Табу на любовь, или Девочка чемпиона - Алекса Гранд

что хотел бы узнать ее поближе. Особенно тогда, когда она так старательно меня изучает и что-то черкает в своем потертом блокноте.

– Ну, рассказывай. Как дела? Как сам? Жениться не надумал?

– На Юльке-то? Бог миловал.

– А что так? Вы же давно вместе.

– С любовником ее сегодня застал. Прикинь?

– И как? Сломал ему челюсть? Разнес хату?

– Да нет. Послал к хренам и велел выметаться.

– Стареешь.

– Взрослею.

Закончив словесный пинг-понг, я извиняюсь перед Олегом и встаю из-за стола. Потому что затронувшая какие-то неведомые струны внутри меня девчонка тоже поднимается и исчезает в полутемном коридоре, а меня тянет за нею, словно мощнейшим магнитом, и я не могу сопротивляться этому неизвестно откуда взявшемуся влечению.

Делаю шаг, второй, третий. И ловлю ее в свои объятья, когда она вываливается из дамской комнаты мокрая и взъерошенная.

Током прошибает от макушки до пят. Близость женского тела неожиданно волнует, а трепыхающаяся на шее синяя жилка так и манит прикоснуться к ней языком. Впиться в мягкую сливочную кожу зубами и не отпускать.

Странное желание, рвущееся наружу из недр воспаленного подсознания.

– Ты мне кого-то напоминаешь. Мы встречались раньше?

Рассеянно моргнув, я снова прикипаю к кажущимся отдаленно знакомыми чертам и застреваю в полном искрящего напряжения моменте. Варианта, на самом деле, два. Или мы пересекались с этой малышкой когда-то давно, и я по глупости не стрельнул у нее номер телефона, или со мной играет мое богатое воображение, смешавшее в один образ лица фанаток, девушек друзей и случайных прохожих.

– Нет.

– Точно?

– Без шансов. Я бы запомнила.

Наклонив голову набок, кокетливо улыбается брюнетка и, пользуясь моим временным ступором, ныряет мне под руку. Грациозно переставляет свои длинные ноги в узких джинсах и практически успевает скрыться в общем зале к тому моменту, когда я отмираю.

Срываюсь с места, как зверь, почуявший дичь, и в два прыжка ее догоняю. Обхватываю большим и указательным пальцами тонкое запястье и что-то пытаюсь найти на дне подергивающихся туманной поволокой глаз.

– Как тебя зовут?

– Дарина.

– Рина. Красивое имя, – раскатав благозвучное сочетание букв на языке, я сокращаю разделяющие нас сантиметры и выдыхаю ей практически в губы: – меня – Руслан.

– Я знаю, – хрипло хохотнув, она косится на меня из-под полуопущенных ресниц и насмешливо сообщает. – Твоя физиономия висит на рекламных плакатах на каждом углу, было бы странно, если бы я ничего не слышала о восходящей звезде боев без правил.

– Смотришь трансляции?

– Делаю деньги на ставках. Веришь?

С поразительной серьезностью утверждает она, тихо сглатывая, и этот естественный жест рвет мою оборону в клочья. Спинным мозгом я чувствую, что дрожащая в опасной близости от меня девушка – самая настоящая беда и сокрушительная катастрофа, но все равно не могу обуздать реакции собственного тела, которое упрямо настаивает на Рине. Да и уязвленное самолюбие требует срочного отмщения.

Несколько часов назад я вышвырнул из своего дома наставлявшую мне рога пассию, так что надо как-то справляться с бурлящим коктейлем из разочарования и злости. Вот я и справляюсь. Исключительно по-мужски. Скольжу подушечкой большого пальца вверх по предплечью Дарины, обрисовываю острую ключицу, перебираюсь выше к ярко-алым губам и отпускаю сковывавшие безумие поводья.

– Сейчас я попрощаюсь с товарищем, вызову такси, и мы с тобой поедем ко мне.

– А если я буду кричать?

– Кричи.

Щелкнув новую знакомую по аккуратному носу, я демонстрирую немедленную готовность исполнить данное обещание. Жму руку ничего не соображающему Демиду, забираю сумочку Рины с соседнего стола и по-хозяйски устраиваю ладонь на ее гибкой талии. Мягко, но настойчиво направляю Дарину к выходу из бара и по маниакальной привычке контролирую чужие грациозные движения, в которых прослеживается уверенность в собственной привлекательности и едва уловимый намек на нервозность.

– Расслабься, я не обижу.

– Вы все так говорите. А мы потом плачемся подружкам на кухне, маскируем тональником синяки и лечим свое разбитое сердце.

Вполне резонно парирует моя спутница, как будто у нее огромный багаж из полученных шишек и триггеров за спиной, и в противовес колким фразам вкладывает свою маленькую ладошку в мою большую лапищу-ладонь. Отчего нас обоих