Элис Тайтл - Адам и Ева

— Слушаюсь, мистер Форчэн, — с некоторым колебанием ответила миссис Сондерс. — Только вашему брату?

Питер улыбнулся.

— Да, миссис Сондерс. Если он может обойтись без... своей помощницы.

— О, Адам, это просто замечательно! — воскликнула Лаура, откладывая прочитанный документ. — У тебя большой талант.

Адам посмотрел на нее недоверчивым взглядом.

— Ты говоришь так, словно это тебя удивляет.

— Ни капельки не удивляет. Я все время была высокого мнения о твоих способностях, но они оказались еще выше.

Адам поднялся и развернул кресло Лауры. Теперь он видел ее лицо.

— Я люблю, когда ты мне поешь дифирамбы.

— Ах, любишь... — с насмешкой протянула Лаура. — А тебе не кажется, что я фальшивлю?

— Можно тебе кое-что сказать, Лаура?

— Как хочешь.

— Хочу. И еще как. — Он так и поедал девушку глазами.

— Адам. — В голосе Лауры появились нотки предостережения. — После той идиотской истории с селектором ты вел себя на все пять. Ты шел на рекорд.

Адам рассмеялся.

— Даешь рекорд!

Слабая тень промелькнула на ее личике.

Адам посмотрел на нее с сокрушенным видом.

— Это ты все изменила, Лаура. Знай...

— Я знаю... — словно эхо откликнулась она.

Адам присел на край стола.

— Я хотел сказать... я хотел сказать, что у тебя тоже все замечательно получается.

— И что означают твои слова? — неожиданно резко спросила Лаура.

— Это комплимент, — поспешно пояснил Адам, несколько опешив от неожиданности. — Ты умна, проницательна и так ловко разбираешься со всеми этими проблемами. Что бы ты ни предлагала — это всегда в самое яблочко. Я потрясен. Я действительно потрясен.

— Честно говоря, не знаю, откуда это берется, — задумчиво произнесла Лаура тихим голосом.

Адам наклонился к ней и погладил ее по щеке.

— Так ничего и не можешь припомнить?

Лаура уставилась на свои колени и отрицательно покачала головой.

— А как психиатр, которого бабушка нашла тебе? Он-то что говорит?

— Думает, я все вспомню, как только буду готова взглянуть в глаза тому, что я... подавляю.

— Вот оно что, — протянул Адам. — Стало быть, это дело времени. Как только ты будешь готова...

— Именно так, — подтвердила она, подняв голову и встретив его взгляд. — Это тебя не беспокоит, Адам?

— Что меня не беспокоит?

— Что я... что я что-то скрываю?

Он снова наклонился к ней и обхватил ее голову руками.

— Ах, милая Лаура, неужели ты не понимаешь, что все это для меня не имеет никакого значения? Что бы ни было в твоем прошлом — это в прошлом. Существует только настоящее. А эти последние две недели были просто...

— ...великолепны?

Он улыбнулся и прикоснулся пальцем к ее губам.

— Да, именно так.

— Это замечательно, Адам.

Он запрокинул ей голову и запечатлел легкий, нежный поцелуй на ее губах.

— О! Это, пожалуй, еще замечательней!

Он готов был уже сделать кое-что даже более замечательное, как в дверь постучали. С большой неохотой Адам оторвался от Лауры, поднял голову и крикнул:

— Да, миссис Сондерс!

Секретарша приоткрыла дверь и просунула голову.

— Вы просили напомнить, когда будет четверть двенадцатого, мистер Форчэн. У вас встреча с братом.

— Не хочешь чего-нибудь выпить, Адам? — предложил Питер и зашагал по пушистому персидскому ковру к бару тикового дерева.

— Еще и двенадцати нет, Пит. Рановато, пожалуй, — отказался Адам, чувствуя себя не в своей тарелке.

Что Питу нужно? Вот уже целую неделю я здесь, а брат только сейчас попросил о встрече. Что он хочет? Поговорить по душам? Но о чем? Адаму ничего другого в голову не приходило, кроме одной-единственной темы. И этой темой была Лаура Эшли.

— Ну-с, как Лауре здесь нравится? — словно ненароком бросил Пит.

Адам улыбнулся про себя. И то хорошо. Пит по крайней мере не собирается тянуть резину.

— С ней все отлично, Пит. Просто отлично.

Пит налил себе минеральной воды, предложил и Адаму.

Тот отрицательно покачал головой.

Пит вскинул брови.

— Не по вкусу напиток?

Адам широко улыбнулся.

— У меня все в порядке с желудком, Пит. А у тебя?

Пит взял свой стакан и направился к двум стоящим друг против друга креслам. Адаму не оставалось ничего другого, как расположиться в соседнем кресле и ждать, пока Пит не выложит то, что у него на уме.

Впрочем, Пит не заставил себя упрашивать.

— Ты уверен, что все это честно по отношению к Лауре, Адам?.. — начал он, наклонившись вперед и упершись локтями в колени.

— Ты думаешь, я ей мало плачу?

— Только и знаешь, что паясничать, Адам. Я имел в виду совсем другое. — Пит сделал глоток.

— Послушай, Пит. Я, конечно, признаюсь, что никаких особых планов у меня не было, когда я привел сюда Лауру, но все... в корне изменилось... и образовалось само собой. И здесь немалая заслуга Лауры. Она оказалась просто гигантом. У нее врожденный дар по части организации производства, она на лету схватывает что и как — словом, она настоящий менеджер. Голова у нее отлично работает.

— Кстати, о голове. Боюсь, она может потерять ее из-за любви к тебе, Адам. Если ты сам этого не заметил.

— Лауре все известно о тонтине, задумчиво сказал Адам.

— А может, ей не нужны твои деньги. Может, ей нужен ты.

— У нее нет иллюзий на мой счет, — упорствовал Адам.

— У всех любящих женщин есть иллюзии.

Адам с искренним изумлением глянул на брата.

— С каких это пор, Пит, ты стал знатоком женского пола? Насколько мне помнится, после того, как ты имел неосторожность попасться лет уж пятнадцать тому назад, ты с их сестрой дела не имел.

— Я и не утверждаю, что я знаток, Адам, — неохотно признался Пит. — Так говорит твоя бабушка.

Адам скрестил руки на груди и, прищурившись, посмотрел на брата.

— Ага, моя бабушка. Когда ты так говоришь, то выдаешь себя с головой, Пит.

— Чем таким я выдаю себя, Адам? — скривился Питер.

— Что это она науськала тебя.

— Да подожди ты...

— А чего тут ждать... Ты сам прекрасно знаешь, что бабушка у нас из последних романтиков. Стоит ей заметить, как кто-то из ее внуков бросил взгляд на девушку, и у нее сразу же на уме пылкие сердца, цветы и страсти. А в ушах звон свадебных колоколов. — Адам встал, подошел к брату и похлопал его по спине. — Ладно, Пит, будем считать, что ты исполнил свой долг. Можешь с чистой совестью отправляться к бабуле и сообщить ей, что мы с Лаурой прекрасно обойдемся без ее советов.

Адам уже взялся за ручку двери, когда Питер окликнул его:

— Ты, может, и обойдешься, Адам, но обойдется ли Лаура?