Всё, что нужно для счастья (СИ) - Стасина Евгения

Приехали! Пяти минут в доме не провели, а уже правила устанавливают. Племянница с любопытством осматривает моё жилище, а сестра нагло шарит в шкафу, подбирая подходящие треники для нашего марафонского забега.

- Васька... Что имени другого не нашлось?

- А зачем голову ломать? Типичное, кошачье. Такие подойдут?

Может, и зря я так о ней волновалась. Профиль её мониторила, под снимками комментарии оставляла, а если её активность падала, сгрызала ногти на обеих руках... Пяти минут не прошло, как она вновь ворвалась в мою жизнь, а у меня уже такое чувство, что и не расставались вовсе. Вздыхаю, хватая протянутые мне леггинсы, и покорно натягиваю их на себя. Куда от неё денешься?

- Вперёд. Я на лифте, а ты пешком.

- Это ещё почему?

- Вдруг застрянем? А у нас Сонька одна. Вот что значит не иметь детей! - бросает и из-под бровей поглядывает на меня с укором. Словно продолжение рода, единственная миссия, с которой женщина является на этот свет! - Родила бы, может, и разводиться не пришлось! Мужики алименты платить не любят.

- Думаешь, он к молоденьким студенткам бегал от нерастраченного отцовского потенциала избавляться? Как бы не так, - усмехаюсь и пихаю ступни в растоптанные балетки. Специально их для таких случаев держу: с Иркой в подъезд выбегать, если ей покурить захочется, или среди ночи пса вывести, когда он объестся сметаны.

- Некрасов? Изменял?

- С завидной регулярностью И ты бы знала об этом, если бы изредка заглядывала в мой инстаграм.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я все совместные фото с ним удалила. Ибо пачкать его предательской физиономией свои альбомы больше не хочу. Хватит, своё отмучилась.

- Вот только давай без нотаций! Я, между прочим, одна дочь поднимаю. Кручусь как белка в колесе: дом, детский сад, работа, кружок. Кот ещё этот постоянно убегает, - сестра нетерпеливо прокручивает ключ в замке, но спустя пару неудачных попыток, наконец, освобождает мне место. - Думаешь, у меня жизнь малина? Держи карман шире! В Столице с нормальными мужиками дела обстоят ещё хуже: либо редкостный мерзавец, либо гей.  О, или, вообще, женатый! Кстати, Некрасов себе кого-нибудь нашёл? Или как ты ограничился собакой?

- А я почём знаю? Хоть слона завёл, меня теперь это не волнует.

- Неужели разлюбила?

- Как раз в процессе. Так что давай сменим тему? О себе, что ли, расскажи...

- А чего рассказывать? Сонька! Иди мать поцелуй! - кричит и девочка тут же выбегает в прихожую. Виснет на материнской шее и кивает чему-то, что она шепчет ей на ухо. - Вот моё единственное достижение. А больше хвастаться нечем. Я одинока, но в отличие от тебя, хотя бы не выгляжу на полтинник.

Я б поспорила... Но сделаем ей поблажку - человек только с поезда сошёл. Выхожу в подъезд и сама жму на кнопку, чтоб долго у лифта не топтаться. Верка же копуша, всё с Сонькой никак не расстанется. Словно ни на минуту уходит, а на всю жизнь.

- Люблю её, - просто пожимает плечами на мой насмешливый взгляд, а когда створки лифта раскрываются, нагло отпихивает меня к лестнице. - Я не шутила. Ты пешком. Если спустишься первая, можешь не ждать - моё барахло ты сразу заметишь.

* * *

Верка не обманула: с водопроводом и отоплением в доме, может, и есть проблемы, но консьержка действительно имеется. Правда, до этого дня я даже не подозревала, что сухонькая, намарафеченная дама с закрученной в гульку косой, непрочь перекинуться парой слов.

Когда я оставляю позади с десяток лестничных пролётов, моя младшая сестра уже вовсю обсуждает с ней премудрости домашней косметологии. Диктует состав угольной маски, которую год назад так рьяно рекламировали в интернете.

- Желатин?

- Ага. Главное, не переборщить и не накладывать на лицо, пока не остынет, - Верка с видом умудрённого знанием и опытом профессора вскидывает вверх указательный палец. - И разводите в молоке, лично мне так больше понравилось. Ну, наконец-то! Шустрее ногами передвигать не пробовала?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Вот сама бы и шла пешком, - дочка, вообще-то,  не моя, и если кому и следить за ней, так это матери, пока медлительные лифтёры будут извлекать меня из кабинки. - Это всё твоё?

Впрочем, может не отвечать. Дом сдали не так давно, месяца три назад, но большинство жильцов заехали в первую же неделю. И знаете, даже у них барахла было меньше! Книги, в большинстве своём детские, три мусорных пакета с мягкими игрушками, коробок пять с неизвестным содержимым и три большие спортивные сумки, видимо, с вещами. Она что, решила у меня поселиться с концами?!

- Как вы это допёрли?

- Грузчиков к поезду наняла. И лучше кончай болтать, и помоги мне затащить это в лифт. Только поаккуратней с этой коробкой! - визжит, а я от ужаса едва не роняю её на пол. - Там мамин хрусталь, Васька! Я когда в Москву уезжала, она мне его как приданное сунула.

А мне комплект постельного белья на свадьбу подарила. Вульгарно-красного, с плохо отпечатанными розами на узкой простыне. Даже немного обидно, знаете ли!

- И с этой поосторожней, там Сонькины поделки из пластилина!

- Их-то зачем взяли? - искренне удивляюсь такой глупости, но делаю, как велят: аккуратно ставлю в угол просторной кабинки картонный короб из-под дешёвой водки, и иду за следующей партией.

- Сонька их коллекционирует. Решила всех персонажей Лунтика слепить. У тебя, кстати, полки навесные есть? Мне дома пришлось над её кроватью повесить, чтоб всё на виду было.

Вот дурдом. А потом удивляются, почему я детей не хочу! Да чтобы не превращать квартиру в музей посредственного детского творчества! Я молчу, а сестра беспечно пожимает плечами.

- Ну, ничего, купим. Кстати, Антонина, Васька моя мужиков часто водит?

- Ни разу не видела, - консьержка улыбается, а я мрачнею, ведь смотрит пенсионерка на меня с явным сочувствием. - Только с Максом гуляет.

- С Максом?

- Это мой пёс, - утираю взмокший лоб ладошкой и делаю вид, что пытаюсь взгромоздить один из её баулов на уже составленные в рядок сумки. Я что ей грузчик?

- Пёс... Ну ты даёшь, сеструха! Сама облезлого пса в честь бывшего мужа назвала, а меня из-за кота стыдишь!

- Потому что Некрасов заслужил, а я к тебе всегда была добра. Вот когда ты Сонькой забеременела, кто весь удар на себя взял?

- Нашла что вспомнить. Меня бы и так не прибили, так что сильно не важничай. Всё, - Верка отряхивает ладошки и рукой указывает мне на лифт. - Теперь ты как белый человек езжай, а я пешочком пройдусь.

Ну, слава богу! А то после таких вот нагрузок я точно до работы не дойду. А мне ещё на окраину города пилить, брать интервью у директора местного детского дома! И думаете, редакция на такси раскошелится? Как бы не так!

Оставляю двух сплетниц в парадной и уже тянусь к нужной кнопке, прикидывая, как в нынешних условиях за час успеть собраться. Это же очередь в ванную, не прекращаемая болтовня обо всём на свете, Веркины дурацкие шуточки о моей несостоятельности в семейной жизни. Ещё и пса вывести нужно, пока он не загадил мой дорогой паркет...

- Васька, - да только сестра так не вовремя ногу вперёд выставляет и не даёт сомкнуться дверям. - Ты мне ещё спасибо скажешь!

- За что?

- За Соньку! А то живёшь, как старая дева, разве что без котов!

Уже говорю: "Спасибо", ведь кот у меня теперь тоже в наличии имеется. Ещё и тёзка, чем не повод для счастья?

- Сумку давай, - устало вздыхаю, кивая на небольшую котомку, свисающую с сестринского плеча, и протягиваю руку ладошкой вверх.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Эту я сама... Езжай, Васёк, - Верка отказывается от помощи и смотрит на меня так странно, внимательно, с тоской, что ли. Аж мурашки по спине бегут! - Я скучала, правда.

- И я, - улыбаюсь, но пол подо мной подпрыгивает, и набитая чужими вещами кабинка уже мчится вверх, унося с собой и моё признание. Не страшно, у нас столько времени впереди, чтобы о многом поговорить...