Выиграй мою любовь (СИ) - Волконская Оксана

- Явилась, Джульетта местного разлива? - скрестив руки на груди, на нее осуждающе смотрел Олег. - Или соблазнительница Кармен будет вернее?

- Не начинай, умоляю, - посмотрела на него глазками котика из Шрэка Кристина. - Ничего такого запредельно страшного не случилось, и. Ай!

Братец, не особо церемонясь, схватил ее за руку и затолкал в собственную комнату. На возмущенный возглас он невозмутимо пожал плечами и сообщил:

- Ну ты ведь не желаешь, чтобы Арик и Егор что-нибудь узнали, не так ли?

- Как мило с твоей стороны, - процедила сквозь зубы Крис, потирая запястье.

- Ты и не представляешь, насколько, - Лаиров явно веселился. М-да, и почему они просто не могут быть обычной, спокойной, нормальной семьей? Примерно-образцовой, а не так -каждый со своими тараканами и постоянным стебом над другими. Хотя тут Крис лицемерить не могла, даже если бы ей предоставили выбор, она бы своих любимых оболтусов ни на кого не променяла.

- Я даже тактично промолчу о том, что видел, как это агрессивное чудо-юдо целовало тебя сейчас возле подъезда, - продолжал развлекаться Олег.

И почему все мужчины в ее окружении сегодня так явно просят лопаты? Нет, она не агрессивная, она вообще белая и пушистая, но, блин, не доводите, как говорится, до греха. Целей будете.

- Если ты хотел об этом промолчать, не стоило озвучивать вслух, - флегматично посоветовала Кристина, поудобнее устраиваясь на постели брата.

- Но так ведь веселее, согласись? Впрочем, дело не в этом. Колись, давай.

- Я не наркоманка, чтобы колоться, - фыркнула Кристина, не собираясь идти у него на поводу. Хотя понимала, что придется сдаваться. Слишком похожими у них с Олегом были характеры, чтобы тот так просто сдался.

- Слушай, милая моя, ты можешь кому угодно заливать, что ты не планировала ту сценку, что разыгралась возле подъезда. И не красней, я сейчас не о поцелуе, а о «случайном» знакомстве со мной. Но я тебя слишком хорошо знаю. Если бы ты хотела, ты бы этот цирк еще в зародыше подавила. Поэтому вопрос. В чем дело? Если этот тип тебя так напрягает, я могу с ним поговорить, - предложил Олег и тут же добавил. - Хотя, судя по тому, что он ушел после поцелуя с тобой на своих двоих, ты не особо и против.

Последние слова заставили Кристину хихикнуть. Ну да, кому, как не ее брату знать, что она, в принципе, может дать отпор. Не всяким там гопником на аллеях, конечно, но нормальному парню - очень даже. Во всяком случае, так, чтобы он это понял. Если бы она не хотела общаться с Данилом, не было бы никаких встреч. И пари бы тоже не было. Ведь в крайнем случае все проблемы можно решить двумя словами: «Братики, помогите». Вот только ими она практически никогда не пользовалась.

- Если я скажу, что просто хочу, возможно, так проверить, поверишь? Ну или помучить? В общем, так надо, Олеж. Правда, надо, - Крис слегка запуталась в показаниях, но точно знала одно - истина брату не понравится от слова «совсем». Значит, и озвучивать ее не стоит. Так он хотя бы немного согласится помочь.

- Темнишь, мелкая, - покачал головой Лаиров и собрался было разразится тирадой о том, как нехорошо обманывать мужчин. Словно уловив его мысль, сестра насмешливо приподняла бровь, напоминая, как он сам расправляется с претендентками на его сердце, руку и прочие жизненно важные органы. Олегу стыдно не стало, но крыть было нечем. Не упираться же в то, что он мужчина, и ему можно, а она маленькая, хрупкая, беззащитная (ага, по праздникам) девушка. Засмеют и не подавятся. Оставалось только согласиться, а самому потихоньку приглядывать за странной парочкой, чтобы не случилось ничего непоправимого.

- Ладно, делай, что хочешь. Если мне нужно сыграть грозного старшего брата, так и быть,

- развел руками он и чуть не свалился, когда его любимая вредина с воплем: «Ты лучший» кинулась ему на шею. Впрочем, эти слова не могли не порадовать, учитывая сильную конкуренцию.

- Крис! Отпусти, сумасшедшая - захохотал он и защекотал свою любимую сестренку, прекрасно зная, как она этого не любит. - Ты лучше скажи, это он тебе всякие подарки отправляет?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Кристина тут же ужом вывернулась из его объятий и посерьезнела. Прошло минуты две, прежде чем она ответила:

- Думаю, нет. Не он. На момент подарков он не знал, где я живу, - рассудительно ответила девушка.

- Ну да, и сегодня очередной презент пришел, когда ты была с ним, - задумчиво проговорил Олег. - Он и так имел возможность тебе подарить.

- Что? Опять пришло? - тут же насторожилась Кристина. Почему-то если первый подарок ее и порадовал, то второй отнюдь не привел в восторг. И вообще, как-то это все... раздражало, мягко говоря.

- Да, через полчаса после твоего ухода пришла коробка, - сообщил Олег. - В твоей комнате стоит, я отнес. А то Арик собирался ее уже вскрыть. Насилу остановил.

- И себя тоже, да? - хмыкнула Кристина.

- Ну. Нам было любопытно, - задорно усмехнулся Олег, состроив моську и показывая этим, как тяжко далось это решение.

Кристина усмехнулась: любимые братья не менялись, в принципе. Действительно, повезло, что они еще не открыли коробку, так как искренне (с какого -то бодуна) считали, что все, что касается ее, имеет отношение и к ним.

- Да ты мой герой, - щелкнула Олега по носу Крис. - Ладно, спокойной ночи.

- Что, а подробности, что там?

- Не в этот раз, не в этот раз, - пропела Лаирова, а Олег поморщился: с его довольно неплохим музыкальным слухом пение сестрицы казалось откровенным завыванием.

А Кристина заглянула сначала на кухню, прихватила тарелку с виноградом и только потом пошла в собственную спальню. Алая коробка, завязана на черную ленту, лежала на столе. Небольшая по размерам, своим ярким цветом она сразу привлекала внимание. Вот только подходить к ней почему-то не хотелось.

Звук входящего сообщения дал повод этого не делать. Данил. Сообщил, что добрался до дома и пожелал ей сладких снов, дескать, на часах уже почти два. Наивный мужчина! Это у него самый разгар ночи, когда надо идти спать, чтобы вовремя встать на работу. А у нее только-только самый труд начнется. Но все равно его сообщение заставило ее улыбнуться и почувствовать ускорившееся сердцебиение.

Но нет, к победе в пари он не приблизился ни на йоту. Это так, чисто физиология. Сильные эмоции не для нее. Отправив ответное смс, Крис кинула телефон на диван и решительно подошла к столу. Надо же посмотреть, что угораздило в этот раз прислать.

Почему-то руки слегка подрагивали, когда Кристина развязывала ленту, а в горле застрял какой-то комок. Интуиция намекала, что содержимое смотреть не стоит. Но она ведь не трусиха, нет?

Спокойствие, только спокойствие. Там точно нет никаких отрубленных рук, мертвечины и прочего. На секунду Лаирова застыла, перебирая в воображении, какие еще подарки получали ее героини. Вроде ничего такого страшного не было. Не нужно себя накручивать. Максимум, там будет очередная ванильная хрень.

Решительно подняла крышку, и тут же прижала ладонь ко рту, чтобы не заорать. Нет, на очередной подарок влюбленного сей предмет не тянул. Хоть и не был отрубленной рукой мертвеца, приятного в презенте было мало.

Глава 19

Прикосновение лохматых лапок к коже заставляло зябко ежится и всеми силами стараться избавиться от мерзкого ощущения. Но ничего не помогало - они были повсюду. Сбегали по плечам, бедрам, копошились в волосах. Бесконечное множество пауков целой армией наступало на нее, брало в плен. Армией, которой невозможно было противостоять. Девушка могла лишь, словно загипнотизированная, смотреть как очередной шестилапый захватчик скользит по ее коже. А вот бархатистые лапки ползут по щеке, и... Фу, мерзость какая! Отвращение и страх подступают к горлу, и она в отчаянии машет руками, пытаясь стряхнуть ползущую по ней гадость, и. Просыпается.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Кристина Лаирова вскакивает на постели и сдавливает пальцами виски, в надежде унять шум в ушах. Оглядывает такую знакомую, родную, привычную, уютную комнату, затем опускает взгляд на собственные руки, и только теперь замечает мертвую хватку, с которой ладони вцепились в одеяло. Разжать их удалось не сразу - пальцы словно одеревенели. И никакие разумные доводы не помогали справиться с наваждением, рожденным собственной панической атакой.