Куплю любовницу для мужа (СИ) - Халь Евгения

— Плие, релеве, батман тандю, антраше, — шептала я, изнуряя тело так, что мышцы сводило судорогой. — У меня будет все!

Вот стану примой и закажу себе трехэтажный торт с белыми кремовыми розами. Нет, лучше с шоколадными! И мне в гримерку будут заносить корзины цветов и конфеты. Самые дорогие! А я буду их нехотя есть, жеманно держа пальчиками, на которых будут блестеть бриллиантовые кольца.

— Плие, релеве, батман тандю, антраше!

Гордей

Гордей приехал в гостиницу в Барвихе, подошел к двери номера, на ходу доставая из кармана пластиковую карточку-ключ, вставил ее в замок, но вдруг подумал, что заходить без стука будет неприлично и слишком по-хозяйски. Это поставит девушку в неловкое положение. Поэтому Гордей тихо постучал.

— Кто там? — раздался за дверью дрожащий голосок.

— Это я, Гордей!

Дверь немедленно распахнулась.

— Это вы! Слава богу! — облегченно выдохнула Тата. — А я уже испугалась, что Хлыст меня нашел.

Гордей на миг замер, любуясь ее удивительными ярко-синими глазами в обрамлении густых темно-шоколадных ресниц. В них плескалась такая радость от встречи с ним, что его тело немедленно отозвалось на этот немой призыв. Тата молча улыбалась, стыдливо запахнув белый пушистый гостиничный халат. Ее густые светлые волосы рассыпались по плечам, а обнаженные ноги с изящными пальцами были босы. И разговаривая, она подогнула одну ногу, стоя на второй.

Гордей невольно представил себе, как этот пушистый халатик падает на ковер, а под ним… нет, лучше не думать! Он поспешно прикрыл бедра портфелем. Да что это с ним? Как пацан, честное слово! Давно такого не было, чтобы от одного женского взгляда внутри все переворачивалось.

— Давайте пообедаем, Тата, — смущенно кашлянув, предложил Гордей. — Здесь неподалеку есть прекрасный ресторан.

— Это было бы замечательно, — улыбнулась она. — Вот только… — легкая тень омрачила ее улыбку, — понимаете, мне очень неловко об этом говорить. Боюсь, это прозвучит как-то не так.

— Смелее, — подбодрил ее Гордей. — Я не страшный. Просто так выгляжу, как Карабас-Барабас.

Она рассмеялась, прикрыв рот маленькой, почти детской ладошкой, и выпалила на одном дыхании:

— Я сбежала от Хлыста, в чем стояла. У меня нет вещей и косметики. И мне страшно неудобно в таком виде выходить. Особенно в Барвихе. Может быть, мы закажем еду сюда? А потом я придумаю, как мне незаметно пробраться домой, чтобы забрать хотя бы самое необходимое.

— И это все? — изогнул бровь Гордей. — Тоже мне проблема! Тогда план меняется. Сейчас прошвырнемся по магазинам, благо их здесь полно, купим вам все необходимое, а потом обедать.

— Нет, что вы! Я так не могу! У меня нет денег. И вообще мы едва знакомы. Это просто неприлично! Вы черт знает что обо мне подумаете! И так уже очень мне помогли. Это очень дорогая гостиница, а вы любезно сняли номер, чтобы мне было где переночевать. Нет, я не могу пользоваться вашей добротой, — она замахала руками.

— Послушайте меня, — Гордей взял ее за руку и прижал теплую ладонь девушки к своей груди. — После стольких лет адвокатской практики меня невозможно удивить или смутить. Поверьте: я слишком хорошо разбираюсь в людях. Поэтому о вас, — он подчеркнул это голосом и сделал секундную паузу, — я никогда не подумаю ничего плохого. Если такая прекрасная девушка оказалась в сложной ситуации, то это не ее вина. Позвольте вам помочь!

— Я… я все вам верну потом, обещаю! — воскликнула она.

— Ну начались меркантильные подсчеты, сколько и кому кто должен, — сокрушенно вздохнул Гордей. — Вы случайно не задумывались о карьере адвоката? Вам бы подошло.

— Нет, — рассмеялась она. — Я вообще-то повар.

— Чудесная новость! — обрадовался Гордей. — Вот откроете ресторан и будете меня кормить. Я так люблю вкусно поесть!

— Обязательно! Буду готовить все, что любите! — пообещала девушка.

— Вот и отлично! — Гордей сделал круг по номеру и сел в удобное кожаное кресло. — А теперь одевайтесь и поедем. И еще… у меня к вам небольшая просьба.

— Да, конечно, все, что скажете, — поспешно ответила Тата.

— Давайте, Таточка, перейдем на ты. А то я себя чувствую таким старым, когда вы мне выкаете!

— С удовольствием! — пропела девушка, убегая в ванную.

Гордей сидел на стуле в самом дорогом бутике Барвихи и пил шампанское. Вокруг Таты суетились продавцы, наперебой предлагая шикарные наряды и обувь к ним. Надев очередной наряд, раскрасневшаяся Тата выходила из гримерки, крутилась перед зеркалом и бросала робкий взгляд на Гордея. Он едва сдерживался, чтобы не рассмеяться. Гримаски на ее прекрасном личике очень его забавляли. Взгляд в зеркало — радость, взгляд на Гордея — мимолетный испуг. А не слишком ли это дорого? И вообще идет ли мне?

— Прекрасно! Нужно брать! — восклицал Гордей, подбадривая девушку.

Ему очень нравилась пантомима, которую они с Татой проигрывали при каждой покупке. Отвернувшись от продавцов, Тата украдкой показывала Гордею ярлычок с ценой, закатывала глаза от ужаса и нервно закусывала губу. Гордей немедленно кивал ей и крутил указательным пальцем, показывая продавцам, чтобы положили в пакет. Эта игра сразу перекинула между ними мостик интимности. Пару раз дверь примерочной приоткрывалась и Гордею разрешалось мельком увидеть гладкое бедро и маленькую, но крепкую и высокую грудь. Он краснел и шепотом подзывал продавцов, давая указания все побыстрее принести, завернуть и всячески ускорить процесс создания принцессы из Золушки.

Наконец, полностью потеряв терпение, он встал, подошел к вешалкам, сгреб в охапку элитные тряпки, названия которых продавцы произносили с таким придыханием, словно припадали к святыням. И, слушая бормотание об удивительной коллаборации Кардена с Баленсиагой, и серьезно кивая, словно понимает о чем речь, Гордей понес это все на кассу, бросил на стол и достал из кармана кредитную карту.

— Вы берет все? — нервно икнула продавец.

Гордей молча кивнул и протянул ей карту.

— И четыре модели из коллаборации? — еще раз икнула девушка и поспешно пояснила, видя, что клиент явно не понимает, о чем идет речь: — Коллаборация — это когда два знаменитых бренда вместе выпускают коллекцию. Это намного дороже, чем по отдельности!

— Девушка, я куплю не только коллаборацию, но даже военно-политический союз Северной Кореи и Пакистана, только давайте ускорим процесс, пожалуйста! — шепотом взмолился Гордей, нетерпеливо постукивая пальцами по кассовому аппарату.

Терпение Гордея было с лихвой вознаграждено, когда они с Татой зашли в ресторан. Цокая каблуками по мраморному полу, она легкой походкой шла по залу к столику. Мужчины пожирали ее взглядами, а женщины давились омарами и креветками, злобно сверля девушку глазами. Гордей с удовольствием наблюдал предсказуемую географию мужских взглядов: услышав звонкий перестук золотых "шпилек" на босоножках, сделанных из переплетения алых ремешков, взгляд мужчин сначала задерживался на стройных ножках Таты, полз вверх, ощупывая тонкую фигурку, затянутую в белый шелк платья, усыпанного крупными красными горошинами. Оценивал широкий алый пояс, отделявший тонкую талию от крутых бедер, и, наконец, намертво прилипал к аккуратной круглой попке, на которую этот пояс спускался огромным кокетливым бантом.

Гордей даже специально выбрал столик в центре зала, чтобы Тату было хорошо видно со всех сторон. Но, едва взглянув на меню, девушка извинилась и убежала пудрить носик. Гордей сделал заказ, и в этот момент раздался телефонный звонок. На экране высветилось имя жены. Гордей вздохнул. Интересно, у женщин есть какой-то встроенный навигатор, моментально определяющий поход мужа налево?

— Ты где сейчас, Гора? — нетерпеливо спросила Настя.

Сказать ей прямо? Нет, не нужно. Хотя… зачем врать, если они обо всем договорились?

— Настюш, я воспользовался твоим разрешением и у меня сейчас встреча. То есть, ну не то чтобы деловая встреча, а скорее свидание. Ну ты понимаешь, да? Это по поводу нашего с тобой эксперимента, — Гордей стушевался и замолчал.