Джанет Дайли - В горе и в радости

— Ну, Трейвис как бы и не гость, он ведь свой, — ответила Стейси, не повышая голоса. — Он сможет занять Полу какое-то время.

— Это звучит так, словно он уже член нашей семьи, а не управляющий, — с издевкой прокомментировал Корд.

— Я действительно так считаю, — подтвердила она. — И уверена, ты тоже отдаешь отчет в том, как много он сделал для нас.

— Ты имеешь в виду — для тебя, — уточнил Корд и горько усмехнулся. — Ты ведь ему доверяла все свои проблемы? А сколько раз ты рыдала у него на плече?

— Я никогда никому не плакалась. — Стейси была слишком независимой, чтобы перекладывать свои заботы на других, даже когда было невмоготу. — Я говорю о той поддержке, которую он оказывает в управлении ранчо.

Трейвис, конечно, знал о многих ее трудностях, но вовсе не потому, что Стейси жаловалась, просто он был наблюдателен и догадлив. Впрочем, Корда не переубедить.

— И в награду за преданность ты оставила его наедине с этой барракудой, — усмехнулся Корд.

Стейси усилием воли подавила поднимающуюся волну гнева. Она чувствовала, что Корд слишком возбужден, и сама старалась сохранять спокойствие.

— Я вышла подышать свежим воздухом, — медленно и отчетливо произнесла она, — и не собираюсь спорить с тобой. Если ты не настроен держаться мирно, я переберусь в дальний угол.

Он резко опустил чашку на стол, едва не разбив ее. В наступившей тишине Стейси слышала глухие удары собственного сердца. Вечерняя прохлада тут вовсе ни при чем, она здесь потому, что чувствует: Корд этого хочет. Ей и самой приятно побыть рядом с ним, но выяснять отношения она не собирается. Сегодня и так нервотрепки было предостаточно.

Стейси откинула голову на подушку, ощущая, как постепенно спадает напряжение. Вдалеке послышался вой койота и эхом отозвался совсем рядом.

Глядя в ночное небо, она начала думать о торгах, потом живо представила себе всадника, стерегущего в ночи табун лошадей. Он несет свою вахту, пока его товарищи-пастухи лежат у костра в спальных мешках и видят сны. У нее защемило сердце, едва в памяти всплыли другие ночи у костра, полные любви.

Чтобы избавиться от навязчивых видений, Стейси снова попыталась сосредоточиться на подготовке к торгам, которым Трейвис в этом году заранее предрекал большой успех. Невероятно, но пока все идет гладко, без непредвиденных осложнений.

— Одно утешение, что организационные работы идут полным ходом. — Замечание слетело с губ прежде, чем Стейси осознала, что первой нарушила затянувшееся молчание. Бросив быстрый взгляд на Корда, она затаила дыхание. Его лицо оставалось безмятежным, чего раньше не бывало — ведь любое упоминание о делах сразу же выводило его из себя.

Казалось, он расслабился и отдыхает, любуясь звездами. Стейси тоже успокоилась, решив, что, возможно, он не расслышал нечаянно вырвавшихся слов. Облегченно вздохнув, она продолжила созерцание звездного узора.

— Знаешь, мне почудилось, что потянуло дымком костра, — тихо произнес Корд.

Его ласковый голос волной накрыл Стейси, звезды как будто засияли ярче, отражаясь в его карих глазах светом надежды. Она неуверенно подняла голову, пытаясь угадать, куда устремились его мысли и вспомнил ли Корд их старую добрую традицию. Встретив темное мерцание его глаз, она поняла, что не обманулась.

Они смотрели друг на друга, не говоря ни слова, и эти мгновения длились целую вечность. Инвалидное кресло плавно покатилось и замерло рядом с шезлонгом. Стейси не могла поверить, что это происходит наяву и Корд осознанно приблизился к ней.

Он тут, возле нее, достаточно протянуть руку и дотронуться. Но она не решалась. Страх быть отвергнутой занозой сидел в ее сердце. Любое прикосновение или ласка должны исходить только от него.

Корд сидел неподвижно, но Стейси все же подалась вперед, влекомая страстным желанием оказаться в его объятиях. Он склонился к жене и с силой притянул ее к себе.

Жадный обжигающий поцелуй опалил нежные губы Стейси. Она ответила на этот властный призыв, и кровь едва не вскипела в ее жилах. Она принялась гладить пальцами его крепкую шею — так искусный гончар дарит новому детищу тепло своих пальцев.

Однако скоро, слишком скоро, его руки мягко, но решительно начали отталкивать ее. Стейси не отпускала мужа, но Корд усадил ее обратно в шезлонг. Ее трепещущие веки неохотно раскрылись, и потемневшие глаза наполнились страданием.

— Стейси, жизнь моя, — прошептал Корд почти в беспамятстве. — Что же я делаю? Я убиваю нас обоих. Ты сказала «в горе и в радости», но сколько горя мы еще способны вынести? — Он отвернулся. — Господи, помоги мне. Я не могу с тобой расстаться. Я никогда тебя не отпущу!

— Корд, я никуда не хочу уезжать, — хрипло ответила Стейси. — Я только прошу: не отгораживайся от меня. Я хочу делить с тобой все.

Он насмешливо вскинул бровь.

— Мне нечем делиться. Что я могу тебе дать? Инвалидное кресло? — Его рот исказила улыбка висельника. — Это кресло — моя тюрьма, а я — его узник, и еще твой надзиратель. Я никогда не выпущу тебя на свободу.

— Мне не нужна эта свобода, я не хочу ее, — возразила Стейси срывающимся голосом.

— Знаешь, чего я боюсь? — В его леденящем тоне не было ни тени юмора. — Что в один прекрасный день я услышу это в тысячный раз и в конце концов поверю тебе, хотя точно знаю, что это ложь.

— Нет, — еле слышно прошептала она, задыхаясь от подступивших слез.

Послышался легкий свист вращающихся колес. Стейси сидела понурив голову и не видела, как Корд вернулся в дом. Ее пальцы крепко переплелись на груди в отчаянной молитве. Истерзанная душа рвалась наружу, и все же ей удалось не разрыдаться.

Через несколько минут она, стараясь выглядеть спокойной, решила вернуться к Трейвису и Поле. Устало убрав со лба волосы, она ушла с веранды.

Увидеть Корда рядом с гостями Стейси не ожидала. Она была уверена, что он предпочтет удалиться в свою комнату.

Смерив жену невозмутимым и жестким взглядом, он, конечно же, отметил ее потерянный вид. Корд держал в руке сигарету, и серый дым облаком висел над черноволосой головой.

Как только Стейси вошла. Пола первой заговорила, почуяв в ней перемену. От прищуренных голубых глаз не укрылась бледность хозяйки.

— Стейси, вы появились очень вовремя, — сказала Пола с приветливой улыбкой и бросила быстрый взгляд на Трейвиса. — Я все пытаюсь вытянуть из вашего управляющего подробности о распродаже лошадей. Но он сказал, что за нее полностью отвечаете вы и лично занимаетесь этим вот уже несколько лет.

— Верно. — Стейси подошла ближе, благодаря в душе Полу за такую подачу, так как отпадала необходимость объяснять причину своего отсутствия. — А что именно вам бы хотелось узнать?