Джанет Дайли - Фиеста в Сан-Антонио

— Вы едете с мисс Коллинз?

— А я как раз думал, когда же ты загово-

ришь о ней, — сказал он, усмехнувшись.

— Она сегодня была здесь.

— Я знаю. — Он расстегнул запонки и сел

на кровать, чтобы снять ботинки. — Я как

112

раз выходил от тетушки Фло, когда она заеха-ла проведать старушку. Так вот почему сюда пришел Трейвис — защитить тебя от когтей Дейрдры. Он, наверное, не знает, что ты и сама умеешь постоять за себя. — Когда Коул-тер снял рубашку, Натали увидела на его спи-не яркие следы ее ногтей.

— Он джентльмен, в отличие от вас, —

сказала она.

Коултер холодно взглянул на нее и бросил ей свою рубашку.

— Отнеси туда, где лежит грязное белье, —

приказал он.

Натали кипела от возмущения. Ей хотелось бросить рубашку ему в лицо, но она знала, что все равно ей придется поднять и отнести ее. Коултер изучающе смотрел на нее и удо-влетворенно усмехнулся, когда увидел, что она все же собирается сделать то, что он сказал.

Осознав, что он над ней просто издевается, Натали перестала сдерживаться и бросила ру-башку к его ногам.

— Я вам не прислуга, уберите сами свое

грязное белье!

— Дейрдра мне сказала, что ты не в ду-

хе, — лениво протянул он.

Не помня себя от возмущения, Натали подскочила к нему и, так как он даже не пы-

113

тался остановить ее, влепила ему пощечину. На красивом мужественном лице отпечаталась ее рука. Он медленно покраснел, а глаза ме-тали молнии.

— Я не желаю видеть .эту женщину в моем

доме! — кричала Натали.

— В твоем доме? — спросил он мягко, но

с издевкой, которая вонзилась ей прямо в

сердце, как рапира, спрятанная под плащом.

— Да, в моем доме, — повторила она, за

своей яростью не замечая, что он тоже взбе-

шен. — Я сплю с вами как законная жена,

поэтому он в равной степени мой, даже боль-

ше мой, чем ваш, потому что я слежу за ним.

И я больше не позволю этой женщине прихо-

дить сюда!

— Дейрдра будет приходить сюда по-преж-

нему, когда ей вздумается, — решительно ска-

зал Коултер. Его взгляд выражал непреклон-

ность.

— Нет! Мне все равно, сколько у вас лю-

бовниц, но я не потерплю, чтобы они прихо-

дили сюда, в этот дом, и позволяли себе уни-

жать меня, — упрямо твердила Натали.

— Ты терпишь только мои деньги, — с

иронией сказал Коултер.

— И ваши ласки, — ядовито заметила На-

тали.

114

Коултер презрительно усмехнулся.

— Зачем ты притворяешься, что тебе не-

приятны мои ласки? Какая добродетель за-

ставляет тебя отрицать то влечение, что суще-

ствует между нами?

— Вы эгоистичное животное! Почему вы

считаете себя неотразимым? — Она гордо

вскинула голову и с презрением посмотрела

ему в лицо.

Твердый, как алмаз, взгляд обвел ее с ног до головы. Натали почувствовала, как горит ее тело и кипит кровь.

— Хочешь, докажу? — не сказал, а скорее

промурлыкал Коултер.

— Золотые искры потухли в глазах Натали. Она почувствовала, что вся ее решительность мигом улетучивается. В ней предательски под-нималась волна чувственности. Она попыта-лась было что-то сказать, но, встретив взгляд колючих глаз, не проронила ни слова.

Лучше молча отступить, чем признать безо-говорочную капитуляцию, которой и добива-ется Коултер. Но Коултер опередил ее, повер-нув к себе. Свободной рукой она уперлась в его голую грудь в слабой попытке оттолкнуть его. Но он притянул ее за талию и приковал к своим коленям.

Медленно, безжалостно он все сильнее

115

сдавливал ее в своих объятиях. Даже когда ей удалось высвободить одну руку, это ей не по-могло.

Она выгибала спину, стараясь уклониться от его поцелуев, но Коултер медленно и сла-дострастно впивался горячими губами в ее нежную шею, опускаясь по бьющейся жилке в ямочку, проводил по плечам, оттодвигая во-ротник блузки.

Не отрываясь, он снова медленно провел губами вверх по ее шее и стал покусывать мочки ее ушей. Волны чувственности разлива-лись по ее телу. Самое примитивное половое влечение поднималось в ней. Еще секунда — и он доберется до ее рта, тогда она совсем потеряет контроль над собой.

— Будьте вы прокляты! — со слезами в го-

лосе прокричала Натали. — Пустите меня!

Его губы продолжали ласкать ее лицо, и она почувствовала, как они растягиваются в улыбку. Он потерся щекой о ее гладкую кожу.

— Еще не время, — тоном соблазнителя,

но со смехом в голосе ответил Коултер.

Натали схватила его за подбородок и по-пыталась оттолкнуть этого человека, который делал с ней, что захочет, покрывая поцелуями глаза, щеки, лоб.

— Пожалуйста, прекратите, — взмолилась

116

она, на время позабыв свою гордость. Она еще постоит за себя, лишь бы только он от-пустил ее сейчас. — Пусть Дейрдра приходит, когда хочет. — Его губы уже добрались до края ее рта. — Можете завести гарем в этом доме, мне все равно, только отпустите меня!

— Хочешь, чтобы я променял свою жену

на гарем? — хриплым голосом, но с насмеш-

кой произнес Коултер.

— Вам надо ехать в Сан-Антонио, — напо-

мнила она, когда его рука очутилась у нее под

подбородком и он начал касаться ее рта сво-

ими теплыми губами.

— Поцелуй меня, — приказал он.

Он дразнил ее близостью своих губ, не це-луя, а стараясь пробудить в ней страсть. Же-лание снова испытать то удовлетворение, ко-торое он всегда давал ей, все больше овладе-вало ею.

— Нет! — воскликнула Натали, сопротив-

ляясь всеми силами.

— Поцелуй меня, — повторял Коултер,

еще крепче прижимая ее к себе, — или я не

отпущу тебя, даже когда Мисси и Рики при-

дут из школы.

Из дрожащих губ Натали невольно вырвал-ся стон. Рот ее наконец раскрылся. Повинуясь инстинкту и опыту, приобретенному у Коулте-

117

ра, она отвечала на его требование. Сначала он лишь принимал ее поцелуй. Он хотел, что-бы она сама научилась проявлять активность, и, только когда ее губы стали настойчивыми, она ощутила жар его поцелуя.

Натали больше не сознавала, что происхо-дит. Ей казалось, что она тонет, а потом всплывает на поверхность и вновь рождается. Коултер отвечал на ее страстные поцелуи. Ее тело покачивалось на волнах наслаждения.

Когда он наконец оторвался от ее губ, На-тали была не в состоянии шелохнуться. Ее дрожащие руки лежали на его плечах. Через полуопущенные веки она видела, как он по-жирает страстным взглядом ее запрокинутое лицо.

— Повтори еще раз, что только “терпишь”

мои ласки, — насмешливо произнес Коултер.

Он полностью владел собой, в отличие от На-

тали, которая еще не могла прийти в себя от