Моя дочь от тебя (СИ) - Рябинина Юлия Валериевна

Мои рассуждения прерываются появлением Светы в дверях. Она влетает в помещение, будто воробышек: взъерошенная, нахохлившаяся.

- Света, что с тобой? - не выдержав ее молчания, задаю вопрос.

- Ничего. Все хорошо, Майя Ивановна, - натянуто улыбаясь, отвечает девушка, но я по ее взгляду вижу, что она мне врет.

- Света, - одергиваю ее, но она мне ничего не успевает ответить, так как на пороге появляется Ярослав.

- Все готово? - с нетерпением спрашивает мужчина.

- Да. Можете присаживаться. - Стараясь сдерживать нотки истерики в голосе, когда порог переступает Максим, продолжаю: - Светлана, обеспечь гостей напитками.

Включаю монитор, и на экране высвечиваются графики. Силясь никак не реагировать на присутствие Максима, все внимание устремляю на презентацию.

- Начинайте, Майя, время - деньги. Как вы понимаете, нам бы не хотелось его терять пустыми переливаниями слов из пустого в порожнее. - Голос Максима действует на меня не хуже разряда в двести двадцать.

Я не оборачиваясь на него, хватаюсь за край столешницы, чтобы не грохнуться на пол из-за подкосившихся колен. Скрипучим от волнения голосом начинаю обозревать наш проект, требующий вливания инвестиционного капитала.

Я успеваю отщелкать только половину кадров из презентации, когда меня грубо прерывают:

- Я понял, что вы хотите донести до нас. Можете дальше не продолжать, - сухо отзывается Максим, и я, резко поворачивая голову, вижу, как он встает, собирает со стола какие-то бумаги.

- Но там еще половина материала! - возмущается Яр, глядя в недоумении на меня.

- Я же сказал, что мне все понятно, - медленно, с расстановкой обрывает его Максим. - Пока мне неинтересно. Совсем. И пока я не вижу никакого смысла вливать в заведомо неприбыльный проект деньги.

- В каком смысле? - хлопает глазами босс.

- В самом прямом, Ярослав Михайлович. Я бы на вашем месте задумался о компетенции ваших сотрудников в подобных расчетах и планировании столь масштабных проектов. Хочу только отметить, что здесь видна рука дилетанта. - У меня с каждым сказанным Максимом словом глаза расширяются все сильнее то ли от злости, то ли от обиды, не знаю.

- Что вы имеете ввиду? - Яр явно не хочет воспринимать ни одного обидного слова, сказанного в сторону нашей фирмы.

- Только то, что вам нужно нанять новый штат работников. Старый никуда не годится, - грубо звучит со стороны Максима. - Как только будете готовы к этому, позвоните. Тогда и поговорим.

Максим и его коллега удаляются, не попрощавшись и даже не взглянув на нас. У меня все кипит внутри от гнева. Так и хочется догнать этого самонадеянного остолопа и дать ему затрещину.

- Вот же молокосос недоделанный! - цедит сквозь зубы Ярослав, и я с ним полностью в этот раз согласна.

- Хам и грубиян, - дополняю.

А Ярослав неожиданно подходит ко мне вплотную, кладет руки на талию, сжимает и резко сажает на столешницу, устраивается между ног.

- Если не дашь мне, уволю всех к чертовой матери. Прямо сейчас, - рычит мне в губы Ярослав, сверкая гневно глазами.

- И вот еще что, - по конференц залу эхом разносится голос Максима, и у меня сердце замирает, делается невыносимо тяжелым, ухается прямо в пятки.

В воздухе повисает напряжение. Я готова провалиться сквозь землю. Мне кажется, что именно для меня там сейчас кипит персональный котел, в котором можно свариться от стыда.

Освобождаясь из рук Ярослава, слезаю со стола и, одернув юбку, подхватываю для вида какие-то бумаги, лежащие на столе, иду к выходу.

Макс стоит в дверях. Украдкой бросаю на него взгляд, но все внимания парня приковано к Ярославу. Он делает вид, что не видит меня. Как будто я пустое место. Как тогда... Возле лифта, семь лет назад.

- Да?! - голос Ярослава низкий, хриплый.

- Я решил, что сделаю для вас исключение. Сегодня в восемь вечера встретимся. Я надеюсь, шести часов вашему, кхе, менеджеру хватит, чтобы подкорректировать недочеты?.

Я даже не концентрируюсь на их беседе. Мне сейчас слишком плохо и больно от того, что ОН стал свидетелем наших взаимоотношений с Ярославом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Да, конечно. Наш проект-менеджер постарается, - с сарказмом произносит босс.

Сукин сын! Чтоб ему пришлось удовлетворять сегодня самого себя! - бубню под нос.

Подойдя к двери, останавливаюсь, так как Максим загораживает выход.

- Уж постарайся, - хмыкает парень.

Тут я не выдерживаю, кидаю на него злой взгляд.

- Непременно, - рявкаю так громко, что сама вздрагиваю.

Выскакиваю из кабинета и мчусь по коридору. И плевать мне на то, что подумают сотрудники. Сейчас самое главное - скрыться от того, кто может снова разрушить мою жизнь. Ведь ему это ничего не будет стоить. Как и в прошлый раз, шрамы останутся только у меня.

Глава 2

- Странная девка, - тянет коктейль через трубку Антон, косится в мою сторону. - Знакомая?

- Угу. - Опрокидываю в себя мохито, и бармен сразу же заменяет пустой стакан. - Когда-то работала у отца.

- Ого! - Антон прекращает цедить коктейль, поворачивается ко мне всем корпусом, смотрит с интересом.

- Что? - поднимаю бровь, кидаю на него вопросительный взгляд.

- Я готов. Рассказывай, - моргает на меня своими коровьими глазами.

- Да и рассказывать особо нечего, - отмахиваюсь от Антона. - Мы познакомились, когда совсем зеленым был. Я бы ее и не вспомнил, если бы не ее сестра...

- Чертяка! Какой ты чертяка! Меня теперь любопытство разорвет как Тузик грелку. Не двинешься с места, пока не выложишь все подробности!

Криво усмехаюсь. Подробности? Что он имеет ввиду? То, что трахаю ее сестру? То, что Майя оказалась самым большим разочарованием в моей жизни? Что ему рассказать?

Воспоминания нахлынывают неожиданно. Но это все настолько личное, мое, что ни один человек, ни одно существо не знает о том, что я чувствовал в тот момент, когда увидел Майю на сцене. Господи! Это было так больно, будто на живую сердце клещами вытаскивали через грудную клетку. Нахрена я поперся с Илюхой в тот вечер в клуб? Нахрена?! Сам не могу найти этому объяснения!

“Клуб был элитный, гордость Илюхиного отца. Лишь только поэтому нас туда пустили. Батя у друга был мировым мужиком, не то что мой. Помню, как он нам с Илюхой втирал, что в восемнадцать у пацана должно быть не только свое мнение, но и не один десяток баб. Мужчина утверждается только через постель. И чем больше телок в ней побывает, тем успешнее мужик будет.

Сказать, что я был согласен с ним?.. Нет, скорее нет. Но в тот вечер, когда Майя четко мне дала понять, что ей моя любовь не впилась ни в одно место и деньги для нее важнее... Я вдруг понял, что проиграл этот раунд лишь только потому, что был для нее всего лишь восемнадцатилетним сосунком, неспособным решать "взрослые" проблемы.

В клуб мы с Илюхой завалились уже навеселе, и, естественно, все пошло по накатанной. Стоило только подойти к бару, как к нам прилипли две соблазнительные соски. Длинноногие брюнетка и блонди в откровенных платьях, почти не прикрывающих их телеса; я б даже сказал, что тряпки чуть ли не лопались, обтягивая аппетитные формы.

- Ребят, если вы не заняты, может, проведем время вместе? - крикнула мне брюнетка в ухо, стараясь хоть на чуть быть громче музыки.

Я невыразительно кивнул; как только дошло до действия, совсем перехотелось кому-то что-то доказывать. Хотелось просто напиться и стереть к херам собачьим сегодняшний день. И заодно Майю.

Веселье было в самом разгаре, когда музыка неожиданно стихла; диджей всех пригласил на шоу, которое проходило на нижнем ярусе здания. Илюха, видимо, не в первый раз бывал там, потому как глаза у него загорелись.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Пошли! - Схватив меня за шею, сдернул со стула, потащил в сторону дверей.

- Эй! Ребят! А мы?! - Подружки переглянулись между собой, перевели растерянный взгляд на нас.

- Мы вернемся! - подняв руку, крикнул Илья, но его ответ заглушил нарастающий с новой силой бит.