Я - осень, а ты май (СИ) - Бельская Анастасия

— Максим… — Выдыхаю я, желая что-то сказать, но его имя только увеличивает заряд между нами.

— Да-да? — поднимает брови он, шагая ко мне.

Слишком близко. Я сильнее сжимаюсь, хотя хочется распахнуться к нему навстречу — в знакомые стальные объятия, к пахнущей табаком груди и сумасшедшим, совсем не нежным поцелуям.

Наш секс в редакции определенно был лишним. Потому что размыл и почти стер ту грань отношений, которую я так усиленно пыталась выстроить.

— Я думаю… — почему говорить правильные вещи — так больно? — Я думаю, что тебе пора домой, Макс…

С каждым словом мой тон все тише, и самое смешное — я действительно боюсь, что он сейчас уйдет. Просто оставит меня, послушавшись моих слов, и решив, что я не стою даже секса.

Отчего эти глупые мысли? От низкой самооценки? Или от того, что я повязла в этом мужчине по самые уши…

— Я же обещал, Настен, — говорит он, полностью игнорируя мою предыдущую фразу, — что зайду вечером поговорить. Получилось немного позже — но поверь, тут уж от меня ничего не зависело.

Да. Это я сделала все, чтобы избежать остаться с ним тут наедине. И что же вышло? Кажется, у судьбы действительно есть свои четкие планы по поводу нас — и она не собирается отступать от них.

— О чем ты хотел поговорить? — я с большим трудом делаю шаг назад, и запрыгиваю на кухонный остров, садясь удобнее, — о том, что произошло в редакции?

— Да. — Даже не пытается увильнуть Аллаев, и я закатываю глаза.

— К чему, Максим? Мы просто поддались эмоциям, потеряли голову… Это ничего не меняет. Я по-прежнему не хочу быть «только восемнадцать плюс». Если ты решил, будто наш секс дает тебе зеленый свет на все — ты ошибся, ясно? У меня, возможно, сносит крышу от наших ласк, поцелуев… И, если ты сейчас захочешь — я снова поддамся на животные инстинкты… Но я прошу тебя. Говорю то, что действительно важно — не надо, ладно? Я хочу этого, но не здесь, — мое прикосновение к виску, а затем — к сердцу, — а гораздо ниже. И мне плохо после этого, хотя во время очень хорошо. Я попробовала секс без обязательств с тобой — и поняла, что такой формат не для меня. Пожалуйста, найди себе другую девушку, которая будет согласна на такое… А меня… Не трогай. Не надо.

Ну, вот я все и высказала. Расставила по местам наши недоотношения, подняла белый флаг, признавая полное перед ним поражение — и одновременно закрыла все открытые пути к себе для этого мужчины.

Я действительно не понимаю, отчего так больно. Я говорю сейчас правильно, ясно?! В конце концов, я ведь уже не шестнадцатилетняя влюбленная девочка, которая мыслит только подростковыми чувствами! У меня есть гордость, есть мозг и четкое понимание, что этому мужчине не нужна я, моя жизнь, проблемы и Маруся. Просто тело — а это ни черта не удовлетворяет всего, чего хочу от мужчины я.

К сожалению, именно от этого мужчины.

Я запрещаю себе оправдываться, и добавлять к своему монологу хоть что-то, чтоб спасти связь между нами. Нахрен, не нужно — пусть уходит. Я уже пережила это, и переживу снова, не потеряв себя, самоуважение и гордость.

— Ох, Насть. Ну какой, к черту, секс? Мне кажется, ты становишься на этом немного зацикленной…

— Что?

Он сейчас серьезно?! Сам ведь сказал, что он об этом…

— Я хотел поговорить о твоем выступлении с этой статьей. Ты смотрелась тогда… Охуенно. Серьезно, куда ты прятала эту дикую, что готова разорвать всех, кто посмеет не доверять тебе в твоей работе? Хотя…

Он снова делает шаг ко мне, улыбаясь, но не как обычно. Определенно, нет — сейчас это не ухмылка, не желание подколоть, и даже не соблазнительная улыбка мужчины, который знает, как сильно я его хочу.

Это… Просто искренняя, открытая улыбка, обращенная ко мне. И я настолько теряюсь его человечности сейчас, что пропускаю момент — и вот он уже совсем близко, касается своим телом моих коленей.

Проклятье!..

— Я просто не узнал эту Амазонку в одежде, — шепчет мне Максим, поднимая ладонь, и кладя мне ее на шею.

Просто так.

Без поползновений дальше. Без ласк. Без любых поглаживаний и обозначений своей территории — просто обыкновенный жест, стоящий доверия и нежности — его рука поверх моей шеи.

И я как последняя идиотка просто прикрываю глаза, не пытаясь никак противостоять этому. Просто растворяюсь в мгновении — словно этот неподдающийся мужчина сейчас принадлежит мне, а я ему.

Всего пару секунд, ладно? Хоть на это я имею право, провалиться в свой выдуманный мир, и стать немножко счастливой. А потом… Пусть это будет потом.

— Настен, — шепчет Максим, и чуть надавливает пальцами, — у тебя сердце стучит так, словно ты сейчас отключишься. Все в порядке?

— Да, — хрипло отвечаю, открывая глаза, и пытаясь сфокусироваться на его лице, — ты знаешь, как я реагирую на нашу близость, Максим. Только это все равно…

— Ничего не меняет, — мягко заканчивает мужчина, улыбаясь мне слегка устало и с теплотой в голосе, — я помню, помню. Ну а это?

Шаг — и мое расслабленное тело обхватывают его руки, так трепетно и плотно, что я вся сейчас — в нем. Запах, кружащий голову, заполняет легкие, и аромат табака уже на моих губах — в поцелуе, что раньше между нами не было ни разу.

Что за…

Я чувствую, как его губы прижались к моим. Чуть-чуть задержались — и затем поцелуй углубился, ровно настолько, чтоб затопить меня нежностью. Не страстью, диким лизанием губ и укусами — а той самой романтичной патокой, которую так любим мы, девочки.

Он целовал меня по-настоящему.

Не чтоб уложить в кровать и вытрахать. Не для того, чтоб завести и добавить градуса. И вообще не для чего конкретно — а просто целовал, даря удовольствие, и нечто, что топило льдышку перед сердцем, которую я сама там вырастила для безопасности.

Мою защитную от него самого льдышку…

Максим отрывается от моих губ, все еще обнимая, прижимая к себе, и глядя сверху вниз. В его глазах — море всего, но впереди лишь забота и внимание — что я сейчас скажу, и как дальше будут развиваться события.

— У нас не будет секса… — Тормознуто бормочу я, и Максим даже цыкает языком от недовольства.

— Опять ты со своим сексом! — его деланное возмущение настолько смешно, что заставляет улыбнуться, — смотри, я ведь могу подумать, что тебе только этого от меня и надо!

Я пихаю его в грудь кулачком, смеюсь, и тут же затихаю, удивленно поднимая взгляд. Что происходит, а? Мне страшно, просто дико страшно даже подумать…

— Я не понимаю… — слегка хнычу ему в плечо, боясь снова сказать не то и не так представить.

— Все ты понимаешь, маленькая, — улыбается Максим, тихонько поглаживая меня по голове, — но знаю, что после всего должен сказать это сам. Я хочу попробовать, Настен. Ты и я вместе, как пара. Знаю, ты сейчас можешь послать меня и будешь права…

— Почему? — перебиваю, потому что не хочу слушать о том, что бы могла сделать я.

Хочу понять, отчего он так решил. И знаю, что главная особенность Максима — он мне скажет. Как есть, даже если услышать это мне будет больно.

— Ну, причина первая — я заебался. — Он чуть-чуть отступает, и ерошит волосы, улыбаясь мне чуть виновато, будто извиняясь за неромантичность своих слов, — серьезно, меня достало бегать от тебя, когда судьба сама настойчиво спаивает нас вместе. Я хочу смотреть на тебя, когда и как вздумается, хочу иметь возможность тебя обнять — и да, трахать тоже, не думай, что здесь без этого. Я не знаю, почему так, и в чем здесь на самом деле причина — но в последнюю неделю все, чего мне надо — это в соседнем отделе и соседнем доме. И это единственное, к чему я не могу прикасаться.

Он пожимает плечом, и снова ерошит волосы. Я молчу — он не зря сказал, что это причина первая. Значит, есть еще и вторая…

— Ну а еще ты совсем не такая, как я себе там представлял, — сознается Максим, и ласково проводит пальцем мне по щеке, заставляя меня наклониться за его рукой, — сладкая, маленькая… Я хрен знает, но сегодня на летучке я уже не думал о том, что могу поломать тебя. Ты по-прежнему прячешь взгляд и трясешься, когда я повышаю голос — но в тебе определенно есть стержень. Я не знаю, как это работает — но хочу узнать. Очень… Хочу.