот вечер я поняла, что он от меня никогда не уйдет!

Алевтина молча слушала Веру и пыталась улыбнуться, и у нее даже получалось. Но в душе у нее бушевал пожар!

Вера оказалась такой невежей, что обрушила на Алевтину такие подробности, о которых девушка точно не хотела бы знать…

Разве можно с человеком, с которым ты познакомился час назад, делиться такими интимными рассказами?

Сашка повел девочек к своему автомобилю, который припарковал в Большом Афанасьевском переулке, и Алевтине с Верой пришлось идти за ними.

На эту встречу все добирались отдельно: Сашка на машине, Алевтина на метро и Вера с дочками тоже на метро.

Алевтина рассчитывала, что так же они и возвратятся домой, но у Сашки были другие планы. Он уже усадил и даже пристегнул девочек, когда Алевтина и Вера дошли к машине.

Он также открыл заднюю дверцу и предложил Вере присесть рядом с дочками, но когда обошел автомобиль и хотел открыть дверь пассажирского сиденья, Алевтина заявила:

— Я поеду на метро!

Она ожидала, что ее начнут отговаривать, но никто слова ни проронил. Сашка бросил ей «Ок, пока» и сел за руль, а девочки и Вера помахали Алевтине уже из отъезжающего автомобиля.

Алевтина поплелась к метро. Тот пожар, который развела Вера в душе Алевтины, не собирался утихать, кроме того, она поняла, что сейчас впервые за всю свою жизнь, испытала ревность. Ей ужасно не понравилось это чувство, она стала себя ругать и утверждать, что Сашка свободный мужчина и волен делать то, что посчитает нужным, но это чувство никуда не уходило, больше того, оно привело за собой злость и душевные терзания. Злость и на Веру, которая оказалась такой ветреной, и на Сашку, который так быстро перебежал к этой красивой блондинке с двумя уже готовыми дочками-красавицами.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Она доехала до дома и планировала позвонить Вере, но не решилась. И ей никто в этот вечер не перезвонил: ни Вера, ни Саша.