Pol Neman - Что отнято судьбой, а что подарено...

Я выбрался на другой берег. Место это было глухим. Похоже, большое зверьё, тоже редко сюда забредало, старица всё ещё отделяла бывший остров, от большой земли. Лес на острове был смешанный, как в основном и на всех островах, где вначале прорастают лиственные, а уже потом, к ним присоседиваются, сосновые. В нутрии острова, было темновато. Высокие кроны, и густой кустарник по краям острова, создавал природный шатёр, поддерживаемый стволами деревьев. Пробегавший поверху ветер, стряхивал вниз капли дождя, затаившиеся в кронах деревьев. Густой мох покрывал всю землю. Сфотографировать такую картину было невозможно, что бы понять, это место, там надо было быть. И видеть, как косые лучи солнца пробиваются сквозь густую крону и падают на землю. Слышать пенье птиц. Звон комара, сволочного и назойливого… шлёп. Попался стервец.

У меня хорошее боковое зрение, и я легко замечаю всё вокруг себя, но её я увидел не сразу. Вначале, боковым зрением, я заметил её каштановые волосы. В общем именно они и привлекли моё внимание. А открывшаяся далее мне картина, повергла меня в шок. Посреди этого прекрасного леса, стоял остаток соснового ствола. Когда-то, сильная буря сломала сосну на высоте трёх метров от земли, её верхняя часть лежала рядом. Она уже давно заросла мхом и кустарником. Остаток ствола, со временем высох. Кора опала с него как старая кожа, но он продолжал торчать вертикально, как колонна. Подножие этого ствола давным-давно, наверное, ещё, когда была жива эта сосна, облюбовали муравьи. И у подножия этой колонны высился большой муравейник. Всё это само по себе было красиво. Если бы эту картину не испохабил человек.

К остатку сосны, прямо ногами в муравейник была привязана обнажённая девушка. Её руки были связаны и подняты над головой, а верёвка уходила вверх. Девушка висела на руках. Ноги были зарыты в муравейник, но из муравейника выходила верёвка и опоясывала дерево. Видимо специально для того, что бы, девушка не могла вытащить их. Голова была опущена на грудь, а каштановые волосы свободно падали вниз. Тот, кто это сделал, явно хотел, что бы девушка умерла мучительной и долгой смертью. На её теле были следы побоев и ссадины. Везде ползали муравьи, очнувшиеся от ночного дождя. И хотя их больше интересовала развороченная человеком, крыша собственного дома, чем возможный потенциальный корм, в виде него. Кожа была немного синюшного оттенка. Но девушка была жива. Её грудь медленно подымалась и опадала.

Вся эта картина, острым рубцом, впечаталась в моё сознание. Свой походный нож, я всегда ношу с собой. В, начале перерезав верёвку, удерживающую ноги, я перехватил верёвку чуть повыше кистей. Девушка упала мне в руки. Надо отметить, что пока я её доставал, муравьям, до меня, было весьма проблематично добраться. Я по колено был в болотной грязи, хотя, после прогулки по лесу, ниже щиколотки, ноги очистились от грязи. Так что, моим ступням, досталось по-полной. Могу представить, что пережила девушка. Я отнёс её подальше от муравейника и уложил на мягкий мох. Здесь меня ждал ещё один шок. Когда я её уложил, я взглянул на её лицо. Тот, кто сотворил с ней подобное, не хотел, что бы девушка кричала, и решил эту проблему, самым жутким образом. Он зашил ей рот суровыми нитками.

Я разрезал верёвки на руках и ногах, и, взяв кусок мягкого мха, постарался избавить её от всех насекомых. Затем скинул свою безрукавку и надел на неё. Это хоть немного, но должно было её согреть. Уже собираясь уходить, я окинул местность взглядом, и заметил то, что на первый момент ускользнуло от моего взгляда.

Вообще, осматривать место, откуда уходишь, это чисто походная привычка. Даже если ты, присел где-то, на пару минут, это не имело значения. Проще оглядеть место, чем потом обнаружить, что где то, забыл весьма важную вещь. Так вот, именно благодаря этой привычке, я заметил, то, что ускользнуло от меня в первый момент. Эта была зафиксированная на дереве камера. Направлена она была на дерево с муравейником. Камера была заботливо упакована в чёрный полиэтилен. Возможно, именно поэтому, сперва, я её и не заметил. Я подошёл и снял камеру с дерева. Разборки с камерой я оставил на потом, и просто выключив запись, перекинул её через плечо, благо она была снабжена ремешком.

Нести девушку на руках, по лесу, может, кто и захочет, но не советую этого делать. Лес не улица, и здесь, не смотря на кажущееся пространство, место на самом деле не так уж и много. Во всяком случае, для подобной прогулки. По этому, я взял девушку на закорки. Было немного, неудобно, хотя бы потому, что она ещё не пришла в сознание, и больше была похожа на большую тряпичную куклу. Но, с третий попытки мне это удалось.

Вообще девушка была весьма миниатюрная. И если бы не её весьма развитые формы, сошла бы за ребёнка. Её возраст сейчас, я бы даже приблизительно затруднился определить. У неё был невысокий рост, и, весьма ладно скроенное тело. Ей, могло быть и пятнадцать, и двадцать пять.

Я даже не стал пытаться пробираться назад через болото. Впрочем, я так и так, не собирался этого делать. Ещё раньше, назад, я планировал вернуться по реке. Хотя лето и было дождливым, уровень воды в реке был не высок. Наверное, потому, что действительно сильных дождей в верховьях реки не было, а мелкие, могли разве что, напитать лес влагой, но не наполнить реку водой. Спуск к реке, был весьма крут, и весь зарос ивняком. Но даже здесь бобры протоптали тропы к воде.

Ещё раньше, когда мы проплывали это место с брательником, я проследил за глубиной в этих местах. Тут везде было не больше метра. Поэтому я смело плюхнулся в реку. За камеру и фотоаппарат, я не беспокоился. Перед спуском в воду, я упаковал их в герму. До этого я планировал спрятать туда свои вещи, и вплавь вернутся к катамарану. Но обстоятельства немного изменились, и по этому, в герму, пришлось спрятать только самое необходимое. Тратить время на раздевание я не стал. Мокрая одежда, не такая уж и большая беда, в такую погоду. Самое трудное было не выпустить девушку. Было бы обидно спасти её, и тут же утопить.

Катамарана с реки не было видно, но это потому, что мы остановились за раскидистой ивой. Хотя, само дерево я видел. Доплыть до него, по течению, было бы делом пяти минут. Но, спасению на воде, я был слегка не обучен, да и буксировать бессознательное тело, было бы весьма затруднительно. Поэтому я просто пошёл по реке. Это заняло несколько больше времени, и, в конце концов, я добрался до катамарана.

Брательник, лёжа на катамаране, нагло дрых в тени дерева. Я окликнул его. Как только он увидел, что я принёс, он тут же скатился в воду с катамарана, и помог мне вытащить девушку из воды. Мы уложили её на берегу, на один из походных ковриков. Брательник сбегал и принёс аптечку, из наших вещь мешков.