Susanne Beck - Трилогия Айс и Ангел

– Знаешь, что у тебя такие круги под глазами, что они скоро станут размером с озеро. Когда ты спала в последний раз?

Застигнутая врасплох, я принялась что-то мямлить:

– Гммм… мм… я… я не помню.

– Так я и думал. Тебе срочно надо отдохнуть. Давай-ка, забирайся на кровать и устраивайся рядом с Морган. Я за вами присмотрю.

– Тебе тоже нужно поспать, – заметила я, видя, как он изможден.

– Да, но я не могу делать два дела одновременно, – он слабо улыбнулся, и я почувствовала, что он что-то скрывает. – Кроме того, мне кажется, что Морган будет спать спокойнее, зная, что ты рядом.

– Ох и хитрец ты!

Он пожал плечами:

– Но ведь сработало же!

– Да.

– Вот и славненько, – он подмигнул мне. – Приятных сновидений.

Спустя некоторое время что-то, я не сразу поняла что, выдернуло меня из глубин беспокойного сна.

Потом это повторилось, и я сразу же поняла, что меня разбудило.

Айс пошевелилась и застонала.

Сон как рукой сняло, и я с ужасом обнаружила, что в забытье сна по привычке приняла свою любимую позу – прижалась к Айс, положила голову на плечо, обняла рукой за талию и перебросила одну ногу поверх ее ног.

– О боже, Айс! Прости меня! Я случайно…

– Ангел…

– Я здесь… Прости меня, любимая… – я хотела коснуться ее, но увидела, что веки ее опущены, но глаза под ними непрерывно движутся.

– Айс?

Ее лицо покрылось липким потом:

– Ангел! Нет!

Рука дернулась, и трубка капельницы выскочила из-под повязки, оттуда хлынула кровь, заливая белое покрывало.

– Отпусти ее, сволочь!

– Айс! Не надо! – я попыталась утихомирить ее, но она яростно отпихнула меня, покрывало оказалось сброшено на пол.

– Отпусти ее, Кармин… Вот так, отпусти ее, или я вырву твое сердце и заставлю сожрать его.

– Айс… пожалуйста… – я хотела погладить ее, чтобы успокоить и дать понять, что я жива и в безопасности, но не смогла найти ни одного не израненного места. Тогда я придвинулась губами поближе к ее уху и начала шептать: – Айс, я в порядке. Со мной все хорошо. Кармина здесь нет. Это тебе просто снится. И все. Это только сон.

– …Ангел?

– Да, дорогая. Это я. Ты в безопасности. Нам никто не причинит вреда, я обещаю.

Прошла секунда, и ее тело расслабилось. Я облегченно вздохнула.

– Ангел! Неееееееет!!!

Она затряслась в агонии, как будто в своем бреду вырывалась из стальных цепей, сковавших ее тело. Со страхом я смотрела, как ее лицо исказил нечеловеческий оскал, а сквозь крепко сжатые веки потекли слезы.

– Айс, – прошептала я на ухо, стараясь, чтобы она не ударила меня головой, – Айс, спокойно. Все хорошо. Я здесь, с тобой, – я положила руку ей на грудь в надежде успокоить, но сразу отдернула – она была скользкой от крови.

Я всеми силами пыталась сохранить самообладание, зная, что если она каким-то образом почувствует мое состояние, то это еще больше усугубит ситуацию. Вытянув шею, я старалась высмотреть хоть кого-нибудь внизу, недоумевая, почему же они сами не услышали, что тут происходит, и уже не прибежали на помощь.

Ее тело опять заколотилось, руки и ноги дергались в слепой ярости. Ей удалось освободить одну руку от пут, которые связывали ее в бреду, и над моей головой просвистел кулак, который задел бы меня, если бы я вовремя не пригнула голову.

Она размахнулась для еще одного удара, я отпрянула от нее и, перевалившись через край кровати, упала на пол. Быстро оправившись, я залезла обратно, крича о помощи.

На груди расползалось большое кровавое пятно, а она продолжала биться в агонии.

Внизу застучали ботинки, я продолжала свои попытки утихомирить ее, при этом не дотрагиваясь, так как на любое прикосновение последовал бы быстрый и мощный удар.

Меня подхватили руки, и я оказалась на полу, а Том схватил руку Айс и прижал ее к кровати. Поп держал другую руку, а Джон, самый крупный из всех, не считая Булла, боролся с ногами.

Рыча и воя, как раненное животное, Айс собрала все свои силы перед лицом этой новой для нее угрозы и яростно отбросила держащие ее руки, тело ее дергалось в конвульсиях. Выругавшись, мужчины кинулись обратно, пытаясь удержать ее, пока Булл, лихорадочно роящийся в своем рюкзаке, не найдет успокоительное.

Вытащив уже наполненный шприц, Булл встал между Томом и окном.

– Так, держите ее. Мне надо… черт!

Шприц пролетел над моей головой, а Булл, потерявший равновесие, упал, чуть не раздавив меня.

– Держите ее, черт бы побрал! Она же порвет все швы!

– Мы делаем все возможное! Она сильнее медведя!

– Ангел!!!

У меня что-то надломилось от мольбы в ее голосе, и я рванулась к ней, отпихивая мужчин:

– Айс!!!

– Ангел!!!

Она протянула дрожащую руку, и я хотела схватить ее, но тут Булл отодвинул меня, собираясь сделать еще одну попытку ввести ей успокоительное. Я попыталась протиснуться, но он, злобно зарычав, отпихнул меня бедром, не давая приблизиться к кровати.

– Переверните же ее, черт! Мне надо…

Он отступил на шаг, уворачиваясь от удара, и я не упустила эту возможность, проскользнув в освободившее пространство, и бросилась на кровать, закрыв Айс телом.

– Хватит! – закричала я. – Отойдите! Сейчас же!

Все четверо ошеломленно уставились на меня, но, тем не менее, подчинились.

Потом я повернулась к Айс и увидела, что мои подозрения оправдались.

Она очнулась. Широко раскрытые глаза были наполнены безумным горем.

– Ангел? – в ее голосе звучала такая обнаженная боль, что мое сердце чуть не остановилось от разрывающей меня жалости.

– Я здесь, солнышко. Я здесь.

Она хотела дотронуться до моего лица, но отдернула руку:

– Прости меня. Прости, прости меня. Я пыталась тебя спасти. Я…

– Айс! Ты спасла меня! Я здесь! Прямо перед тобой!

Но он меня не слышала и продолжала смотреть как на привидение:

– Пожалуйста, прости меня, Ангел. Я не смогла…

В этот момент Булл, воспользовавшись тем, что Айс немного успокоилась, обнажил ей бедро, быстро впрыснул лекарство, и так же быстро отошел на безопасное расстояние.

Глаза ее злобно сверкнули, потом закатились "…не смогла спасти тебя…" пробормотала она перед тем, как отключиться.

Я в ярости развернула Булла к себе лицом.

– Зачем ты это сделал?

Как я хотела ударить его в этот момент!

– Зачем?

– Ей нужно было успокоиться, Ангел, – резонно заметил он. – Швы должны зажить немного.

– Ты идиот! Она думает, что я мертва! И когда действие твоего лекарства пройдет, как, ты думаешь, она будет реагировать? Для нее ничего не осталось тут! Ничего!