Кристи Кохан - Скандал в личной жизни

Впервые за весь год класс безмолвствовал. Девочки уставились на новенькую. Все тайные надежды – каждой из них быть избранной первой красавицей седьмого класса – мгновенно испарились. Мальчики же были очарованы. Они смотрели на нее, как смотрят на модель роскошной машины, завораживающей сверкающими огнями, блестящими деталями, звонками и прочими атрибутами. Перед классом стояла ожившая кукла Барби – стройная, с длинными светло-каштановыми локонами и прозрачными сине-зелеными глазами.

Алекс подумала, что у мальчишек сейчас потечет слюна по подбородку, ведь даже Джонни Пидмонт – мистер «меня не интересуют девчонки» – сидел, широко открыв рот. Алекс до боли стиснула зубы, когда мальчишечьи голоса, обычно противные и писклявые, прогремели: «Привет, Клементина!»

Склонившись к Меган, она прошептала:

– Ну и выпендривается же. Посмотри, как задирает нос. Если надеется, что станет моей подругой, то этому не бывать.

– Мы будем просто игнорировать ее, вот и все, – сказала Меган. – Пройдет время, к ней привыкнут, и не будут обращать внимание. Вот тогда-то она пожалеет, что не была с нами полюбезнее.

Алекс кивнула в знак согласия и увидев, что миссис Кармикел направляется к ней, схватила ручку и раскрыла тетрадь. К несчастью, было уже поздно. Миссис Кармикел и маленькая мисс «Совершенство» стояли рядом.

– Александра, ты и Меган всю жизнь провели в Саусалито и знаете школу как свои пять пальцев. Почему бы во время обеденного перерыва вам не взять с собой Клементину и не показать ей все ходы и выходы? У вас это получится лучше всех, – сказала учительница.

Алекс с испугом взглянула на нее, но повернувшись к новенькой тут же сменила выражение лица. Девочка смотрела на Алекс пристальным немигающим взглядом. Именно таким взглядом сама она еще в начальной школе пугала малышей, притворяясь, что умерла. Алекс стало не по себе.

– Конечно, миссис Кармикел, – ответила она самым приятным тоном, на какой только была способна.

– Замечательно.

Клементина прошла на свое место, даже не кивнув, не сказав ни слова благодарности. Подождав, пока миссис Кармикел отвернется, Алекс склонилась к Меган.

– Она может, если хочет, тащиться за нами, но я не собираюсь разговаривать с ней.

Меган подняла глаза, наблюдая через головы учеников, как новенькая достает тетради. Может быть, если бы Клементина не была так высокомерна, она могла бы понравиться девочкам и подружиться с ними, подумала Меган. Получалось, что она рассчитывала, что произведет огромное впечатление на мальчиков. Меган представила, что чувствовала бы сама, появившись в первый раз в новой школе, в новом штате, где никого не знает. Нет, она перепугалась бы до смерти, решила Меган.

– Ты права, – прошептала она Алекс. – Нам велели показать ей школу, но это не значит, что мы должны быть милыми и приятными.

– Гимнастический зал, – Алекс нехотя взмахнула рукой, показывая на самое большое здание.

Девочки молча выстрадали ланч, не проявляя никаких признаков дружелюбия, особенно, если учесть, что Клементина не сказала ни «Привет», ни «Рада познакомиться с вами», ни каких-то других слов, которые обычно произносят в подобных ситуациях. Она молча сидела на скамье в столовой и поглощала свой дурацкий ланч, состоявший из половинки бутерброда с рыбой и яблока. Казалось, она вообще не замечала присутствия Меган и Алекс.

После ланча, когда они показывали ей административное здание, мастерские, лаборатории, Клементина по-прежнему не произнесла ни слова. Она молча шла позади, и время от времени Алекс оборачивалась, чтобы удостовериться, что новенькая еще здесь.

– А вдруг она вообще не умеет говорить? – прошептала Меган, поворачивая к школе.

– Я умею говорить, – неожиданно произнесла Клементина. Звук ее голоса ошеломил девочек, остановившись как вкопанные, они разом повернулись к ней.

– Тогда почему ты молчала? – спросила Алекс.

– Мне нечего было сказать.

Алекс пристально уставилась на нее, вызывая на дуэль взглядов, но Клементина не приняла вызов. Она с интересом разглядывала проходивших мимо учеников, особенно мальчиков. Многие из них замедляли шаги, чтобы получше рассмотреть ее, а некоторые даже улыбались ей. Алекс стиснула зубы.

– Почему вы переехали из Денвера? – спросила Меган.

Медленно, как будто речь требовала величайших усилий, Клементина ответила:

– Мой отчим получил место юриста в какой-то фирме в Сан-Франциско. И, как обычно, никто не удосужился меня спросить, хочу ли я переехать. Вот почему я здесь.

– Так твои родители развелись? Извини, – пробормотала Меган.

– Ты что, живешь в средневековье? – Клементина откинула голову.

– Как известно, сейчас 1967 год.

– Развод – обычное дело. Кроме того, мой отец никогда не баловал нас своим присутствием. Два последних года я его вообще не видела. Хорошо, что наконец-то избавились от него.

Алекс быстро повернулась и, прежде чем Меган смогла что-нибудь сказать, указала на учебный корпус:

– Это классы. Конец экскурсии. Уверена, что теперь ты не заблудишься, – взяв Меган за руку, она заторопилась на урок. Голос Клементины заставил ее окаменеть:

– Александра, – услышала она. Алекс ненавидела это имя, и только миссис Кармикел осмеливалась ее так называть. Не оборачиваясь, она склонила голову, показывая, что слушает. – Спасибо за экскурсию.

Меган и Алекс обернулись, гладя вслед уходящей Клементине.

Клементина Монтгомери знала, что стала главной темой всех разговоров в школе. Конечно, она рассчитывала на это. И все же… Одно дело быть самой популярной девочкой в школе Нанси в Денвере, и совсем другое – завоевать сердца в Калифорнии. Ни для кого ни секрет, что Калифорния – столица хорошеньких девушек. Миленьким личиком и стройными ножками здесь никого не удивишь. Немного подумав, она решила стать очаровательной тайной, загадкой, которую нельзя не заметить и, конечно, хочется разгадать. Главное – это быть спокойной и уверенной, и ничего не рассказывать о себе, за исключением того, что еще больше возбудит интерес окружающих.

О такой линии поведения Клементина вычитала в одном из секс-романов, который стянула из тумбочки своей матери. Но успех превзошел все ожидания. Не прошло и трех дней, как один из восьмиклассников пригласил ее в кино. Клементина с удовольствием рассмеялась бы ему в лицо, не будь он таким нервным и серьезным. Поэтому она лишь сочувственно улыбнулась, придумывая вежливую, но вескую причину отказа.

А дальше предложения пошли одно за другим: на танцы в школе, в кино, в гости, в парк, покататься на лодке… Именно этого – внимания – она и желала.