Не дружи со мной (СИ) - Лавринович Ася

Ознакомительный фрагмент

Затем обернулась к Пашке и громко, словно сварливая бабка своему старому деду, проговорила:

— Потаскать ты у меня ее одолжил!

— С ума сошла? — еще больше округлил глаза Пашка. А потом покосился в сторону девчонки, которая смотрела на нас с нескрываемым интересом. В глазах друга читалось: «Хотелось бы за Полю извиниться! Понятия не имею, что эта нездоровая мелет…» — Красную, говоришь, в белый горох?

— Такую… до пят, — промямлила я, понимая, как все-таки глупо выгляжу со стороны.

— Не мог я у тебя такую взять, — серьезно ответил Паша. — Не мой фасончик… У бабули своей спроси.

Первокурсница, сообразив, какую игру я затеяла, теперь взглянула на меня с нескрываемым ехидством. Ай, да ну их всех!

— Мы сейчас на консультацию опоздаем! — воскликнула я, подталкивая Пашку в спину. Хватит ему на хорошеньких младшекурсниц заглядываться. — Надеюсь, мы вам помогли!

Я старалась улыбнуться девчонке как можно дружелюбней, но, скорее всего, на лице моем все равно появился неестественный оскал.

— О, очень помогли! — усмехнулась она в ответ, снова раскрывая свой блокнот. — Теперь мне все предельно ясно…

А чего хихикает-то? Я нахмурилась. Когда Долгих, попрощавшись с девицей, отчалил от нас на несколько метров, я выкрикнула:

— Пашка, сейчас догоню! — Повернулась к первокурснице. — А что вам предельно ясно-то, если не секрет?

Девчонка, не поднимая головы от блокнота, проговорила:

— Не секрет! Как я и думала, нет никакой дружбы между мужчиной и женщиной. А друг ваш скорее слеповат, чем глуховат…

Глава 2

Мы неслись по длинному пустому коридору к аудитории, где должна была проходить консультация. Конечно, Пашка бежал впереди, а я сзади пыхтела как паровоз, то и дело поправляя слетающую с плеча лямку рюкзака.

— Жан-Поль, объясни, что это было? — не поворачивая ко мне головы, бросил на ходу Паша.

— А? — не сразу разобрала я его вопрос. И быстрее засеменила ногами. — Ты уверен, что хочешь сейчас об этом поговорить, Павлентий?

Сразу поняла, что он имеет в виду мою выходку перед первокурсницей… Я решила не ждать, пока огребу сама, поэтому пошла в наступление:

— Нашел время, когда отношения выяснять! Если мы сейчас снова опоздаем, на меня так препод разозлится, что я вовсе не получу допуск к экзамену… И тогда я тебя…

— Какая на фиг юбка? — не отставал Паша.

— Сказала ж, белая в красный… ой! Красная в белый горох…

— Ковалева! — гаркнул Пашка.

Мы одновременно притормозили и, тяжело дыша, уставились друг на друга. Конечно, рано или поздно Пашка догадается, по какой причине я отгоняю от него девчонок. Каждый раз, вообразив себя Розой Сябитовой, я заявляю, что очередная новая подружка ему не пара. А кто пара? Я?..

Как-то в десятом классе Паша пытался отвадить от меня одного кавалера. Парни даже за гаражами подрались. Я тогда жутко обрадовалась, думала: вот оно! Счастье. Но, как оказалось, дело было совсем не в ревности. Эти глупые мальчишки устроили бойцовский клуб из-за предстоящих городских соревнований по серфингу. А я уж себе насочиняла…

Конечно, иногда Долгих тоже включал одну из ведущих «Давай поженимся», критикуя моих ухажеров. Все ему Луна в знаке Козерога мешала. Как только в душе моей затеплилась надежда, что он не хочет видеть рядом со мной другого, Паша одобрил одного парня — Степу. Дело было на первом курсе, мы со Степой в кафе познакомились. И даже встречались целых пять месяцев… При этом, сколько бы я не уговаривала себя, что Степа — моя судьба, огромной пламенной любви у меня с этим парнем не случилось. Даже не знаю, зачем я дала ему шанс… Возможно, мне просто надоело быть одной и наблюдать рядом с Пашей новую девчонку. Хотелось забыться и, может быть, все-таки по-настоящему влюбиться… Но не судьба. Со Степой мы, кстати, расстались без скандала. Парень и сам чувствовал, что он герой не моего романа… Правда, в нашу последнюю встречу не удержался от колкости и передал пламенный привет Паше.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Всегда тебя к нему ревновал, — признался Степа.

— Со стороны это так заметно? — огорчилась я.

— Увы, — вздохнул Степа. — Думаю, рано или поздно вы все-таки сойдетесь…

С того разговора прошло уже два года. Не сбылось. Не сошлись.

Конечно, узнав о моих чувствах, Пашка сначала бы рассердился, затем посмеялся, а потом… стал бы меня избегать? Ведь я ему ни капельки не нравлюсь как девушка! Просто друг. Аполлинарий Сергеевич, Жан-Поль, а вот и Полли… Ему все шутки. А я не хочу его терять. Господи, ну почему он после школы поперся следом за мной в тот же город, в тот же университет да еще и в одну группу на факультет политологии? За что мне эти мучения?

— Вот уж и приколоться нельзя, — равнодушно пожала я плечами. — По-моему, с юбкой забавно вышло!

— Что забавного в том… — начал Паша, но я уже демонстративно забарабанила в дверь аудитории.

— Вот это тяга к знаниям! — покачал головой Пашка.

— Допуск к экзамену хочу! — буркнула я в ответ.

Ох, если бы я знала, как стремительно начнут развиваться события дальше, то с радостью сосватала бы друга за первокурсницу с соцфака… Как говорится, из двух зол меньшее… Потому что Пашка подложил мне такую свинью!

Все началось с того, что в среду после занятий друг выловил меня в университетской столовой и негромко проговорил:

— Есть к тебе разговор на миллион!

— Деньги на бочку, — не глядя на Пашу, сразу потребовала я. Стояла с подносом в руках, на котором были два круассана и крепкий кофе без сливок, и выглядывала свободный столик.

— Вон, у окна освободился! — услужливо подтолкнул меня Пашка.

— Ай! Павлюченко! Вот дурак! Кофе разолью…

Вдвоем мы доплелись до столика у окна. Здесь так ярко светило солнце, что я недовольно вздохнула. На стекле красовались грязные разводы от дождевой воды.

— Долгих, предупреждаю, у меня через полтора часа йога! — Я демонстративно постучала по спортивным наручным часам.

— Целых полтора часа! — усмехнулся Паша.

— Ты ведь знаешь, что я все время опаздываю! — покачала я головой, впиваясь зубами в свежий круассан.

— Короче, — не стал томить Павлик, — ты помнишь Ульяну Шацкую?

Я закашлялась. С чего бы мне позабыть своего врага номер один? Ведь мы только сегодня утром столкнулись с ней у расписания… Шацкая будто невзначай наступила мне на ногу. Да так больно, что я чуть не взвыла. Своим милым каблучком-рюмочкой. Наша миленькая правильная девочка…

— Ай! Нельзя ли поаккуратней? — прошипела я девчонке.

— Извини! — невинно захлопала голубыми ясными глазками Шацкая. — Не сразу тебя заметила… Алина, кажется?

Ну какая же стерва! Ведь мы учились в одной школе! Только в параллельных классах… Вечно делает вид, будто не помнит мое имя.

— Алевтина! — проворчала я, нарочно подтолкнув ее в ответ плечом.

— Ты чего? — охнула Ульяна.

А вот ничего! Терпеть ее не могу! Всю свою школьную жизнь только и слышала от учителей: «Ульяночка Шацкая из «А» класса ну такая замечательная девочка! Отличница, спортсменка… и просто красавица!» А какая отзывчивая? Всех уличных котят домой перетаскала. Когда и моя родительница дома нахваливала Улю, у меня от злости пар из ушей валил. Как оказалось, она работала вместе с мамой Ульяны, а та ей только и докладывала новости о своей доченьке.

— У Шацких Ульяна каждую субботу делает генеральную уборку, — как бы между делом сообщала мне мама. Всякий раз в тот момент, когда я усаживалась за ноутбук, чтобы порубиться в игру.

— Ага, — рассеянно отвечала я, натягивая наушники…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— У Шацких Ульяна каждое утро мусор выносит!

— Ага! — опаздывая в школу, злилась я, перешагивая через услужливо оставленный мамой пакет с мусором у двери.

— У Шацких Ульяна занимается балетом…

И так до бесконечности! Мясо не ест, мех не носит, спорт любит, с детишками соседскими нянчится, конкурс красоты выигрывает, клубнику в саду выращивает… Как кот Матроскин: «Подумаешь, я еще и вышивать могу… и на машинке тоже».