Джулия Тиммон - Невольный обман

На его губах заиграла улыбка, а на щеке появилась ямочка, которые действовали на Сару как дурман. Она шумно вздохнула.

— Хорошо, я отвечу. О необходимости расстаться с Гарольдом я подумывала давно, задолго до той субботы. Но окончательное решение приняла... Вернее, набралась смелости... — Сара кашлянула, растерянно улыбнулась, посмотрела вверх, в сторону, потом уставилась в тарелку с остатками листьев салата и кусочков сыра, обжаренных в каких-то мексиканских специях. — Короче говоря, наша с тобой переписка действительно в некотором смысле помогла мне сделать решающий шаг. Даже не в некотором смысле, а очень помогла...

Николас, снова взявший Сару за руку, сильнее сжал ее пальцы.

— Если бы ты знала, как мне приятно это слышать, — прошептал он тихо, будто боясь ее спугнуть.

Сара сглотнула, смачивая пересохшее от волнения горло, и продолжила уже смелее:

— Чем объяснить этот факт, ума не приложу. Ведь я ничего не знала о том, кто ты и что на самом деле собой представляешь. Даже о твоей внешности не имела понятия: я не прочитала в анкете, какой у тебя рост, вес и прочие характеристики.

Николас недоверчиво посмотрел на нее, шевельнул бровью и вдруг рассмеялся.

— Сара, милая, да ведь я и не вписывал в анкету, какой у меня рост и вес. А какие-то графы заполнил и вовсе выдуманными данными.

— Правда?.. — Сара захлопала ресницами. — А для чего ты вообще решил это сделать? Зачем поместил в Интернете свое объявление?

— Потому что до чертиков устал от окружающей меня действительности! — ответил Николас с неожиданным пафосом.

Сара покачала головой, ничего не понимая. Загадки, порожденные личностью этого человек, не иссякали, а, казалось, лишь преумножались. Это обескураживало и сильнее к нему притягивало.

— Что ты имеешь в виду? — спросила она.

— Что я имею в виду? — Глаза Николаса блеснули. — Постараюсь объяснить. Понимаешь, я хочу прожить отведенный мне на этой земле срок плодотворно и достойно. Я люблю свою работу: мне нравится сознавать, что благодаря моим стараниям люди нашего города имеют возможность носить красивую доброкачественную обувь. У меня прекрасная семья, я дорожу ею, стараюсь ей помогать советом и делом...

Саре нравилось его слушать. Он говорил, как всегда, в меру громко, но более эмоционально, с большим чувством. Только вот почему ему вздумалось в ответ на ее вопрос рассказывать о любви к работе и семье, она пока никак не могла понять. И напрягала внимание, чтобы чего-нибудь не пропустить.

— Но для полного счастья этого все же недостаточно, — продолжал Николас. — Я мечтаю в один прекрасный день обзавестись собственной семьей, детьми, чтобы передать им весь накопленный мной опыт, чтобы оставить на этом свете продолжение себя...

Он на миг прервался и пытливо заглянул в темно-серые глаза Сары, словно желая убедиться в том, что она следит за ходом его мысли, понимает его. В этот момент ей показалось, что Николас, оставаясь таким же мужественным и уверенным в собственных силах, неожиданно сделался уязвимым и нуждающимся в поддержке.

Желая ему помочь и в то же время не обидеть, Сара сжала его руку и еле заметно кивнула.

Складки, пару минут назад образовавшиеся на его лбу, расправились, блеск в глазах смягчился.

— Мечта об уютном доме, о надежной семье, своей собственной, зародилась во мне лет в двадцать, — вновь заговорил Николас, теперь более спокойно. — Я не раз влюблялся, по крайней мере, мне так казалось. Но все мои романы заканчивались одинаково: полным разочарованием. В какой-то момент я полностью утратил веру в женщин, понимаешь? Во всяком случае, в тех, которые меня окружали. Все они при более близком знакомстве оказывались лицемерными обожательницами моего богатства, не меня самого. — Он перевел дыхание. — Поэтому как-то раз поздно вечером, сидя дома один, я, отправив кое-кому из поставщиков письма по электронной почте, зашел на этот самый сайт... У Сары перехватило дыхание. История Николаса настолько странным образом перекликалась с ее историей, что в случайность их знакомства было сложно поверить. Она уже знала, чем закончится его рассказ, но продолжала внимательно слушать.

— Я не искал этот сайт специально, — сказал Николас. — Просто увидел рекламу — смешное сердечко с выпяченными губами — и щелкнул по нему. Прочел одну анкету, другую, третью, четвертую... Большинство из них не произвело на меня никакого впечатления. Я даже заскучал. И вдруг мне на ум пришла шальная идея: заполнить подобную анкету самому, причем не указывать в ней ни рода своей деятельности, ни соответствующих действительности внешних характеристик. Написать лишь то, что я хотел бы видеть в любимой подруге. Одной незатейливой фразой.

«Разыскивается любознательная, разумная, не лишенная чувства юмора оптимистка», воспроизвела в памяти прочитанные в его анкете слова Сара.

— Я знал, что никто на подобное объявление не клюнет, — сказал Николас. — Но я и не был заинтересован в знакомстве с очередным десятком хищниц. Просто где-то в глубине души надеялся на чудо, вот и все.

Сара ловила каждое его слово, не переставая удивляться. Их история представлялась ей теперь даже не чудом, а вообще сказкой. Прекрасной сказкой.

— Когда я получил твое письмо, — произнес Николас с хрипотцой, — единственное письмо, — больше ни у кого не возникло желания познакомиться с типом, практически ничего о себе не сообщившим, то не поверил своим глазам. Еще больше поразился, прочтя его, написанное так просто, душевно, искренне.

Сара не смела шелохнуться, словно боялась каким-нибудь неверным движением, жестом разрушить эту сказку наяву. Посетителей, заполнивших к этому часу весь ресторанный зал, для нее уже не существовало. А Николас казался самым родным, невероятно близким существом во всей вселенной.

— Каждым новым посланием ты покоряла меня все больше и больше, — пробормотал он, опять на секунду становясь уязвимым. — Когда ты согласилась встретиться со мной, я подумал, что если придусь тебе по вкусу, то постараюсь завоевать твое сердце. Ты моим уже владела...

Сара слушала и не верила собственным ушам. Заметив это, Николас усмехнулся и с отчаянием махнул рукой.

— Знаю, мои слова звучат как бред. Понять меня, даже тебе, почти невозможно...

— Почему же? — медленно возразила Сара, заставляя онемевшие губы двигаться. — Как раз мне тебя понять несложно. Мы поступили почти одинаково: ты дал это объявление, я разыскала его среди десятков других... Я послала тебе письмо, ты ответил. — Она пожала плечами и улыбнулась. — Свой свояка...

Николас кивнул, наконец-то тоже улыбнувшись, и закончил фразу: