Мечтательница, или Отомсти мне, если сможешь (СИ) - Ройс Ева

Нет, все же я ненавижу сюрпризы.

— Ян, — окликнула я подругу, — может, ты нас представишь?

— Представить? Вас? — удивилась она. — Линка, ты чего? Вы давно знакомы! Это же Шурик. Ну, или Сашка. Он тебя, кстати, не забыл, — лукаво усмехнулась подруга.

— Ни капельки. Это суровое создание я и после потери памяти видеть буду. В кошмарах, но буду, — добавил Алекс, так же насмешливо улыбаясь. А вот мое выражение лица все больше напоминало красную злую птичку из одноименной игры.

Какой еще Шурик?! Это когда мы познакомиться еще успели?!

— Лина, Шурик — мой двоюродный брат. Мы с ним детство провели. Вспоминай! — пояснила Яна, заметив непонимание на моем лице.

Мир неласково пошатнулся. Шурик? Сашка? Брат? Тот самый чертенок, который пакостил больше, нежели все человечество со времен создания мира? Тот, из-за которого ночами была мокрая подушка, а нервные клетки махали на прощанье платочком, ибо не в состояние были выдержать столько пугалок и моральных трепок? Тот Саша, что оставил меня слегка лысой, как только не извращаясь над моими волосами? ВОТ ЭТОТ ДЕМОН — МУЖЧИНА МОЕЙ МЕЧТЫ?!

Вселенная, а можно я поплачу?..

— Судя по ее лицу, опознание прошло успешно, — громко шепнул Яне вышеупомянутый.

— Run, Aleks, run*, - процитировала великий кинематографический шедевр подруга. И была права. В следующий миг в кумира моих внутренних тараканов да бабочек полетела диванная подушка.

***

— То есть ты сейчас в Америке? — уточнила я, забирая себе очередной кусок пиццы. Вот уж что сегодня не разочаровало, так это еда. С ней можно было и Демона перетерпеть.

— Yes, baby, — пережевывая свой кусок, покичился своим английским Саша.

— Потому и Алекс? Решил стать модным с наворотами?

— Нет, все проще, — ответила вместо Аполлона Яна. — Американцы его отказываются называть иначе, а ему трудно привыкать к двум именам. Потому и переучились все. Представляешь, после “Шурика” отходняк случился!

— Дурдом… — пробормотала я, вгрызаясь в божественное тесто. М-м-м-м… К черту мужчин, оставьте меня с едой, она шикарнее.

— Вся наша жизнь — дурдом, а мы в ней — узники палаты, — заумно и патетично проговорил Алекс.

— Актерское по тебе рыдает, — съехидничала Янина.

— Ага, от счастья, что не к нему сие попало, — добавила свои пять копеек. Ну никак не могла устоять, правда.

— Вы просто завидуете. У меня хотя бы хватает мозга в глазах сделать “умное” выражение, подходящее к подобным высказыванием.

— Это случайно попало. Скоро выйдет. Как ресничка. Не переживай сильно. — Молчание, конечно, золото, но какое-то переоцененное. И без него прожить можно. Но вот судя по таким взглядам, недолго!

— Так, все, брейк! — вмешалась Янина. — Мы вообще фильм собирались смотреть. Эль, ты решила какой?

— Угу. “Убийство в Восточном экспрессе”.

— Хорошо. Я уберу со стола, а ты включи, пожалуйста.

— Без проблем, — покладисто согласилась я. Находиться с Демоном в одной комнате дольше сил уже не было.

Пока включала все части “домашнего кинотеатра”, то есть колонки, экран и прочее-прочее, услышала доносящийся из кухни шепот. Тихий, ради которого пришлось навострить слух…

— Это же было в детстве! Оставьте его там! Будь умнее, сделай первый шаг!

— Я делал. Его не оценили.

— Он был слишком незаметный даже для меня. Согласись, раньше ты ей прилично нервы потрепал.

— Было дело. Мне даже стыдно. Хотя все равно весело выходило.

— Ты неисправим.

— Ян, все будет хорошо. Мы разберемся. Не переживай.

— Надеюсь…

Честно признаться, во мне проснулась совесть. Ее храп был приятной музыкой для моей души, а без него на ней заскреблись кошки, когтями выцарапывая нотки сомнений. Увлекшись воспоминаниями о детской вражде, я совсем не подумала, каково сейчас Янке. Как неуютно, насколько неловко и неприятно…

Прошлое это прошлое. Тем более детство. Дуться из-за него сейчас — глупое дело. Надо все же попробовать подружиться.

Тяжело вздохнув, согласовала с тараканами это решение, нацепила на лицо улыбку и приготовилась ждать. Нового Алекса, родную Янку и интересный фильм.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

И все было бы хорошо, если бы ни одна случайная мыслишка: отомстить. Безобидно и легонько, но подшутить над ним так, как он надо мной в детстве. Чуть-чуть. И с этой мыслишки и началась наша история…

*Аналогия “Беги, Форест, беги”, просто на языке оригинала

Глава 1

/Элина Кравцова/

Мне снился долгий и странный сон.

Во сне я, словно наяву, вновь переживала случай из детства. Он приключился со мной в тот солнечный и ясный день, когда меня привезли в на дачу к Яне. Было лето, нам было по десять лет, а на пляже, который находился недалеко от дома, гуляла компания ровесников.

— Ой, новенькая! — крикнул кто-то в кругу. Они играли в “Вышибалы”, потому большая часть детей находилась в кучке. А вот за пределами этого “овала” стояли два мальчика. Один высокий, выше сверстников, красивый и отлично сложенный уже в своем малом возрасте. А второй худенький, с нелепой прической, стоящий на тоненьких ножках, которые непонятно как его удерживали, а в руках держащий мяч. Большой такой и классный мяч…

— Смотрите, смотрите! Янка подружку привела! — продолжали галдеть вышибаемые. — А как тебя зовут? А сколько тебе лет? Ты будешь с нами играть?

Мне настоящей хотелось ответить, но я была всего лишь наблюдателям. Череда событий разворачивалась так, как текла десять лет назад. А десять лет назад я застеснялась и заробела, опустив глаза в пол, что и стало ошибкой.

В самое темечко мне прилетел мяч. С силой, которую я никак не ожидала почувствовать от тощего паренька, который в меня его запустил. Я покачнулась и удивленно вскинула голову.

— Теперь ты вышибала! — прокричал он и показал язык.

— Сашка! — возмущенно воскликнула Янина. Что она делала до этого, в моей памяти совершенно не отпечаталось… — А вдруг у нее синяк будет? А если сотрясение?!

— Ничего с ней не случится, — ответил тот самый Сашка. И вернулся в круг. — Янка, иди к нам. А ты — как тебя, кстати, зовут вообще? — становись на мое место. Ты правила знаешь?

Я кивнула. И тихонько, все еще глядя в песок, произнесла:

— Лина.

— Что? — крикнул Сашка. Как оказалось, он тут был кем-то типа главаря. — А громче можешь? Или силенок совсем нет?

Я подняла голову и, глядя ему в глаза, повторила:

— Лина. Меня зовут Лина.

— Алина? Хорошо, Алина. Ребятня, она Алина! — громко сообщил всем мальчик.

Я возненавидела его в тот самый миг. Не мяч стал причиной, нет. А то, что он, спорить готова, знал мое имя. Яна наверняка сообщила. Но намеренно его исковеркал, окрестив на долгие годы Алиной.

А я очень не любила имя Алина. И когда мое с ним путают — тоже.

Во сне, как и в своем детстве, я пыталась выбить только его. Каждый раз. Но он юлил, уворачивался и никак не позволял достать до него мячом. Мелкий и проворный, Сашка умудрялся обскакать все поле, скрыться в толпе или в последний момент избежать столкновения с мячом.

Вражда началась в тот самый солнечный и ясный, по-настоящему летний день.

Проснулась я с тяжелой от недосыпа головой. Измученный учебой и событиями последних дней мозг не мог расслабиться, выдавая кошмар за кошмаром, что делало сон совсем невыносимым. А главное — не приносящим отдыха.

Впрочем, не только мозг старался угодить хозяйке — глаза тоже преуспели на этом поприще. Едва я оказалась в ванной напротив зеркала, резко пожалела, что со зрением у меня все в порядке. Потому что преотлично видела растрепанные темные волосы, торчащие во все стороны, красные глаза и — венец моего прекрасного образа — мешки под оными.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Кажется, у меня теперь тяжелая психологическая травма…

Но делать нечего — время, которое я подсмотрела на экране фитнес-браслета, неумолимо текло вперед, а я сегодня работаю. И опоздания вообще нежелательны. Я Рите обещала, что буду ровно в половину двенадцатого.