Сара Солвей - Азбука любви

— Извините, — сказала я, пока она старалась как можно быстрее все вытереть набрякшей от кофе бумажной салфеткой во избежание более тяжких последствий. — Я просто вас не заметила.

Казалось, она готова была заплакать. К нам подлетел хозяин кафе. Лет двадцати пяти, брюнет, красавчик, прямо вылитая итальянская кинозвезда. Я ему улыбнулась, он задержался на мгновение и улыбнулся мне в ответ. Мы вместе стали наблюдать, как женщина мельтешит руками по столу, пока наконец он не вспомнил, зачем сюда явился, и не начал вытирать бумаги влажным полотенцем, которое было у него в руках.

— Стойте, — она чуть не кричала. — Они очень важные. Это по Работе.

Так и сказала. Присвоила Работе заглавную букву, как будто это было все, что у нее есть в жизни. Все, что жизнь ей оставила. После того, как она ушла, я оглядела всех, кто сидел с нами в кафе, и все переглядывались и улыбались. Надеюсь, по дороге в офис с ней приключилось что-нибудь плохое.

На следующий день вечером ко мне зашел Джон и сказал, что был не прав. Что он не может дать мне уйти. Что он что-нибудь придумает, и все образуется. Я взяла за правило приподнимать волосы и просить его поцеловать меня сзади в шею. Я сказала, что женщины это любят, в надежде, что он и с Кейт пробует делать наши с ним штучки.

— Что, гладкая? — спросила я. — Там есть какие-нибудь складки?

Он прошептал мне в шею, что я прекрасна, безупречна и являю собой государственную ценность. Я обернулась к нему так, что его губы прижались к моей щеке прямо возле уха.

— Я бы ни за что не вынесла, если бы была морщинистой уродиной, — сказала я. — Для тебя я всегда буду безупречной.

Он улыбнулся, но что-то было не так. Первый раз я была с Джоном и чувствовала себя виноватой. Он продолжал трогать языком мою кожу до тех пор, пока мне не пришлось его оттолкнуть.

См.: Буфера, До Скончания Веков, Мнимое Сходство, Юность.

П

Повышение

Когда ты счастлива, происходят хорошие вещи. Все дело в том, как относиться к жизни.

Нас попросили подумать над тем, как улучшить атмосферу на работе. А прямо перед этим Джон позвонил сказать, что он меня любит. Я почувствовал себя так, будто весь мир у моих ног.

Почему бы не превратить цейхгауз этажом ниже в кафе для сотрудников, написала я. Закупать каждый раз к ланчу пластиковые тарелки, расставлять по столам графины со свежим апельсиновым соком, установить там кофе-автоматы, чтобы люди могли наливать себе свежего кофе. Мы могли бы тогда говорить о работе, отдыхать, укреплять дух коллективизма, даже приглашать туда клиентов.

Теперь все не переставая подходят ко мне и говорят, какая хорошая была идея. А управляющий даже остановил меня на лестнице и поинтересовался, как мне нравится моя работа. Брайан говорит, что я непременно пойду на повышение. Просто нужно продолжать хорошо работать.

Сегодня Джон ни разу мне не позвонил. Битый час я набирала «Джон, позвони Верити. Джон, позвони Верити», раз за разом. Это попытка читать мысли, только наоборот. Целая куча работы, в которую мне, по идее, надо вникнуть, почивает в забвении в ящике стола. Люди начинают со мной ругаться. Брайан все время хм-хмыкает на меня из своего угла.

Плохо то, что из-за этого кафе для сотрудников мне придется оставаться на работе во время перерыва на ланч. Теперь нельзя будет улизнуть на улицу и встретиться с Джоном.

См.: Боссы, Позитивные Мысли, Эксперимент: Начать Заново.

Позитивные Мысли

Мама свято верила в силу позитивного мышления. Основная идея ее книги «Помоги себе сам» звучала бы как-нибудь вроде Встряхнись и в Себе Разберись. Я склонна с ней согласиться, так почему же сегодня во время перерыва на ланч я потратила 8.99 фунтов на книгу «Как Удержать Мужчину»? Я постоянно думаю о Кейт. Она что, совсем себя не уважает?

См.: Здесь Становятся Счастливыми, Ивашку на Царство?!

Поп-Звезды

На прошлой неделе как-то раз после секса Джон рассказал мне, что в подростковом возрасте все говорили ему, что он похож на Дэвида Боуи. Он спросил, какой поп-звездой воображала себя я, когда была в том же возрасте. Из его уст эта фраза звучала очень странно и старомодно. Поп-звезда. Воображала себя. Я с трудом сдержалась, чтобы не захихикать.

Мы были в постели. Джон лежал на подушке с закрытыми глазами так, что казалось, будто у него второй подбородок. Поэтому я перевела взгляд на пятно на потолке.

Он спросил, люблю ли я Дэвида Кесседи или Донни Осмонда, потому что, насколько он знал, девчонки обычно тащились если не от одного, так от другого. Хотя, конечно, продолжал он все еще с закрытыми глазами, если девчонка действительно клевая, то тогда это будет Брайан Ферри. Кейт его любила…

Когда я к нему повернулась, он смотрел на меня и глаза его были широко раскрыты.

Очень важно, что мы можем говорить друг с другом о чем угодно, сказала я ему. Но когда я назвала ему имя своего тогдашнего кумира, он сказал, что никогда о таком не слышал.

Интересно, это пятно на потолке, оно сырое? Там, наверху, наверное, забыли выключить кран, когда набирали ванну, и вода полилась через край. Они иногда теряют всякое соображение. Я теперь каждый раз смотрю на это пятно, когда мы с Джоном идем в койку. Готова поклясться, оно становится больше.

См.: Юность.

Порог Боли

Если бы мы с Джоном были вместе все время, я уверена, мы могли бы нормально общаться друг с другом. Беда в том, что, когда мы говорим по телефону, параллельно мне приходится вести еще один разговор — о том, что меня действительно интересует — в голове, про себя. Из-за этого возникают трудности, потому что, когда я постепенно подвожу к тому, что я действительно хочу сказать, выходит все как-то слишком быстро и резко, и я начинаю плакать.

Джон говорит, что это невыносимо. Он просто хочет, чтобы все было как раньше. Говорит, что мне просто нужно найти выход.

См.: Ноздри, Фата Моргана.

По Телефону

Я стала чувствовать себя лучше с тех пор, как мне стали приходить e-mail-ы. Еще я смелее стала связываться с Джоном в рабочее время. Как-то я позвонила ему в тот момент, когда — я знала об этом наверняка — у него была встреча. Я представила себе его маленький офис, забитый людьми, которые говорят про кухонные принадлежности.

— Я все время хочу тебя, — сказала я. — А ты меня хочешь?

Он сказал: да, конечно да.

— Ты бы хотел заняться со мной любовью прямо сейчас, на ковре, и чтобы все смотрели? — спросила я.