Игрушка для олигарха (СИ) - Попова Елена

***

Весь обед Давид проклинал своего двоюродного брата Арсена за его длинный язык. Если б не он, то за столом не возникло бы такой неловкой ситуации.

Вика сидела как робот, говорила без всякой мимики, смотрела словно сквозь людей, отделываясь дежурными фразами: «Благодарю», «Очень мило», «Вкусный обед», «Все в порядке, просто разболелась голова».

Последняя фраза в принципе должна была оправдывать ее состояние, но мать выглядела очень взволнованной.

После обеда Давид любезно предложил Вике подняться в комнату и прилечь, но мать настояла, чтобы она осталась на чай.

― А вы с Давидом планируете свадьбу? ― обратилась она к Вике.

― Свадьбу? ― ломающимся голосом переспросила Вика.

― Ну да… Вы же планируете пожениться, родить детей, не так ли? ― Гостья смотрела то на Вику, то на Давида.

Вика молчала несколько секунд. Затем ее глаза намокли, рука затряслась, из нее выпала чайная ложка. Но заметив, как Давид поморщился и испепелил ее взглядом, быстро собралась.

― Д-да, Наира Артуровна, мы хотим создать семью… ― горько улыбнулась она.

Давид прокашлялся и защелкал пальцами, подзывая домработницу, и тем самым уходя от темы про свадьбу.

― Аза, ну где твой хваленый пирог? Мы заждались!

После обеда они переместились в гостиную. Мать раздавала подарки, привезенные из Тюмени, показывала Вике и Давиду фотографии ее семьи, ее кондитерской, в которой она души не чаяла, и не переставала благодарить Давида за то, что он подарил ей бизнес ее мечты.

Обстановка наконец-то перестала быть напряженной. Мать Давида больше не кидала в сторону Вики подозрительные взгляды.

И он выдохнул: все шло как по маслу.

Мать через пару часов уедет, удовлетворенная тем, что ее сын обрел счастье, а они с Викторией вернутся к привычной жизни.

Но Давид здорово ошибся.

Не стоило ему оставлять Викторию наедине с матерью…

Глава 27. Рука помощи

― Оставлю вас на пару минут? ― улыбнулся Давид и, поцеловав мать в макушку, направился к выходу во двор.

Вика заметила, как он кивнул Азе, и домработница тут же покорно встала у лестницы.

Вика поняла, что это означало: Аза будет наблюдать за ней во время его отсутствия.

Охранников сегодня не было видно на горизонте. Видимо, Давид отослал их, чтобы не вызывать никаких вопросов у Наиры Артуровны.

Мать Давида рассказывала Вике о путешествии в Индию, смеялась, но в какой-то момент вдруг обратилась к Азе:

― Аза, будьте так добры, принесите нам еще чаю.

Как только Аза вышла из гостиной, Наира Артуровна резко изменилась в лице.

― Виктория, отвечай, только честно. Давид бьет тебя?

Взгляд Наиры Артуровны стал очень внимательным и обеспокоенным.

Вика испуганно помотала головой.

― Нет, что вы. Давид относится ко мне с люб…

― Не ври! ― повысила голос женщина и тут же взяла себя в руки. ― Я не слепая, Виктория.

Наира Артуровна указала взглядом на запястье, где были небольшие синяки от пальцев Давида.

― Знаешь, я много лет видела точно такой же взгляд, какой сейчас у тебя. ― Ее глаза заслезились. ― Потухший, безжизненный, мертвый взгляд… Хочешь знать, где я его видела?

Вика настороженно кивнула.

― В зеркале, ― неожиданно ответила женщина. ― Пока жила с отцом Давида, успела побывать и в аду, и на каторге, и в сумасшедшем доме.

Она опустила взгляд и судорожно выдохнула.

― Я очень надеялась, что эта жестокость обойдет стороной моего сына…

Мать Давида смахнула слезу и выпрямилась.

― Я вырвалась из плена, Виктория. И помогу тебе.

По телу Вики пробежали мурашки, сердце забилось как сумасшедшее.

«Очередная проверка?»

Пристально глядя в глаза женщины, Вика пыталась понять: насколько она искренна?

Но в темных глазах видела лишь боль и сострадание.

Наира Артуровна достала из кармана телефон и уже была готова подать его Вике, но та едва заметно покачала головой и, повернув голову к плечу, указала взглядом на камеру за их спинами.

Тогда Наира Артуровна пододвинулась ближе к Вике и незаметно положила мобильный рядом с ней.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

От волнения сердце Вики застучало еще быстрее, ладони вспотели.

«Вот же он, шанс связаться с Ромой».

Она приподнялась с дивана и посмотрела через окно на Давида. Тот ходил по двору и очень бурно разговаривал по телефону.

Вика вздрогнула от голоса Азы:

― Ваш чай!

Домработница поставила на стол поднос с чашками и хрустальной вазой с конфетами.

― Спасибо. Если что-то еще понадобится, мы вас позовем… ― Наира Артуровна любезно намекнула Азе оставить их наедине.

Но та и не подумала выходить из гостиной, снова заняв место у лестницы.

― Не бойся, ― шепнула Наира Артуровна, и указала взглядом на телефон. ― Спасайся, но сына не трогай. Моя кровь ― моя ошибка…

Она встала с дивана.

― Аза, а можно мне еще кусочек вашего волшебного пирога?

И, выходя вместе с Азой из гостиной, попросила у нее рецепт и заговорила о том, что неплохо было бы продавать его в своей кондитерской.

Вика поняла: Наира Артуровна отвлекала домработницу. Но охранники-то продолжали наблюдать за ней по камерам!

Сидя прямо, как струна, не выдавая себя ни единым жестом, Вика опустила взгляд на телефон и, не взяв его в руку, быстро набрала заветные цифры.

Глава 28. Большие дяди тоже любят играть в игрушки

Давид оставил мать с Викторией и вышел во двор, чтобы позвонить двоюродному брату. Ему не терпелось обрушить на Арсена свой гнев.

Но Арсен скинул вызов и написал, что перезвонит сам, через пару минут.

«Ублюдок! Просил же его держать свой длинный язык за зубами», — злился Давид.

Он догадывался, зачем Арсен сболтнул матери про Викторию.

Все дело в банальном соперничестве, которое длилось между братьями с того момента, как Давид переехал в Сочи и развернул здесь бизнес с прокатом яхт.

Арсен в то время строил третий торговый центр. В бизнесе дороги братьев никак не пересекались: они не были конкурентами, но тем не менее Арсену явно не нравилось, что кто-то еще из их семьи смог так высоко взлететь.

Сначала Давид купил первый двухэтажный дом, а через пару месяцев и Арсен пригласил на новоселье в новый трехэтажный особняк.

Давид не понимал: зачем он отгрохал такой домище, если жил один?

То же самое касалось и машин, и девушек. Старший брат Давида не желал ни в чем ему уступать.

В последнюю их встречу с Арсеном он выпил почти бутылку виски, а потом, когда они плавно переместились в бассейн, брат предложил догнаться наркотиками.

― Смотри, какая телочка.

Арсен развернул телефон экраном к Давиду и показал ему фото пышногрудой брюнетки.

― Ну что, нравится?

Арсен вальяжно расположился в кресле-шезлонге и начал перечислять качества своей новой подружки.

― Она у меня как ручная собачонка. Щелкнешь пальцами, и принесет завтрак в постель, щелкнешь ― сделает массаж, щелкнешь ― сделает минет. Эта послушная сучка на все пойдет ради меня.

Арсен наклонился к Давиду, похлопал его по плечу и с едкой ухмылкой добавил:

― Не переживай, однажды и тебе такая подвернется.

«Думаешь, уделал меня?» ― посмеялся про себя Давид и, допив содержимое стакана, проговорил заплетающимся языком:

― А может, у меня уже есть такая. Ей и пальцами щелкать не надо, достаточно одного моего взгляда, чтобы она делала то, что я захочу.

― О-о-о… ― Арсен закатил глаза. ― Кажется, у нас тут кто-то бредит? Та-а-ак, ― он отодвинул от Давида журнальный столик с выпивкой, ― тебе больше не наливаем!

― Ты что, сомневаешься в моих словах? С-серьезно? ― спросил Давид, пытаясь сфокусировать взгляд на брате.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

― Сколько я тебя помню, брат, у тебя всегда были либо шлюхи на одну ночь, либо… ― Арсен сделал вид, что задумался, а затем расхохотался: ― Либо шлюхи на пару ночей!