Заберу тебя у отца (СИ) - Бельская Анастасия

Глава 21

Глава 21

Софа

Когда я во время обеда пересказываю Асе свой день, глаза той становятся все больше и больше, а под конец подруга и вовсе давится едой.

- То есть тебя и твоего майора чуть не застукал отец? Представляю, что было, проснись ты немного позже!

Мы обе смеемся, и я чуть-чуть нервно, и убираю волосы за уши. Смех смехом, а ведь катастрофа была так близка… Нам нужно быть осторожнее.

- А что дальше? Ты и он… Это ведь не то, чего ты хотела?

- Знаю. Но и не полный игнор, как хотел он. Я просто стараюсь убрать слово «любовники», и оставить наш набор времяпровождения с учетом скрытности. Так можно вполне сказать, что мы пришли к компромиссу.

Ася закатывает глаза на мою робкую улыбку, и наставляет вилку с салатом мне на грудь.

- Ты в курсе, что компромисс – не спасение для пары, а полная хрень? Вы тупо оба отказываетесь от того, что хотите, чтоб выбрать нечто среднее, чего и желать не думали? Глупость полная. Лучше уж уступить кому-то, и расщедриться полностью, чем обоим остаться с фигушкой.

- Ну, я бы не сказала, что я осталась «с фигушкой», - жмурюсь, вспоминая прошедшую ночь, а затем с тоской смотрю на молчащий все утро телефон, - ну да ладно, пока пусть все остается так. Я действительно не знаю, как преподнести все это отцу… А до тех пор будем встречаться тайно.

Ася пожимает плечами, пережевывая салат, и я решаю сменить, наконец, тему.

- А что у тебя с Вадиком? Ты предложила ему съехаться?

Тонкая складка пролегает между бровей Ася, и я жду, когда она сделает пару глотков сока перед тем, как ответить.

- Предложила.

- И?..

- Он отказался.

- Что?!

Мой возглас слишком удивленный и громкий, поэтому подруга морщиться, оглядываясь по сторонам. Мне же плевать – действительно не могу поверить, что Вадик отказался! Да что за…

- Вы ведь уже кучу времени вместе!

- Угу.

- И что, ему еще недостаточно этого и ваших чувств для того, чтоб попробовать пожить рядом?!

Ася снова кривит лицо, и пьет сок, а затем спокойно замирает на мне взглядом, явно прося помолчать и выслушать.

- Я же сказала, что хочу просто поговорить об этом. Вадик не против самой идеи, но он сказал, что пока мы учимся не видит в этом смысла. В его представлении время учебы – это пора встреч с друзьями и любимым человеком, нервная сессия и отдых по вечерам за приставкой. То, как у нас есть сейчас. А на счет семейной жизни он думал и не имеет ничего против – просто позже. Потом. Понимаешь?

Я качаю головой, потому что в моем представлении нет ничего, что бы им сейчас помешало съехаться. Не так уж сильно измениться жизнь Вадика, если учесть, что учатся ребята вместе, друзья у нас общие, а по сессии его постоянно подтягивает та же Ася.

Или я ошибаюсь?

- Вадик не хочет так рано вступать в быт. Это не так легко, как кажется. И я уважаю его право еще некоторое время побыть просто парнем, а не вступать в гражданский брак.

- Но ведь ты хотела…

- И до сих пор хочу. Но я хочу, чтоб мы пришли к этому вместе. Ради этого мы и разговаривали, понимаешь? А не чтоб я обозначила свое «хочу» и прогнула любую его линию.

Я в шоке смотрю на залпом допившую сок Асю, и не верю своим глазам. Улыбаюсь, пока подруга не начинает удивленно приподнимать брови.

- Что?

- Сколько тебе лет, а? Шестьдесят? Впервые вижу столько рассудительности в словах девчонки моего возраста.

Ася поднимается, закидывая голубой рюкзачок на плечо, и глядя на часы. Я встаю вслед за ней.

- Это не так сложно, если держать в голове мысль, что мы все люди и все по-разному смотрим на жизнь. И это правда не стоит никаких обид, и имеет право на жизнь.

- Даже то, что сейчас делаю я?

Ася останавливается, задумчиво кусая губы, но затем кивает, словно разгоняя собственные сомнения.

- Да. Не особо хорошо то, что приходится обманывать отца, но с другой стороны, как еще тебе получить свое право на личную жизнь? Думаю, это в любом случае что-то поменяет – даже если вы с Робом и не будете вместе.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Эй-эй! Полегче с дурными мыслями, женщина!

Мы смеемся, садясь на парту, а я снова вытаскиваю мобильный, проверяя входящие. Ни одного сообщения от Роба. Даже нет ответа на то, что я отправила утром… Занят? Много работы? Или он хочет передохнуть от общения?

Забрасывая собственные плохие мысли подальше, я, прикусив губу, сосредоточенно набираю новое сообщение. Если что – пусть сам скажет, что ему надоело. А я вольна сделать так, как хочу.

«У меня еще две пары, и после я совершенно свободна. Не хочешь попить кофе?»

Попить кофе! Господи, Софа, ну что за дурость – мы же скрываемся, и вообще, любовники не пьют друг с другом кофе, разве что только в постели! Но сообщение уже улетела, и все следующие часы я только и делаю, что подпрыгиваю от любого звука из телефона.

Увы и ах – Роб не посчитал нужным мне ответить. Наверно, это и следовало ожидать от человека на такой должности, да и который сам сказал, что наши встречи будут…

Громкий сигнал со стороны парковки заставляет обернуться меня и еще парочку студентов, а следом в груди лопается огромный, наполненный гелием шарик, и я быстро, очень стараясь не сорваться на бег, иду к знакомому автомобилю.

Открываю дверцу, улыбаясь как безумная, но, когда вижу на панели два стаканчика с кофе – уже не сдерживаюсь, а с визгом висну у Роба на шее.

- Что за поведение! – тут же ворчит он, пытаясь расцепить мои руки, но я не поддаюсь, и спустя пару секунд он бросает попытки, - знал бы, оставил бы тебя без сладкого…

Замечаю у него на коленях клубничный донат, и пропадаю, зарываясь носом в знакомый табачный аромат на шее. Роб тяжело дышит – а затем, кажется, плюет на все, и сам обнимает меня за талию.

- Отшлепать бы тебя за такое. Мы ведь договаривались.

- Ничего не могу с собой поделать – я соскучилась! – счастливо выдыхаю, поднимая голову, и глядя снизу вверх на самое лучшее в мире лицо, - и потом – кажется, я люблю быть отшлепанной…

Глава 22

Глава 22

Роб

- И куда мы едем? – забирается с ногами на сиденье Софа, кое-как пристегивая ремень, и с ожиданием глядя на меня.

Уровень нахождения в моей жизни Софы сразу становится запредельно сильным и громким. Она двигается постоянно – ерзает, пьет кофе сперва из своего, потом из моего стакана, поправляет форму, скидывает рюкзак на заднее сидение, и перекидывает волосы с одного плеча на другое. А еще – постоянно оглядывается с улыбкой на меня, слегка краснея и уже привычно щурясь от какого-то только ей ведомого удовольствия.

И это блять то, что нужно.

Я выруливаю с парковки, вспоминая первую половину дня как тяжелую, а вторую – как адово-невыносимую. С ранним возвращением Березнева весь отдел закипел и забегал, а если учесть, что и я сам отсутствовал по половине рабочего дня, то понятно, откуда столько «срочняков».

И все бы похрен, если бы не снова звонок со скорой по поводу матери. На этот раз соседи вызвали, потому что матушка решила подраться с каким-то пьяницей, не поделив бутылку. Полицию тоже подключили, но тут я быстро уладил дело, обещав во всем разобраться самому.

И вот теперь, отсыпав за моральный ущерб соседям, затем вышвырнув забулдыгу, что не хотел делиться с матерью водкой, за дверь, и отблагодарив врачей за оказанный матери помощь с ее синяком под глазом я примчался к Софе вместо того, чтобы вернуться на работу.

Прекрасно, блять. То, что нужно в условиях, когда работы навалом. И хоть Березнев без проблем отпустил решать проблемы с родительницей до конца дня, все равно немного сверлило чувство вины до того момента, как я увидел сияющие глаза девчонки.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Если я и сомневался, что ее присутствие мне поможет, то теперь понимал, что абсолютно зря. С ее искренними объятиями слетело адовое напряжение всего дня, и уставшие мышцы как-то сами начинают приходить в чувство, а не гирями тянуть меня вниз.