Стелла Бэгуэлл - Подари мне любовь

Морин встала с ним рядом, тоже глядя на закат и не видя его.

— Да, я не хочу об этом говорить. Но все равно мне интересно, как ты собираешься отделывать свой дом. Возможно, некоторые идеи я тоже смогла бы использовать.

Адам почувствовал легкое разочарование — очевидно, она не принимает его всерьез, переводит разговор на другую тему, только он не понимает почему. И вообще, когда она рядом, трудно о чем-либо думать, кроме того, что он хочет ее с каким-то нездоровым постоянством.

— И все же что мне делать? Может быть, снести дом? — раздраженно произнес Адам.

Морин устало вздохнула. Иногда, где не надо, он чересчур настойчив. Господи, ее вообще не касается судьба этого дома.

— Совсем не обязательно сносить дом. Я просто предлагаю для начала разобраться в самом себе.

— Значит, по-твоему, я в чем-то заблуждаюсь. — Он повернулся от окна к ней. — Слушай, мы же условились, что ты будешь говорить то, что думаешь. Так может быть, пора оставить в стороне все недомолвки?

— Ладно, раз ты так настаиваешь, — легко сдалась Морин. — Но после не обижаться. Договорились?

— О'кей.

— Твой дом станет настоящим, только когда ты женишься и заведешь кучу ребятишек.

Адам посмотрел на нее так, словно она предлагала ему сделать что-то нехорошее.

— Жена? Дети? И это говоришь мне ты? Ты, сама ушедшая от мужа и заявившая, что никогда больше не выйдешь замуж? Ты советуешь мне жениться! Просто какой-то абсурд!

— Что верно для меня, совсем не обязательно будет правильным для тебя, — холодно произнесла она, стараясь не показать, как больно ее задели его слова. — Если ты закончил свои дела, то мы можем ехать.

Адам стоял у окна, обхватив голову руками.

Зачем он так резко ей ответил? Ведь именно это ему советуют все: друзья, семья. Но тем можно хоть что-то и как-то объяснить. А Морин? Ей лучше не знать, что его надежды иметь свой дом, семью, детей однажды уже потерпели полный крах. Нет, он никогда больше не захочет жениться.

— Морин, я... — Адам оглянулся — он остался в комнате один. Она ушла. Отлично, не нужно ничего объяснять.

Адам направился к машине. Как он и ожидал, Морин уже была там. Он молча сел за руль. Так же молча завел мотор, тронулся с места. Морин с отсутствующим видом смотрела в окно. Видимо, его слова ранили ее, разворошили прошлое.

— Кстати, как маленький нюанс, — как бы между делом произнесла она, — это не я развелась с мужем, а он ушел от меня.

Что на это можно было сказать? Адам промолчал. Он и так сегодня наговорил много лишнего.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

— Рабочие доставят оборудование к бурильной вышке во вторник, часам к девяти утра. Это должно пройти без всяких осложнений.

— Без проблем, все будет отлично.

Адам сидел в кожаном кресле за своим рабочим столом, слушал то, что говорит ему отец, а сам наблюдал, как за окном в горах сгущаются тучи. За последние полчаса из белого, едва родившегося тумана выросли свинцовые тучи. Было видно, как внезапно поднявшийся ветер неумолимо гонит их на город. В скором времени погода окончательно испортится. Но мысли Адама занимала не погода, а Морин.

— Хорошо. Дальше. Тебе необходимо провести встречу с руководством компании Блудфилда, через них мы сможем получить выгодные условия для контракта и таким образом обойти Фармингтонов.

— Отлично, — без энтузиазма откликнулся Адам.

Вайет сделал несколько шагов и встал между солнечным светом, падающим из окна, и сыном. Но даже этим маневром он не смог привлечь его внимание.

— Ты что сегодня — в небесах летаешь?

— Какие небеса, ты о чем? Я здесь с тобой, занимаюсь делами компании.

Вайет недоверчиво посмотрел на Адама. Слишком хорошо он знал своего сына, поэтому не сомневался, что тот чего-то недоговаривает. А мыслями вообще бог знает где.

— С тобой все в порядке?

— Да, конечно. А почему должно быть иначе? — Адам наконец-то перевел взгляд на отца.

— Ну не знаю. Последние дни ты какой-то вялый, даже ремонтом занимаешься неохотно. Проблемы с рабочими? Почему ты решил их рассчитать? Расскажи же, что с тобой происходит?

Адам и правда после визита Морин и недолгих размышлений сказал строителям, чтобы они все поставили на свои места. И чем быстрее они это сделают, тем он больше им заплатит, не принимая во внимание контракт, подписанный ранее.

— Работы закончатся где-то через пару недель.

— Пару недель! Но ни один человек не сможет сделать все, что ты запланировал, за это время.

Адам безразлично пожал плечами.

— Я решил все изменения свести к минимуму.

— Действительно? И что тебя подтолкнуло к принятию такого решения?

Адам подошел к кофеварке, налил себе горячего кофе, но, так как на самом деле пить не хотелось, отодвинул чашку.

— Я решил, что дом и так хорош. К тому же вам с матерью проблем будет меньше.

Его слова вызвали у Вайета только смех.

— Ты никогда не создавал нам проблем, и прекрасно об этом знаешь. Все на ранчо рады тебе. А если тебя раздражает присутствие Морин, то и это скоро перестанет быть проблемой — через пару дней она съедет.

Показное равнодушие Адама как ветром сдуло, он резко развернулся к отцу.

— Съедет? Кто сказал?

— Она сама. Разве ты ничего не знал?

С того злополучного вечера они почти не разговаривали. Адам два раза предлагал подбросить ее до работы и обратно, и оба раза она отказывалась под предлогом, что у нее есть дела в городе. Он сам выстроил стену между ними и не знал, удастся ли ее сломать. Он уже начинал верить словам Морин, что они никогда не смогут стать даже просто друзьями.

— Нет, она ни о чем таком не упоминала, — как можно более безразличным тоном произнес Адам. — В конце концов, это меня не касается.

Вайет не выдержал и прыснул.

— Что я такого смешного сказал?

— Нет, ты не сказал ничего смешного. Я смеюсь над тем, какой ты бездарный лгун.

Адам был очень удивлен словами отца. Обычно тот крайне редко делал замечания по поводу его отношений с женщинами. Значит, Вайет думает, что между ним и Морин есть взаимная симпатия.

— Морин значит для меня ровно столько же, сколько секретарша, сидящая в приемной.

Вайет снова, не удержавшись, усмехнулся, чем привел Адама в еще большее раздражение.

— Значит, ты не будешь возражать, если в ее жизни появится постоянный мужчина.

Постоянный мужчина. Что-то на этом месте он никого не может представить, кроме себя, но не говорить же об этом отцу! Только вот она от его персоны совсем не в восторге. И никого из мужчин близко к себе не подпустит. «А вдруг для кого-нибудь сделает исключение?» — прошептал внутренний голос.