После развода. Я (не) вернусь - Мира Спарк
— Я сделала выбор идти дальше и не фокусироваться на тех, кого презираю.
— На мне, значит? — угрожающе цедит он.
— Угу, ты догадливый. Поэтому если у тебя нет действительно серьезного вопроса, то… давай, в общем, пока.
— А что, куда-то торопишься что ли? С мужем поговорить пару минут нельзя? Мы месяцев девять не разговаривали.
— Одиннадцать, Воронцов, — вздыхаю я. — И тороплюсь я на работу — я мать-одиночка, если забыл. Мне семью обеспечивать надо.
— Кстати об этом, — довольно начинает он. — Тебе алиментов мало что ли?
— Мне всего хватает, и от тебя ничего не нужно. Своих детей я обеспечиваю сама…
— Это как это — сама? — вскипает он. — А я только хотел тебя порадовать повышенными алиментами! Это что за фокусы, Татьяна?
— Ты плати, то что должен и не переживай, а то аппетит испортится.
— Нет, я хочу знать куда идут мои деньги! — вопит Воронцов в трубку.
Закатываю глаза — ну зачем я взяла трубку?
Смотрю на часы — давно пора выходить. Я уже опаздываю на встречу.
На этот деловой завтрак я опаздывать никак не могу.
За прошедший год я сумела выстроить неплохой бизнес и прилично зарабатываю. Сама.
Нам с детьми на все хватает.
А те деньги, которые я получаю от бывшего мужа я аккуратно вношу на счета детей — вырастут, станут совершеннолетними и сами будут распоряжаться деньгами.
Войдут в жизнь со стартовым капиталом.
Я вообще работящая. И добрая. И красивая.
Только иногда во мне бывает взыграет капля ведьминской крови, и я становлюсь ужасно противной!
Вот и сейчас точно такой момент!
Нет, чтобы сказать бывшему мужу: так, мол, и так — твои деньги в сохранности, откладываю их детям на взрослую жизнь. Каждая копейка учтена и все такое.
Но нет! Его звонок раздувает угли моей ненависти, которые покрылись толстым слоем золы.
Сам виноват — нечего было начинать этот бесполезный разговор!
— Куда надо, туда и идут, — злорадно заявляю я. — Все, пока, Воронцов. Я опаздываю. У меня свидание.
Долю секунды я наслаждаюсь знакомым скрежетом зубов в трубке и звуками закипающего бывшего мужа, а потом бросаю трубку.
Про свидание — это был чистый экспромт.
Даже ругаю себя за него — не будь Андрей таким вспыльчивым, точно бы раскусил мою ложью.
Ну какие свидания в такую рань?
Но я рада этому маленькому штришку — теперь день у нас обоих начнется незабываемо и необычно.
Я встречу солнце, море и приятный бриз сверкающей улыбкой, а он… он пусть пыхтит скрипит зубами, когтями и чем хочет.
Его молоденькая пассия, в конце концов, пусть успокаивает.
Довольная собой, я хватаю легкий плащ и сумочку.
Детям, которые разинув рты и округлив глаза наблюдают за нашим разговором я командую:
— Рты захлопнули и марш в школу.
Я выбегаю из дома.
Настроение — просто супер!
Хоть и немного корю себя за такой розыгрыш бывшего.
Это же все равно, что слабого обидеть… Но, справедливости ради, он это заслуживает.
Пикаю брелком сигналки и прыгаю в свою машинку и срываюсь с места.
Эти завтраки — часть моего рабочего дня. Они проходят пару раз в неделю и являются чем-то вроде неформальных совещаний. Идея моего партнера — Романа Германова. Он мужчина вообще неординарный — вечно придумывает что-то особенное.
И, надо сказать, в бизнесе его идеи отлично работают.
Его идеи везде прекрасно работают, кроме одного — как он ни пытается со мной сблизиться, я держусь.
Не позволяю хорошим бизнесовым и межличностным отношениям перерасти во что-то большее.
Не до того мне сейчас.
Хотя Роман Владимирович бесспорно классный мужчина, внутри меня стоит какой-то блок.
Не отошла, не отогрелась еще после предательства Андрея, наверное.
Я мчу на деловой завтрак и прокручиваю темы предстоящих переговоров с коллегами и партнерами.
В мои упорядоченные деловые мысли нахально прется Андрей.
Вот же взбаламутил своим звонком.
Удивительно, конечно, но после того, как я кинула, он не перезванивает — не очень на него похоже. Неужели задумал какую-то пакость? С него станется.
Хотя что он может мне сделать? Находится-то больше, чем в тысяче километров от меня и появится только на выпускном Лены…
За этими мыслями дорога пролетает быстро.
Я успеваю в последнее мгновение — все уже расселись.
Плюхаюсь на стул рядом с Ларисой — директором по развитию.
— Опаздываешь, Танюша, — шепчет она.
Я отдуваюсь и только взмахиваю рукой.
Тут же, почти в след за мной ко всем выходит Германов.
Широко улыбается:
— Приветствую всех. Рад, что смогли присоединиться и разделить со мной это чудесное утро. Начать его я хотел с отличной новости. Я очень горжусь нашей с вами командой профессионалов и единомышленников, и потому особенно рад сообщить — у нас с вами пополнение! Прошу любить и жаловать — новый партнер холдинга…
Глава 3
Татьяна
Я хотела бы какую-нибудь интригу.
Чтобы после слов Романа Владимировича выскочил здоровенный такой накачанный молодой… м-м-м… стриптизер!
Но нет, я женщина приличная, хоть и одинокая — по стриптизерам не сохну, в малолеток не влюбляюсь.
Есть ли она вообще, эта самая любовь?
Кажется, миллион лет ни в кого не влюблялась и не чувствовала этих банальных бабочек в животе…
Но сегодня день совершенно заурядный и обычный — меркурий совсем не ретроградный, а значит не будет мне ни интриги, ни молоденького намазанного маслом стриптизера.
К нам выходит ни кто иной, как… та-да-а-м!
Андрей «Козел бывший» Воронцов.
Я даже как-то совсем не удивляюсь.
Ну а как иначе? Его звонок меня подготовил в достаточной мере.
А я ведь знала, что пакость придумает.
Но он оказался быстрее — не только придумал, а уже и исполнил.
Становится трудно дышать — свежий морской воздух отдает то ли гарью, то ли гнилью…
В общем, чем-то таким, чем попахивают бывшие мужья-изменщики.
Смотрю на него, естественно, округлив глаза — куда уж без этого? Организм обязан отреагировать хоть как-то.
Хорошо хоть челюсть не упала — много чести больно.
Андрей скользит взглядом по столу, находит мои удивленные глаза и так злорадно сверкает своими глазенками, что мне хочется ни в чем себе не отказывать — встать, например, и надеть ему на голову какую-нибудь миску.
Но мне нельзя — я женщина строгая, деловая, с репутацией.
Окружающие не поймут и не оценят такого перформанса.
И сижу я, значит, как дура и пялюсь на бывшего. Подставляю, значит, всех преданных, униженных и обманутых женщин планеты.
А это очень нехорошо.
И спасает
