Джилли Купер - Человек, заставлявший мужей ревновать. Книга 2

– Схватился с каким-то верзилой наверху. Сэб наполнил стакан Джорджии водкой и апельсиновым соком.

– Мне нравится ваш альбом.

– Спасибо. А кто хозяин дома?

– Какой-то малый по имени Марк Уотерлейн или как там его, ужасно гостеприимный хозяин – к двум часам упился вдрызг. А где Ферди? – спросил он Лизандера.

– В Агларве, – Лизандер никогда не выговаривал слово правильно. – Должен вернуться домой с минуты на минуту. Я думаю, он уже там.

– Он прислал мне почтовую карточку, где говорит, что развлекается с какой-то тридцатилетней развалиной, – сообщила блондинка, опять взбираясь на колени Лизандера. – Видимо, созрел для такого возраста.

Джорджия пыталась сохранить хорошую мину и улыбнулась Лизандеру, извиняюще глядевшему на нее поверх выступающей задницы блондинки. Но при первой же возможности она направилась в туалет, чтобы проверить собственные морщины.

Там оказалось занято.

– Кто-нибудь трахается, блюет или напился, – сказала какая-то брюнетка в розовых чулках, подкрашивая красно-розовые губы перед зеркалом на лестничной площадке. Они должны организовать поисковую группу, забраться в окно и выяснить, кто там.

??

Подойдя к девушке у зеркала, Джорджия издала вопль отчаяния. Рядом с этим гладким свежим лицом она выглядела потасканной старой черепахой лет ста. Грубый макияж осел во впадинах вокруг рта и подчеркивал усталость глаз в красных жилках, а когда она стерла всю краску, кожа собралась складками.

– Мне нравится твой альбом, – сказала брюнетка. – Я надеюсь встретить такого же парня, как твой Гай. Он у тебя что надо. Он здесь или нет?

– Если бы он был здесь, ты бы ему очень понравилась, – утомленно произнесла Джорджия.

Затем раздался грохот и звон стаканов, когда какой-то малый, взобравшись по вьющемуся растению, скинул спутниковую антенну, сунув ногу в мотоциклетном ботинке в окно. Музыка заглохла. Чтобы не ввязываться в объяснения, все телефонные трубки сняли.

Лизандер ожидал ее в холле с распростертыми объятиями.

– Джорджия! Давай обнажимся.

Какой-то ненормальный парень с надетой задом наперед бейсбольной кепкой вдруг стиснул обе ее груди и заорал:

– Ура! Шестерка, да еще и здоровая.

– Какого черта тебе надо? – сердито вскрикнула Джорджия.

– Титькин крикет, – проговорил парень с глупым смехом. – Если тиснул за обе, то у тебя шесть очков.

– Оставь мою женщину, – взвыл Лизандер, отправляя ударом правого кулака парня на пол.

– С ним все в порядке? – обеспокоенно спросила Джорджия, видя, что тот не шевелится.

– В порядке, – Сэб Карлайсл слегка отпихнул парня с дороги. – Он просто упился.

– А я как раз собрался немного выпить в саду, – Лизандер вышел, пошатываясь и цепляясь за стены.

– Миссис Сеймур?

Джорджия чуть не подпрыгнула, когда увидела глядящего на нее мужа. А рядом с ним – самое себя, но на двадцать лет моложе. И тут только она заметила загорелую девушку, одетую в одну из новых маек, выпущенных «Кетчитьюн», изображающую ее и Гая.

– Я купила ее сегодня вечером на Пикадилли, в «Тауэр Рикордз», – сообщила она. – Вы мне ее подпишете?

– И мне тоже, – подошла ее еще более симпатичная подружка. – Я работала у вашего мужа прошлым летом. Он действительно прелесть. Каждое утро повторял одну и ту же шутку: «Так, Лотти, давайте-ка я сделаю отметку о вашем прибытии на работу и продиктуем обычное письмо, я хочу посмотреть на ваши ноги».

– Да, это мой муж, – мрачно подтвердила Джорджия.

Позднее, с трудом удерживая Лизандера в танце, за шумом музыки она услыхала вой сирен.

– Быстрей, полиция! – Сэб Карлайсл схватил Джорджию за руку. – А я пойду вытащу Домми!

Вернувшись сверху со своим братом-близнецом, он повел Джорджию и шатающегося Лизандера через кухню, на три дюйма залитую пивом, в сад. Свежий ветер резко ударил в лицо. Едва близнецы успели подсадить Джорджию на стену, как через балконную дверь влетел полицейский, неистово заливаясь свистком. Джорджия бежала, не разбирая дороги, топча розы, раздирающие в клочья ее колготки, потому что была уверена, что полицейским известно, кто она.

– Так, ну а где мой автомобиль? – Лизандер почесал в голове.

– Ты же сказал, что оставил его на Розари-роуд, – напомнил ему Сэб.

Джорджия почувствовала боль неясного воспоминания.

– Я не вижу его, – продолжал Лизандер.

– Да вот же «БМВ», идиот, – взвизгнула Джорджия. – Ведь «феррари» на техобслуживании.

– Я же трахался с той брюнеткой, – ворчал Домми Карлайсл, сердито забираясь на заднее сиденье.

– Ты просто неблагодарная скотина, – оборвал его Сэб Карлайсл, устраиваясь рядом с ним. – Не уверен, что Лизандер способен вести, – пробормотал он Джорджии.

– Будь я проклят, – заблеял Лизандер, падая назад, на стоящий рядом «мерседес».

– Я поведу, – заявила Джорджия в панике, что полиция застукает ее с ними и последующего грандиозного скандала не избежать. – Бога ради, Лизандер, ну шевелись же.

Близнецы меж тем затеяли спор сзади.

– Я должен дотрахать.

– Какое, к черту, должен.

– Должен.

– Да она просто какая-то соплюшка.

– А вот и нет.

– Бога ради, Лизандер, заткни их, – заорала Джорджия, рывком срывая ревущую машину с места.

– Не могу. Я штурман, – Лизандер неподвижно смотрел вперед. – И если я буду смотреть вокруг, меня стошнит.

– А я собираюсь вернуться трахаться. – Домми решительно вывалился из машины, очевидно, прямо в объятия полиции.

Джорджия ехала через Найтбридж. Сточные канавы были полны опавших листьев, а в садах расцвели японские анемоны и лохматые желтые хризантемы. И тут она поняла. В Лондоне Джулия жила на Розари-роуд. И как часто Гай, проезжая по Фулем-роуд, волновался и просил таксиста повернуть здесь налево.

Она подбросила Сэба на Слоун-сквер. Лизандер, скорчившийся рядом с ней, был слишком далек от того, чтобы заметить слезы, текущие по ее щекам всю дорогу до отеля.

– Ты только иди и не смотри ни налево, ни направо, – шипела она, направляя мотающегося Лизандера, когда тот дважды провернулся во вращающихся дверях.

– Доброе утро, миссис Магуайр, – сказал швейцар.

Лизандер вырубился, как только его голова коснулась подушки. Джорджия наконец избавилась от макияжа и, неожиданно успокоившись, приняла длительную горячую ванну, израсходовав большое количество воды и по этому поводу помахав Рэчел мысленно двумя пальцами. Затем она развязала Лизандеру цветастый галстук и стащила с него единственную не съеденную Мегги пару мокасин от Гуччи. Его каштановые ресницы почти закрывали глаза, на носу, обгоревшем от солнца, были разбросаны веснушки, а его большой рот улыбался, как всегда, когда она спала с ним. Джорджия чмокнула его в шею. От него шел аромат свежей фиалки.