Покрась все это в красный цвет - Эбби С. Т.

Виктория Эванс, а вышла как Кеннеди Карлайл. Учитывая, что я с трудом перевариваю вид их измученных лиц на этих фотографиях, неудивительно, что он сделал это с такой легкостью.

“Это все меняет”, - говорит он на усталом дыхании.

Он достает свой ноутбук, и я откидываюсь назад, мой гнев медленно угасает, когда мой разум начинает работать. Я случайно зашел в ту кофейню, потому что наше обычное место было слишком переполнено. Я преследовал ее, хотел заслужить ее доверие, даже увидел в ней то, что мне было нужно для себя.

Каждая улыбка до меня, вероятно, была редкостью. Каждая улыбка со мной дарилась свободно и искренне. Каждое прикосновение было голодным и полным эмоций, которые она изо всех сил пытается показать.

Она доверяла мне.

“Ты вполне можешь быть той чертовой причиной, по которой у нее не было перерыва”, - шипит Леонард, все еще печатая на своем ноутбуке.

Я делаю еще один глоток жидкой храбрости и встаю, но Леонард хватает меня за запястье.

“Эти изображения не совпадают на компьютере”.

«что?»

Он указывает на папки. “У меня есть копии их бумажных файлов. Ты же знаешь, я человек старой закалки. Но на компьютере изображения меняются местами".

Я смотрю на экран, и, конечно же, у Виктории Эванс раны Кеннеди Карлайла, и наоборот. Зеленые глаза встречаются с моими из досье Кеннеди.

“Джейк мог бы изменить то, что у них было в компьютерах, но не раньше, чем они запустят физический файл", — шепчу я себе.

Я бы никогда не узнал.

“Что ты собираешься делать?” — спрашивает меня Леонард.

“Скажи Хэдли, чтобы ничего не говорила. Я не могу сейчас с ней разговаривать. И ты тоже ничего не говоришь.”

Он почти улыбается, но останавливает себя. Он защищал ее со стороны, и я был на грани отстранения его от этого дела.

Все это время я был влюблен в девушку, которая хочет смерти этому городу.

Я бегу обратно в свою каюту, распахиваю дверь и практически бегу в спальню. Вот тогда у меня замирает сердце.

Наручники брошены на пол вместе с простыней. И все, что принесла Лана, исчезло.

Я сглатываю комок в горле, медленно опускаясь на кровать.

Она спасла мне жизнь.

Я отбросил ее в сторону.

Мне требуется минута, чтобы осознать, что меня не было больше часа, хотя кажется, что прошло всего несколько минут. Я дал ей слишком много времени, чтобы исчезнуть.

Я хватаю телефон и набираю номер Леонарда, выходя на улицу.

”Мне нужно знать, какие связи с этим городом у них все еще есть".

На заднем плане дребезжит набор текста. Меня так и подмывает спросить Хэдли, но после того, что я ей только что сказал, я сомневаюсь, что она сможет помочь.

“Кристоферу Денверу принадлежит один из тех охотничьих домиков в лесу. Я отправлю тебе сообщение о месте.”

Я вешаю трубку и сразу же переодеваюсь и обуваюсь. Ты не можешь слишком хорошо бегать по лесу в костюме.

Я выскакиваю из дома секундой позже, читая текст с указанием местоположения. Еще больше воспоминаний проносится в моей голове, пока я бегу.

Лиза, блядь, издевалась над ней, практически пыталась спровоцировать Лану. Лана могла бы уничтожить ее.

Или, скорее, Виктория.

Она оставила спор с Джонсоном и шерифом раньше, потому что они выводили ее из себя, и она боялась того, что она сделает, а не того, что она скажет.

Встреча с шерифом должна была быть для нее тяжелой, и она попросила два гребаных часа, как будто я был ей нужен. И я вернулся, трахнул ее, а затем разрядил хаос, как будто я бросал ей вызов, чтобы показать ее истинное лицо.

Я вышел, когда она просто заплакала. Бессердечная убийца, которая пытала и убивала монстров из своего прошлого… Я довел ее до слез. Она даже ни разу не рассердилась.

В ней так много непредсказуемых перемен, и я понятия не имею, что делать.

Как только я добираюсь до хижины, я вытаскиваю пистолет из кобуры на лодыжке, держа его сбоку. После двух быстрых вдохов я пинаю дверь, но останавливаюсь, мой пистолет все еще на боку и ни во что не направлен.

Джейкоб Денвер сидит на диване, как будто ждал меня.

Я наклоняю голову, мои глаза сужаются, и он сидит удобно, полностью расслабленный.

Мои глаза бегают по сторонам, видя пустую каюту и голые стены. Он говорит, когда я сжимаю пистолет обеими руками, готовый прицелиться в него, если он даст мне повод.

” Я знал, что ты придешь", — протягивает он, наклоняясь. “Так что убери свой пистолет. Если бы я представлял угрозу, ты бы уже был мертв. К счастью для тебя, мне нравится дышать, и я не уверен, что Лана будет в порядке, если я сохраню кислород, если я прикоснусь к тебе.”

Я перевела взгляд на него, одной рукой отпуская пистолет, а другой придерживая его.

“Где она?” — спросил я.

Он насмешливо фыркает. “Ты пришел один, а это значит, что ты еще не сказал своей команде. Ну, кроме парня Леонарда, в чью каюту ты ворвался, а потом выбежал немного позже.”

“Ты наблюдаешь за нами. Большой сюрприз. Я уже знал это. Где isВиктория?”

Его глаза слегка расширяются. “О, так ты теперь понял правду, вместо того, чтобы обрушить на нее обвинения и заставить замолчать. Немного поздновато, тебе не кажется?”

В его тоне слышится резкая горечь, как будто он ненавидит меня и ждал, пока я докажу свою правоту.

“Ее зовут Лана. Виктория Эванс была убита этим городом. Она не может быть Викторией Эванс. Ей пришлось заново изобрести себя, чтобы просто найти в себе волю продолжать. Ты назвал ее больной, но ты понятия не имеешь, с чем ты столкнулся. Ты, блядь, понятия не имеешь, что она пережила.”

Его слова становятся все более злыми с каждой новой фразой, и он медленно встает.