(Не) мой начальник (СИ) - Бельская Аглая

— Ну, за свободу! — Оля подняла бокал в приветственном жесте и подбодряющее посмотрела на меня. — Еще немного и ты освободишься от этого козла. И тогда мы тебе кого-то подыщем.

Я мысленно поморщилась. Сама мысль о каком-то мужике сбивала меня с толку. Не хочу. Не могу пока об этом думать. Да и Оля это сказала скорее для поднятия настроения. Для нее остаться без мужа — это последняя степень трагедии. Своего Андрея она облизывает, как мама пополам с горничной.

— За свободу! — вслух я этого всего в жизни не скажу, поскольку сама такой недавно была. Да и Оля для меня самый дорогой человек в этом мире, сразу после моих родных. А я сейчас просто зла на жизнь и обстоятельства, вот и язвлю.

Мы выпили. О Викторе Оля не знала, по крайней мере, о моем сексе с ним. Я даже не открыла, что собираюсь на свидание в этом платье. Просто сказала, что нужно развеяться после предательства Миши. И моя доверчивая подруга приняла все за чистую монету.

Мне просто стыдно рассказывать, что через несколько дней после ухода мужа я прыгнула в постель к первому встречному. А после третьей бутылочки мартини нас осенила идея. Оля, жуя бутерброд с красной рыбкой, подняла палец вверх:

— А не сходить ли нам в клуб?

Идея была признана здравой, хотя за меня говорил в основном мартини. Наряжаться мы не стали, точнее, нам это не пришло в голову. Так и поехали — в джинсах и футболках, распихав деньги по карманам. Нас приманило ближайшее же гремящее на всю округу заведение, которое оказалось стриптиз-клубом.

Против женского стриптиза я не имела ничего против, тем более, сегодня я решила кутить и бросать деньги на ветер. Ограниченную сумму, но бросать. Но столик мы выбрали недорогой и подальше от сцены. Тут нашелся и танцпол для посетителей, что нас вполне устроило.

Дальше я помню урывками. Мы заказали себе по коктейлю, потом еще несколько, потом буйные танцы и природа позвала меня в туалет. Выходя из закутка. Я воткнулась носом в грудь мужчине, который как раз направлялся туда же. Он схватил меня за плечи, что хорошо выпившей мне очень не понравилось.

Но он встряхнул меня и заставил посмотреть себе в лицо.

— Катя? Что ты здесь делаешь???

— Витяяяя… — расплылась в улыбке я. Его ощутимо шатало, а может, это меня носило со стороны в сторону. Мир как-то подозрительно кружился, а блики от цветомузыки делали все вокруг странным.

— Катя! Тебе нельзя здесь быть. У тебя проблемы с мужем, ты помнишь. А что, если это сфотографируют???

— Да-а-а-а… — невпопад ответила я, обнимая одной рукой его за шею. В следующую секунду мы начали бешено целоваться.

Глава 26

Я задыхалась от возбуждения, которое затопило меня от одного прикосновения к мужскому телу. Он грубо притянул меня к себе и впился мне в шею поцелуем завоевателя. Я откинула голову и застонала, позволяя ему опуститься на грудь. Он что-то шептал прямо в полушария. Мне не хотелось напрягать слух, но пришлось вслушаться.

— Я не могу без тебя… Я не знаю, что это такое… ты будто заворожила меня… давай сбежим… давай бросим все… и просто сбежим… ты мне нужна… нужна, как воздух… я не понимаю, что происходит…

Его слова будто отрезвили меня. Я оглянулась по сторонам — я целуюсь в коротком коридорчике возле туалета в стриптиз-клубе. Какой ужас. Расслабилась, называется. Голова начала болеть, как при похмелье. Виктор распрямился и впился мне в губы коротким уверенным поцелуем.

Похоже, он уверен, что я уже ничего не соображаю. Очень интересно. Он снисходительно улыбнулся. В нем тоже гулял алкоголь, не в такой концентрации, как у меня. Что-то я слишком сильно взялась за расслабление. С другой стороны, на меня столько всего навалилось, что другой человек мог бы и запой сорваться.

— Пошли. — Виктор потянул меня за собой, приняв немного расфокусированный взгляд за полное согласие. Он открыл дверь туалета и попытался увлечь меня туда, шепча милые глупости. Но я уперлась руками ему в грудь, пытаясь выскользнуть из ласкового захвата.

— Нет!

— Что? — он удивленно посмотрел на меня. В коридорчик заглянули две молоденькие девушки и, окинув взглядом открывшуюся картину, скрылись из виду. До меня донеслись их смешки. Виктору пришлось убрать от меня руки.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Я не хочу. Спасибо. — я развернулась и почти бегом удалилась от крайне удивленного мужчины. На пороге зала пришлось немного затормозить. Олю Я подхватила почти на ходу. Во мне бурлила энергия, будто я проснулась ото сна. Реальность вдруг стала резкой и понятной. Что-то здесь явно не так, и это надо хорошенько обдумать.

Я снова ощущала себя живой и это было прекрасно. Острый ум руководил моим телом и веселая злость никак не мешала мыслить. Я вдруг поймала себя на мысли, что такой живой я себя чувствовала еще до брака. Свободной и способной на все: управлять своей жизнью, принимать решения, идти по любому из открытых мне путей.

Брать на себя ответственность и смело идти вперед. После регистрации я вся ушла в заботы о муже, доме, а потом и детях. Я просто шла по заранее предопределенному маршруту, стараясь делать лучше одно и то же. Что ж, мне повезло, я освободилась.

Так что пора брать жизнь в свои руки, перестать тупить и отбросить все плохое, что отравляло мне душу. До дома я добралась быстро, будто прошла лишь минута. Теперь нужно было хорошо выспаться, чтобы с трезвой головой завтра взяться за дело.

Засыпая со спокойной душой, я подумала, что все-таки вот такой отдых просто необходим. После всех ужасов, что оседали на моей душе, нужно было отряхнуться. А чем это мне грозит, я подумаю завтра. Все равно все уже произошло, зато наконец спала пелена отупения с головы и сердца…

Утром я хорошенько убралась в доме. Порядок я вроде поддерживала после развода, но теперь стало очевидно, что недостаточно. Я просто не хотела смотреть по сторонам, меня не интересовало происходящее вокруг. Теперь я просто удивлялась, как всего этого не замечала.

На вечернюю смену я вышла просто с удовольствием. Вот здесь я убирала менее тщательно, торопилась закончить побыстрее. У меня появилось еще одно важное дело, которое не терпело отлагательства.

Я еле дождалась, пока основное количество людей разошлось. После этого я направилась в крыло руководства. Большинство кабинетов было заперто. В пустом коридоре мои шаги гулко раздавались, заставляя немного вздрагивать. Было полное ощущение, что я сама иду на плаху, но это даже доставляло мне удовольствие.

Мне повезло — в нужном кабинете еще горел свет. Я открыла дверь, аккуратно и почти бесшумно, чтобы не привлекать внимания. Стучать я даже не подумала. Мои чувства были обострены до предела. Мне предстоял тяжелый разговор, от которого зависит мое и его будущее.

Нужно тщательно выбирать слова, чтобы привести собеседника к той же мысли, которая вчера осенила меня. Это бой, пусть и на словах, и я должна быть во всеоружии. Я вошла и так же аккуратно прикрыла за собой дверь.

Мужчина, которому принадлежал кабинет, сидел за столом, склонившись над бумагами. Несмотря на позднее время, он еще не собирался домой — работа была в разгаре. Документы высились стопками вокруг, покрывая весь огромный стол. Склоненная голова вызывала какие-то материнские чувства. Хохолок на макушке забавно торчал, но он регулярно пытался его пригладить.

Я танцующим шагом прошла вперед и села в кресло. Наверно, со стороны это выглядело странно, но сейчас казалось мне самим нужным поведением. Уже когда я была рядом, он поднял голову и молча наблюдал за моим приближением. Я тоже не спешила начинать разговор, разглядывая его.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Я тут подумала… Слишком много разных совпадений вокруг меня происходит. Просто все одно к одному, как цепочка. И путаницу стоит разобрать, пока не стало поздно и для меня, и для тебя. Тебе не кажется, что нам пора поговорить начистоту, Виталий Витальевич?

Глава 27

— О чем вы хотите поговорить, Екатерина? — генеральный директор сложил пальцы домиком и внимательно посмотрел на меня. Я уже заметила, что это его любимая поза.