Король интриг - Алёна Снатёнкова

— Назар! Назар, ты слышал? Эта дура мне еще и хамит.

Уж не знаю, к кому она там обращается, но за дуру ей точно придется ответить. Сейчас как задавлю ее знаниями Уголовного кодекса. А именно сто тридцатой статьей, где про оскорбление личности говорится. Я еще в школе весь УК выучила, когда решила, что судебным экспертом стану. Сейчас как раз самый подходящий момент блеснуть знаниями.

Глава 2

— Статья двадцать, точка один КоАП РФ. Мелкое хулиганство, то есть нарушение общественного порядка, выражающее неуважение к обществу, сопровождающееся нецензурной бранью в общественных местах, оскорбительным приставанием к гражданам, а равно уничтожением или повреждением чужого имущества.

Зубрилка во мне ликует. Гордость бьет из всех щелей. Да я даже не запнулась, когда давно заученную фразу на весь вокзал выкрикивала.

— Че?

Очень хотелось в рифму ответить, но пожалела я рыженькую. Судя по ее выражению лица, у нее и так мозг уже плавится от потока неизвестных слов.

— Говорю, ногу на пол поставь и не разговаривай. Пятнадцать суток, между прочим, за мелкое хулиганство. Вряд ли тебе в обезьяннике понравится, дорогуша.

С обезьянником перегнула, зато какой эффект.

Нет, конечно, я не всегда такой противной бываю. Но тут, сами понимаете, ситуация заставляет. Может, будь я в отличном настроении, то смогла бы промолчать. Обычно ведь на грубость грубостью не отвечаю. Просто в таком тоне со мной впервые разговаривают. Зато потом будет о чем вспомнить. А то восемнадцать лет прожила, а на меня еще никто толком и не наезжал. Непорядок.

Кстати, кажется, не только меня сейчас новые ощущения накрыли. Красотка на шпильках тоже в мягком шоке. Смотрит на меня, как обезьяна на вареный кактус, и не понимает, что с ним дальше делать. Что-то новенькое. Не обычный банан, который она привыкла трескать, а что-то твердоватое и колючее. Вот и стоит, будто кашу в голове разгребает, пытаясь сообразить, что к чему.

Наверно, я слишком заметно улыбнулась. Подумала, что вряд ли мне ответная бита в лицо прилетит, поэтому и начала триумф свой праздновать. Рано. Дорогуша не в шоке была, она перезагружалась.

— Что ты мне сказала? — взрывается она, выпуская пар из ушей. Эй, на дорогушу обиделась, что ли? Так я не со зла. Наоборот, ласково обратилась. Не понравилось, наверно. Вон как дымится. Еще чуть-чуть, и давление подскочит. — Ты хоть знаешь, с кем разговариваешь? Представить можешь, что я с тобой сделаю одним щелчком пальцев? Пылинки не останется.

— Могу, — качаю головой, понимая, к чему она клонит. — Но это уже другая статья. Сто девятнадцатая, если не ошибаюсь. Угроза причинением тяжкого вреда здоровью. Года на два придется забыть про маникюр и инстаграм.

Ну вот, на слове инстаграм она немного и утихла. Поражаюсь таким людям, которые без соцсетей, как без пяток. Родину продадут за один мегабайт скоростного интернета. Ну, или замолчать могут. Двадцать первый век, что с нас взять?

— Любань, вот эт тебе не повезло. — За спиной слышу мужской голос и резко оборачиваюсь. — На два года небо в клеточку. А я ведь не дождусь. Я себя знаю.

— Не называй меня так. — И я уже с открытым ртом смотрю на Любяшку, которая с обворожительной улыбкой на лице взглядом расчленяет парня, разговаривая сквозь стиснутые зубы. — Я Любовь. Назар, ну просила же. Забыл?

А он-то здесь откуда?

— Любаня тебе больше подходит, Любовь, — отмахивается от нее и с интересом смотрит на мою скромную персону. Как с интересом, скорее, как удав на маленького жука. Прищуривается, будто в любой момент сожрет, а потом улыбается, словно решил выждать подходящего момента. — Из-за меня грызетесь? Это правильно. Меня на всех не хватит, вот и пусть победит сильнейшая.

Я спокойна. Я спокойна. Я спокойна.

— Ты, вообще, кто такой? — Я НЕ спокойна. И к тому же вру.

Конечно, я знаю Суханова. Кто этого красавчика не знает. Назара знают все. В первый учебный день все девчонки нашей группы только о нем и говорили. А, и еще про друга его. Но Корнеев женился недавно, поэтому сладким кусочком стал этот блондинчик. Высокий, красивый, улыбчивый, будто каждую минуту в лотерею выигрывает. А как он губы прикусывает. Ух. Держите меня семеро. Признаюсь честно, сама на него засматривалась, первую неделю. Потом хоть одумалась, слава богу.

— Вот после того, как вы на меня так посмотрели, мечтаю стать невидимкой. — Мне показалось или я действительно услышала смешок в его голосе? Так еще и на «вы» обратился. Эх, Назар-Назар. Не узнал ты, значит, во мне свою недельную воздыхательницу. Клянусь, даже обидно немного стало.

— Вот и становись невидимым. — Обидно, поэтому и ляпнула не подумав. Но вроде парень понял, что я не со зла. По крайней мере, мне именно так и показалось.

— Зай, ты слышал? Она и тебе хамит.

Пффф. Хамит. Я девочка, ну, взбрыкнула немного, с кем не бывает? Прям слово уже сказать нельзя, так тебя сразу в отряд хамок записывают. А кого-то заями называют. Вот и где справедливость?

А вообще, мне в общежитие захотелось. Уж лучше с комендантом спорить, чем вот здесь стоять.

— Любань, ты меня к своим делам не приплетай. Тебе два года сидеть. Мне не хочется как соучастнику следом идти. И тем более враждовать с будущими блюстителями закона.

Мужчины. Чуть что, так они заднюю дают. Но раз его ответ так разозлил девушку, то мне он автоматически начинает нравиться. Ответ. Я про него говорю, а не про Суханова.

— С судебным экспертом. Будущим, — быстренько поправляю его.

Парень удивленно смотрит на меня, приподнимая брови. Видимо, по моему лицу сразу понятно стало, как я пожалела о сказанных словах. Потому что он… он… он, не отрывая от меня взгляда, прикусил нижнюю губу.

— Тем более с судебным экспертом. Люб, а тебе на поезд не пора? Время уже.

— Идиотка эта меня отвлекла. Развалилась здесь, а я…

Вот тут я с тобой, милочка, не соглашусь. До идиотки мне далеко. Уж точно дальше, чем тебе. И как, вообще, девушка может так на посторонних людей гнать? Значит, на Назара она щенячьими глазками смотрит, а меня до сих пор обзывает.

— А тебе бежать надо. Скрываться, пока не поздно. Любань, давай. Быстрее. Ты уже тут на четыре года наговорила. Спасайся. На поезд. Успеешь скрыться где-нибудь под Костромой в глухой деревне.

На лице девушки застыло выражение непонимания происходящего, но она все равно подхватила свою сумку в руки. Парень в этот момент осторожно