Бет Чиотта - Очарованная

Лулу крепко сжала руки у него на шее и, из последних сил удерживаясь на подгибающихся коленях, словно тряпичная кукла, обвела взглядом зал.

— Нет, — ответила она, сама подивившись прозвучавшему в ее голосе облегчению. Да что такое с ней творится? Ну улыбнулся ей человек, что ж из того?

Мерфи погладил ее по напряженной спине, и беспокойство улеглось. Стихла пульсирующая боль в голове. Монотонная музыка продолжала звучать, рука Мерфи коснулась ее оголившейся поясницы, и Лулу тут же взорвалась радостным возбуждением. Ее футболка задралась, но она ни за что на свете не согласилась бы сейчас вернуться к такой привычной для нее скромности. Собственная сексуальность не вызывала в ней неловкости. Лулу чувствовала себя спокойно. В безопасности.

О нет! Только не это!

— Вы гей? — спохватилась она.

Мерфи, забавляясь, весело взглянул на нее:

— Нет.

Лулу перевела дух.

— Слава Богу! То есть… — Будь посмелее! — Тогда что вы здесь делаете? — резонно поинтересовалась она, проникая руками ему под рубашку.

В темных глазах Мерфи что-то вспыхнуло. Осуждение? Удовольствие?

— Наблюдаю за вами.

Это произнесенное хриплым голосом признание поразило ее, как удар молнии, и придало смелости. Она скользнула ладонями выше, восхищаясь совершенством его тела. Великолепные мышцы спины под ее ладонями напряглись, и она лишь усилием воли смогла оторвать от него руки. Слова Софи подстегивали ее к дальнейшим действиям. Быть посмелее означало напрочь отбросить все запреты и отдаться спонтанному, мимолетному чувственному порыву. С Мерфи. Лулу прикрыла глаза и внезапно почувствовала себя Бэби, а Мерфи представила Джонни Каслом: у нее на самом деле было богатое воображение. Все ее чувства вибрировали. Она поймала бедро своего партнера между ног и стала медленно двигаться, извиваясь всем телом.

Лулу почувствовала, как у нее внизу живота постепенно зарождается горячее и могучее желание.

Она вся пылала.

Мерфи стиснул руками ее бедра и, задыхаясь, пробормотал проклятие.

— Ну и помучили же вы меня сегодня, принцесса.

— Правда? — По жилам Лулу пробежал огонь. Возможно ли это? Неужели он так же завелся, как и она? Такого она не чувствовала с тех пор, как… да она, пожалуй, никогда не чувствовала ничего подобного. Ей показалось, будто она странным образом утратила связь с окружающим, со всем, что могло бы ее хоть как-то сковывать. Она продолжала чувственно извиваться, прижимаясь к Мерфи всем телом, и наконец отважилась поднять на него глаза. — Вы когда-нибудь занимались сексом в раздевалке?

Мерфи, посмотрев ей в лицо, застонал.

— Вам надо выйти на воздух. — И он буквально вынес ее с танцпола.

Было ли это условным сигналом, означавшим «Давай переместимся в укромное место»? Испытывая головокружение от мысли, что сейчас она будет заниматься сексом с этим мужчиной, Лулу попыталась припомнить правила Софи, которые та рекомендовала соблюдать при случайных связях. Ах вот, вспомнила!

— У вас есть презерватив?

— Мы вас знаем? — Жан-Пьер с сердитой гримасой на лице решительно шагнул к Мерфи. За ним маячил Руди, скрестив свои здоровенные ручищи на массивной груди. Оба были готовы отметелить любого телохранителя. И как это ей было приятно, черт возьми!

— Он гей, — брякнула Лулу. Если они поверят, что он один из них, то не будут цепляться к нему и ждать от него подвоха.

— Он не гей, — возразил Руди.

— Ну бисексуал, — предприняла вторую попытку Лулу. Жан-Пьер хмыкнул.

— Ну хорошо, — резко сказала Лулу, чувствуя, как вновь возвращается ставшая теперь и вовсе нестерпимой головная боль. Для нее всегда оставалось загадкой, как это геи умеют распознавать своих. Будто в их головах имелся какой-то монитор, на котором после брошенного ими в сторону Мерфи взгляда мигом крупными буквами высветилась надпись: НАТУР АЛ. — Он забрел сюда из «Летающих обезьян» и познакомился со мной. И, если вам так нужно это знать, мы собирались уединиться, чтобы заняться сексом.

Друзья Лулу от изумления раскрыли рты. Перед глазами у Лулу все плыло. Неужели она это сказала? В носу щипало, а к горлу подкатила тошнота.

— Давайте как-нибудь в другой раз, ладно? — обратилась она к Мерфи. — Кажется, мне нехорошо.

Мерфи удержал ее, поглаживая по спине, как это делала Вив, когда заболевшая Лулу сидела в обнимку с унитазом.

— У нее аллергия на наркотики? — спросил он у Руди.

— Ее шатает от медола.

— Вот черт! — выругался Мерфи.

В этот момент Лулу наклонилась вперед, и ее стошнило прямо на ботинки ее воображаемого любовника.

Глава 7

Мерфи заметил тот момент, когда что-то пошло не так. Сначала Лулу сидела за столиком, потягивая содовую, и только раз отлучилась в туалет. А тридцать минут спустя она уже веселилась вовсю. Ее неиссякаемая энергия и провокационные танцы вызвали у него настороженность и эрекцию. Без сомнения, ее «поклонник» возбудился не меньше, сумасшедший ублюдок.

Поведение Лулу и проявившиеся у нее симптомы указывали на МДМА — метилендиоксиамфетамин, — известный под названием «экстази». Популярный клубный наркотик освобождает от всевозможных комплексов и внутренних запретов, обостряя ощущения и вызывая эйфорию. Тот, кто подсунул ей запрещенный стимулятор, определенно намеревался воспользоваться ее состоянием. Заключение трезвое, основанное на опыте и фактах, не говоря уж о внутреннем чутье Мерфи.

Хорошо, что наркотическое опьянение у Лулу сопровождалось такими явлениями, как жар, обезвоживание и чувство тревоги: они заставили ее покинуть танцпол, толкнув прямо к нему в руки.

Плохо, что ее реакция оказалась такой острой.

Мерфи припарковал «ягуар» перед ее домом и достал «глок». Игра начинается. Сдвинув брови, он остановил взгляд на ничего не подозревающем объекте. Лулу сидела, согнувшись в три погибели и уткнувшись лицом в колени. Сначала Мерфи показалось, будто она плачет, но вот Лулу повернула голову и подняла на него совершенно сухие глаза. Слава тебе Господи! Обычно женские слезы его не трогали. Но с этой женщиной ничего обычного быть не могло.

— Простите ради Бога, — извинилась она в сотый раз.

— Перестаньте извиняться. — Подумав, что он чрезмерно суров, Мерфи открыл свою дверцу, вышел из автомобиля и, проклиная свою судьбу, обошел вокруг. Ладно! Чего уж там! Бывают вещи и похуже, чем женщина, которую вырвало тебе прямо на ботинки. Этот, как выразился Жан-Пьер, «несчастный случай» не вошел даже в «горячую десятку» Мерфи. Чего он только не повидал во время службы в экспедиционной группе морской пехоты, не говоря уж о работе телохранителем! У него чугунный желудок, стальные нервы и полный шкаф обуви. Вот черт! У нее в желудке была одна кока-кола. В любом случае вырвало бы.