Невыносимый сводный (СИ) - Стужева Инна

Да пошел ты!

Тут же показываю ему фак в ответ, а Артем окончательно закипает.

- Что он себе позволяет…, - цедит Боев и делает шаг в сторону брюнета, который уже надел шлем и теперь заводит мотоцикл.

- Да я ему сейчас…

На долю секунды мне нестерпимо хочется посмотреть на то, как Артем, темперамент которого соответствует его фамилии, подскачет к мотоциклу, стащит с него наглеца и уделает по всей форме. Но в последний момент я одумываюсь.

У Темы кулаки будто кувалды, он всегда выигрывает в драках. А все же тот парень не настолько мне пока насолил, чтобы я позволила сделать из него отбивную.

- Артем, мы опаздываем.

Хватаю парня за рукав кожанки и тяну на себя.

- Опаздываем, Артем. Не хватало еще тратить время и силы на всяких…придурков.

- Не, я все же...

Но секунды потеряны и мотоцикл с ревом проносится мимо нас.

Впрочем, брюнет, словно в насмешку, слегка притормаживает, едва оказывается напротив. Снова усмехается. Я чувствую это прямо всеми фибрами души. А потом взвизгивает тормозами и на скорости срывается с места, чтобы тут же исчезнуть из нашего поля зрения, обдав нас парами бензина, или чем он там заправляется.

- Ну вот, нахрена сдержала, - бесится Артем и пинает колесо своей тачки в неконтролируемой злобе.

Я пожимаю плечами.

Хотел бы, так наподдал. Причем здесь я? Но я рада, что парень мной управляем. Иначе бы я ни за что не рискнула с ним встречаться.

- Забей на него и поехали уже, - повторяю ему, - опоздаем.

Я и сама раздражена, но стараюсь не подать вида. Не собираюсь раскачивать маятники, и думать о наглеце хоть сколько-нибудь дольше минимального.

Я обхожу машину и грациозно усаживаюсь на переднее пассажирское сиденье. Откидываю назад свои длинные темные волосы, выставляю напоказ стройные ноги. Лезу за зеркальцем, чтобы подправить помаду.

Настроение ни к черту, но своего парня я намерена порадовать своим цветущим внешним видом.

Артем плюхается на свое место и нервно заводит машину.

- Ника, ты должна сказать охране, чтобы она не пропускала к вам на участок никаких курьеров. Пусть оставляют все у забора, - говорит раздраженно.

- Хорошо, скажу, - отвечаю на автомате, не отрываясь от зеркальца.

Мне нравятся мои губы. В меру пухлые, хорошей, можно сказать, что идеальной, формы. Мои подруги все как одна увеличили, но я пока не рискую.

- И на субботу не строй никаких планов, у нас будет вечеринка.

- Хорошо. А что за повод?

- Будем праздновать мой День рождения.

Я отрываюсь от зеркала и перевожу взгляд на Тему.

- Серьезно? - всплескиваю руками, - у тебя будет днюха?

- Да, - довольно кивает Артем.

- Ух ты! Здорово!

Он милостиво улыбается, предоставляя мне время как следует восхититься предстоящим знаменательным событием.

И я старательно восхищаюсь.

Потому что ведь это правильно. Раз он мой парень, то я должна быть в восторге от новости. И теперь я всячески демонстрирую ему это.

Я тут же начинаю прикидывать, что бы могла подарить ему и ненадолго забываю обо всем остальном.

Весь день я вращаюсь в приятной повседневной суматохе сплетен и разговоров.

На лекциях мы с подругами привычно обсуждаем последние коллекции модных дизайнеров, диету и парней. На переменах обнимаюсь и целуюсь с Артемом, под завистливые взгляды всех окружающих.

После занятий Артем отвозит меня в салон красоты на маникюр и спа процедуры, а сам едет на свою футбольную тренировку. Потом он встречает меня и отвозит домой.

Моя Ауди уже неделю сиротливо стоит во дворе потому, что Боев настаивает на том, что раз мы вместе, то я должна ездить с ним, а не сама по себе.

Я не спорю. Ни разу не состояла в длительных отношениях с парнем и мне интересно, как все пройдет.

Перед тем, как проститься, мы долго целуемся, сидя в салоне машины с выключенным светом. Мне в принципе нравится, но когда Боев начинает наглеть и лезть мне под топик, я осаживаю его.

- Артем, мне пора.

- Ник, ну, еще немного.

И его пальцы снова стремятся к моей груди.

- Нет, Тем, ты же слышал, что мать просила меня вернуться домой пораньше.

- Да что ей от тебя нужно?

- Вообще-то она моя мать!

- Ты сама говорила, ей пофиг, во сколько ты возвращаешься.

Теперь его ладонь скользит по моему бедру под юбку.

Я хватаю его за запястье и сдерживаю.

- Артем, прекрати. Мне пора. Не знаю, что ей нужно. Я слышала ровно столько, сколько и ты.

«Ника, солнышко, будь дома хотя бы до девяти. Важно. Чмоки, чмоки» пришло от нее голосовое полчаса назад.

Очень кстати, потому что липкие приставания Артема уже начинают надоедать.

Одно дело просто целоваться с ним, а другое…про другое я даже думать не хочу. Все должно развиваться постепенно и красиво, а не так, впопыхах в салоне машины.

- Все, Артем, все!

Отталкиваю парня и вылезаю из БМВ.

- До завтра, пока.

Подбегаю к калитке, открываю ее и быстро проскальзываю внутрь.

Машины Золотова, мужа матери, и моего отчима, пока что нет на участке, значит мать хотела поговорить со мной наедине. Интересно, что у нас намечается?

Сергей часто задерживается в офисе допоздна, а мать никогда не требует, чтобы я вернулась пораньше.

Все, что ее интересует в последнее время, это она сама и ее стремительно ускользающая молодость. Матери сорок два, и она считает это чуть ли не катастрофой вселенского масштаба.

Золотов мне нравится. Он нормальный мужик, если так можно выразиться. Не пристает с нравоучениями и не нудит по поводу и без, как некоторые отцы и отчимы моих подруг. Почти все время пропадает на работе. Дает денег столько, что я не успеваю тратить (мать предпочитает, чтобы мы жили на его деньги, а не на свои). Не устраивает никогда и никому сцен. К тому же внешне он очень даже ничего.

В общем, не отчим, а мечта.

Он тот, от кого я точно не жду никакой подлости.

А потому происходящее дальше настолько выбивает из колеи, что я не знаю, как смогу оправиться от такого удара.

- Никуся, а вот и ты! – поет Мари, едва я показываюсь на пороге гостиной.

Матерью я могу называть ее только в своих мыслях. А на людях будь любезна Мари. Или на крайний случай полным именем, Марианна.

Так повелось давно, еще со старших классов школы. Стоило мне начать и говорить ма.., как она тут же перебивала и заканчивала за меня. Мари. Постепенно я привыкла.

- Привет, привет.

Мы расцеловываем воздух возле щек друг друга, после чего Мари обращает внимание на мой новый маникюр.

- Мило, - констатирует она, - как раз сегодня думала над этим цветом. На Садовой делала?

- У Лизы, как обычно.

- Нужно и мне записаться, в пятницу прием у Сандаловых. Хочу выглядеть на все сто. И сменить план тренировок. А то что-то в последнее время я растеряла всю форму.

- Ты отлично выглядишь, ма.

- Да?

И мать косит глаза на большое зеркало, что висит слева от нас.

- Спасибо, Никусь. Но все же нововведения не помешают. Кстати, о нововведениях.

И она переводит взгляд тщательно подведенных небесно-голубых глаз обратно на меня. (На самом деле у нас с ней карие глаза, но она носит какие-то суперкрутые линзы). И пластику груди она сделала не задумываясь.

- Тут Сережин сын, Данил, ты же помнишь, что у Сережи есть сын от первого брака?

Что-то такое мелькало, но без подробностей.

- И что этот сын?

На манер матери я и сама начинаю засматриваться на себя в зеркало.

Слава богу, что с моей грудью все в порядке. Также как и с ягодицами. Они не огромные, но и не плоские. Грудь высокая и тугая. А попа выпуклая и округлая. Парни обычно зависают, стоит мне одеть платье с низким вырезом декольте или что-то обтягивающее.

- Ну, он поживет у нас какое-то время. Я надеюсь, ты не будешь против?

А раз так, что мне не придется делать пластику, как моей матери. Ни одной из частей тела. Что здорово, потому что я терпеть не могу все, что связано с клиниками и лекарствами.