Алина Политова - Любовь как биография

Мои уже спали. Я использовала все красноречие, на которое была способна, чтобы убедить проснувшуюся маму, что мне нужно остаться с Федей. Сказала, что у него неприятности, и я ему сейчас нужна. Я люблю его и сейчас мне просто необходимо быть с ним рядом! Поверьте, никогда я не говорила с ней так пылко и искренне. Но я не достучалась до нее! Она заявила, что предупреждала, что выгонит меня, если я еще одну ночь проведу вне дома. И если я сейчас уйду, то могу не возвращаться. Я ответила — хорошо. Так я стала на несколько дней бездомной.

Что до его бандитской истории — мне до сих пор не ясно, правда это или нет. Я пыталась выяснить у ребят, что они знают про жизнь Федьки "до меня", но никто ничего толком не сказал. Позже, когда мы сильно поссорились с ним, он с Андрюхой на целый день уехал в Симферополь. Когда они приехали, сказал, что ездил к друзьям-бандитам. Я стала расспрашивать Андрюху, тот рассказал, что они и правда ездили к каким-то "страшным крутым мужикам", которые даже заставляли его играть им на гитаре. Подробности рассказывал. Но возможно они оба это выдумали, и Федька снова решил поразить меня своей историей и крутыми связями с опасными людьми. Какой-то у него в башке был пунктик насчет этого.

Но вернемся к моему бездомству. Жить мне пришлось на "Отдыхе". По утрам я уезжала к Гере, у нее купалась и брала чистую одежду. Семья Геры жила не богаче, чем моя, поэтому утром сложно было найти в ее квартире еду. Мы ходили голодные и веселые. Ездили по городу и объедали деревья с шелковицей. Иногда у нее оставались с ужина какие-нибудь вареники, тогда у нас был праздник обжорства. В этот год я собирала документы для поступления в институт. Если мать думала, что я это все забросила, заделавшись бомжем, она ошибалась. Мы с Герой ездили по врачам, сдавали анализы и смеялись, когда врачи не могли выкачать из нас кровь. Мы думали, это от того, что мы мало едим. Вечером на "Отдыхе" Федька меня кормил принесенной из дома едой. Иногда ребята спускались в бухту и собирали мидий. Тогда я впервые их и попробовала. Это был наш гламурный завтрак — мидии, приготовленные на костре и бутылочка сухого вина. Вобщем, все было здорово! И совсем мне так ужасно, как можно себе представить. К тому же было лето! Мое семейство пришло за мной где-то день на пятый. Вечером, когда началась дискотека, в парке было полно народу, мы не пошли на танцпол, играли за периметром в карты, удобно устроившись в беседке. К нам подошло мое семейство всем составом — мама, папа, пятилетний брат. Удивительно, как матери удалось притащить отца, которому на меня было уж точно плевать. Мать выглядела очень измученной. Попросила меня вернуться домой. Я сказала — хорошо, завтра утром я, может быть, приду. Они покорно ушли. А я была очень горда собой — вот так вот, говорила я себе, а они думали, что я пропаду без них! Но это была бравада. На самом деле мне было очень жалко маму. Я чувствовала себя виноватой. Впрочем, сколько я живу — я всегда себя чувствую перед ней виноватой. Порой даже не знаю за что. Наверное, за то, что я не такая, какой бы она хотела меня видеть. Я вернулась домой, но теперь я могла вести себя как мне вздумается. Никто не упрекал меня больше, когда я не приходила ночью. Я отвоевала себе кусочек свободы.

Потом Федька разок уходил из дому. Я притащила ему свой ужин — тушеную капусту и сосиски. Он отказался есть капусту, потому что "такое люди не едят". К счастью, его бабуля и мама прибежали за ним уже на следующий день. Думаю, этим поступком он тоже отвоевал себе что-нибудь.

Вся моя жизнь вращалась вокруг этого человека. Я даже не пошла на свой выпускной, потому что не хотела провести вечер без моего возлюбленного. Хотя я не пошла еще от того, что у меня не было ни платья, ни денег. Забавно, что на мой школьный выпускной был приглашен в качестве артиста мой следующий мужчина. Тот, кому я отдала еще два года жизни. Я бы увидела его уже тогда! Но судьба штука забавная, если суждено быть с кем-то вместе — она будет снова и снова сталкивать вас лбами.

Сейчас, с высоты своих лет, я понимаю, насколько мне повезло влюбиться в Федьку. Этот человек вполне мог бы остаться рядом со мной, у нас получилась бы хорошая семья. Как-то зимой у меня случилась страшная неприятность. Она называлась задержкой. Я решила, что беременна и для меня это был просто удар! Я оказалась в безвыходной ситуации, я просто была оглушена! Если я скажу Федьке, он, конечно же, испугается и бросит меня. О том, чтобы идти к матери и признаться во всем — тоже не могло быть и речи. Самое страшное это мать! Она бы просто убила меня! Много лет спустя я у нее спросила — какая бы у тебя была реакция, если бы я пришла в семнадцать лет и сказала, что беременна. Мать ответила, что отнеслась бы с пониманием и помогла мне. Согласилась бы с моим выбором. Но это ложь! В ее глазах я и так была распоследней шлюхой, если бы я еще и "принесла в подоле" — она бы возненавидела меня! Сначала хорошенько отлупила, потом отвела на аборт, а после на веки вечные заперла дома и каждый день напоминала бы о моем страшном проступке. И все это в лучшем случае! Не исключено, что она просто вышвырнула бы меня из дома в порыве ярости. Короче, ситуация для меня получалась просто ужасная. Был один выход — уйти куда-нибудь в лес, наглотаться таблеток и умереть, тем самым решив все проблемы. Я совершенно серьезно обдумывала этот выход! Если я так оступилась — что мне еще оставалось? К тому же я страшно боялась и аборта, и родов.

Все-таки я призналась Федьке. Он отнесся к этому известию на удивление спокойно и с участием. Сказал, чтобы я не нервничала, подождем, что будет и если я и правда беременна, что-нибудь придумаем. Если я захочу аборт, он найдет деньги для меня, если решу оставить ребенка, мы поженимся. Он даже принялся планировать наше будущее — где мы будем жить, где возьмем деньги и так далее. Это успокоило меня. По крайней мере на свете был кто-то, на кого я могла положиться. К счастью, все обошлось. У девочек в этом возрасте еще не до конца установился цикл, и такие задержки иногда случаются. Тревога оказалась ложная. Как же я была рада! У меня просто свалился камень с плеч. Чтобы в будущем таких кошмаров не было, я стала пить таблетки.

Мы с Герой, уже будучи взрослыми женщинами, как-то обсуждали какой бы была наша реакция, если бы наши дети пришли к нам и сказали, что случился "залет". У Геры к тому времени уже росла дочка, а у меня сын. Мы обе искренне не понимали, что такого ужасного в этом? Ну что поделать, так случилось. Ведь младенец, даже если он родился у совсем юной девушки — это не конец жизни. Можно на пару лет отложить будущее типа института. Потом ребенок пойдет в садик и учись, работай — пожалуйста! Зато уже будет расти рядом маленький потомок! Дети, они ведь так быстро растут. И особенных каких-то затрат не требуют. Неужели в доме не найдется лишней тарелки супа и кружки молока? Почему же наши матери приходили в такой трепещущий ужас при мысли о том, что дочь может забеременеть? Наверное, другое время, другое воспитание. Случайная беременность казалась несмываемым позором. А как же материнская любовь, которая должна все прощать? Сколько девочек погибли, наложив на себя руки или в кустарных условиях делая аборт? И все из-за того, что боялись материнского гнева. Многие мои знакомые девочки делали аборты втайне от матери. К счастью, после школы уже не нужно было получать согласие родителей для этого дела. Можно было просто заплатить в больнице определенную (не маленькую) сумму и все происходило быстро и анонимно. Некоторые мои подруги вообще вызывали себе выкидыш в домашних условиях. Выпивали вино и садились в горячую ванну, к примеру. Ведь это тоже могло обернуться страшными последствиями.