Малышка Кей - Приручить льва

   Анна Владимировна, достающая из духовки свежеиспеченное печенье и мурлыкающая что-то себе под нос, не обращала на них внимания, и Поля очень сильно об этом жалела - была надежда, что на глазах у матери Матвей бы поостерегся вытворять что-то подобное.

   - Отойди от меня, - прошипела она, косясь на блондина краем глаза.

   Легкий смешок вызвал новую волну раздражения, но парень уже выпрямился и с безмятежной улыбкой пригласил мать за стол.

   - Сейчас, сейчас, Андрюшу только подождем, - отозвалась та, осторожно перекладывая горячее еще печенье на стеклянное блюдо. - Ты уж прости, Полечка, но Тимофея с нами не будет, дела у него.

   Леопольда, которая решила наконец, что эта женщина похожа на солнечный лучик - такая же яркая, быстрая и теплая - заверила, что ничего страшного в этом нет, предложила свою помощь, с сожалением получила отказ и продолжила ждать, смиренно сложив руки на коленях.

   "Вот тебе и ужин. Теперь меня не покидает ощущение, что они поменялись местами", - думала она, стараясь не обращать внимания на непривычно улыбчивого Матвея, не сводящего с нее счастливого взгляда.

   Когда на пороге появился Андрей Николаевич, девушка едва смогла сдержать вздох облегчения.

   - Извини, Полюшка, - уселся за стол слева от нее мужчина. - У Тимки дела, так что сегодня мы без него.

   Поля кивнула. В окружении малознакомых людей она чувствовала себя немного неуютно, и потому не рисковала подавать голос. С другой стороны, раздражающее поведение Матвея притупляло это ощущение, добавляя уверенности.

   Когда Анна Владимировна закончила с печеньем, позволила сыну усадить себя за стол и сразу же принялась хлопотать над Полей. Та с удивлением смотрела на появляющиеся на тарелке салаты и закуски, но сказать против так ничего и не смогла.

   - Мам, не увлекайся, - насмешливо остановил женщину Селиверстов-младший. - Боюсь, в нашу невестушку столько не влезет.

   Леопольда, решившая не обращать на него внимания, всячески старалась сохранить на лице вежливую улыбку, так и норовившую уползти в небытие. Пришлось срочно уверять себя в том, что возможность за все отыграться еще предоставится. Стало чуточку легче.

   - Ну будет, будет, Матвей, - добродушно отозвался Андрей, - это еще вопрос нерешенный - невеста она тебе или нет.

   Поля удивленно глянула на мужчину и перевела вопросительный взгляд на парня. Тот по-прежнему улыбался. Видимо, слова отца его не удивили.

   - И то правда, - смеясь, поддержала мужа Анна Владимировна, наполняя уже его тарелку. - За такого обалдуя не всякая девушка согласится выйти, - и заговорщецки подмигнула своей, возможно, будущей невестке.

   Это было сказано настолько намешливым тоном, что Леопольда еле удержалась от глупого и вовсе не приличного смешка.

   "Обалдуй, значит?, - она кинула хитрый взгляд на по-прежнему беспечного Матвея.

   "Говорите, что хотите, мне все по барабану", - словно бы говорил его веселый вид.

   Видя краем глаза, как он улыбается родителям, Поля поймала себя на мысли, что ей это нравится. И тут же себя одернула.

   "Много ему чести будет".

   - Мне кажется, или чего-то не хватает? - задумчиво вопросил Андрей Николаевич, оглядывая стол. - О... точно, точно, - мужчина поднялся со стула и на удивленные взгляды пояснил: - Мы забыли про вино.

   - И правда, - подхватилась со своего места женщина и вышла с кухни вслед за мужем.

   Поля проводила обоих удивленным взглядом и обернулась к Матвею. Тот сидел, подперев скулу сжатой в кулак ладонью, глядя на девушку чуточку насмешливо, и довольно улыбался.

   Удивление сразу же позорно дезертировало под напором раздражения.

   - Веселимся? - холодно осведомилась Леопольда, скрестив руки на груди.

   Блондин не ответил, но улыбка его стала еще шире.

   Поля взяла в руки лежащую на столе рядом с тарелкой вилку, покрутила ее в руках и задумчиво протянула:

   - Два удара - восемь дыр, - и снова перевела насмешливый уже взгляд на потерявшего весь веселый вид Матвея.

   - Любишь злые шутки? - серьезным тоном спросил он.

   Теперь была очередь Поли отмалчиваться. Стерев с лица усмешку, девушка отвернулась, не выказывая более никакого интереса к парню.

   А уже через минуту в кухню вернулись довольные Анна с бокалами в руках и Андрей - с темной бутылью.

   Поля заинтересованно смотрела, как Селиверстов откупоривает бутыль с "Бордо" и разливает вино по бокалам.

   Пить она не умела и, что гораздо важнее, не любила. Но сейчас, после всей суеты и потраченных впустую нервов, как никогда хотелось выпить, чувствуя, как растекается по венам согревающая организм рубиновая жидкость. Хотелось ощутить уверенность в себе и своих силах, когда не способны испугать никакие напасти.

   "По пьяни мой пофигизм пресекает все грани дозволенного", - отстраненно заметила Леопольда.

   - Ну что, - первым поднял свой бокал Андрей, когда за столом снова воцарился порядок, и улыбнулся девушке, - за знакомство, Полюшка!

6

  Открыв глаза, Леопольда еще пару минут бездумно смотрела в темнеющий потолок, а потом перевернулась на живот и нашарила под подушкой мобильник.

   Электронные часы показали половину второго ночи, и девушка снова уткнулась лицом в подушку. Спать не хотелось, было хорошо вот так лежать и ни о чем не думать.

   Почти ни о чем.

   На ум пришла удовлетворительная мысль о том, что впереди еще один выходной день. День, когда она сможет делать все, что ей заблагорассудится, и никакие блондинистые перцы не будут ей помехой.

   Она сможет позвонить Ирке и проболтать с ней по телефону полдня. Или же встретиться. И, оккупировав какую-нибудь ютную кафешку и поедая вкусное мороженое, обсуждать все, что угодно. Но только не эту крашеную голову.

   Она сможет пойти в книжный магазин и проторчать там несколько часов, но так и не выбрать понравившуюся книгу. Будет ходить от стеллажа к стеллажу, просматривать книгу за книгой, но так и не выберет. Тогда она пойдет в другой книжный и там все-таки отыщет то, что ей нужно.

   А после она сможет отправиться в музыкальный. Ходить между стеллажами, заполненными дисками, и смотреть, смотреть... пока не наткнется на что-нибудь стоящее. Конечно же, она могла найти музыку и в интернете, но была своя прелесть в этих магазинах, где всегда играла негромкая приятная для слуха музыка, почти не было людей, но были полки с яркими коробочками дисков. И ни одна мысль о Селиверстове-младшем на закрадется в ее бедовую голову.

   - Бред сумасшедшего, - прошептала Поля в подушку.