Габриэлла Лопез - Клон. История любви

На похороны Диогу собралось немало народа, пришла и Иветти. Но Леонидас прогнал ее, грубо и холодно. Он понимал, что поступает неправильно, что ей надо было позволить проститься с юношей, но ничего поделать с собой не мог.

Иветти не слишком была смущена поступком Леонидаса. И, как ни в чем не бывало, продолжала ему звонить. Далва, услышав ненавистный ей голос: «Здравствуйте, а львеночка можно?» сразу бросала трубку и с огромной обидой смотрела на «львеночка».

Он ни на что не реагировал.

Позвонила Маиза, подружка Диогу, и напросилась в гости, чтобы взять что-нибудь на память о нем. Далва была просто счастлива видеть ее, но хозяин не вышел к ней вообще.

А Иветти атаковала дом Леонидаса с настойчивостью танка со сломанной задней передачей.

И, наконец, ей удалось увидеть старшего Ферраса возле дома. Леонидас как раз садился в машину, но, едва заметив свою «ненаглядную», чуть ее не задавил.

Чего я добилась? — грустно подумала Иветти. Все осталось по-прежнему, только мы оба страдаем все больше и больше… И каждый в одиночестве… Вместе со своей подругой Лауриндой Иветти отправилась на мессу по Диогу, думая замолить грехи. Но думала она вовсе не о своих грехах, а о том, что против нее плетутся интриги, и ей специально не дают поговорить с «львеночком». И решила обратиться за помощью к Албиери. Лауринда одобрила этот план.

Иветти явилась в клинику Албиери злая и сходу начала рвать и метать.

— Меня унижают и оскорбляют на каждом шагу, а кто нибудь скажет, что я сделала?! — заорала она прямо в холле больницы.

Доктор с большим трудом смог ее успокоить и повел в свой кабинет.

— Если он дарит мне золото и бриллианты, он думает, что имеет право топтать меня ногами?! — пробурчала, немного притихая, Иветти.

Албиери постарался максимально сгладить ее настроение. Но она добилась своего, профессор согласился поговорить с «львеночком» о ней.

В это время угрюмый Леонидас читал духовные тексты. И, увидев Аугусто, сразу начал казнить себя в смерти Диогу… Но если бы он казнил только себя… Леонидас еще больше обвинял во всем эту женщину, от которой и явился сейчас генетик. Он принес драгоценности Иветти.

Едва выслушав друга, Леонидас велел слуге немедленно возвратить все побрякушки Иветти.

Вопреки ожиданиям, она отнеслась к случившемуся стоически и не потеряла ни оптимизма, ни воинственного настроения.

— Ерунда… — сказала Иветти, рассеянно перебирая вернувшиеся к ней «брюлики». — Как только я встречусь со «львеночком» лицом к лицу, он не устоит… Лишь бы мне увидеть его… И вообще, раз он заставил меня отказаться от моей работы, пусть тогда и оплатит все мои счета!

Она снова выследила Леонидаса и велела таксисту ехать за его машиной, жалуясь ему по дороге на несправедливость и рассказывая какую-то бессмыслицу про Святого Антония и талисман, подаренный ей. В итоге она подарила этот талисман таксисту, который так ничего и не понял из ее рассказа.

В кафе Иветти, экстравагантная, в красном обтягивающем платье, попыталась помириться со «львеночком». Но опять ее постигла неудача. Леонидас даже не пожелал ее слушать. У него появилась другая женщина, решила Иветти и попыталась вынудить Ферраса оплатить ее счета.

— Ты заставил меня когда-то уйти с работы! И бросил меня! Чем я буду теперь жить? — твердила она. — Тебе надо быть великодушнее и благороднее по отношению ко мне!

Раздраженный Леонидас молча встал и отправился в туалет.

Иветти ждала долго и терпеливо, но, так и не дождавшись своего «львеночка», в бешенстве ворвалась в мужской туалет и начала проверять все кабинки, застав врасплох какого-то бразильского красавца.

И она стала вновь обдумывать свои планы.

Тяжкие дни Албиери после похорон Диогу усердно скрашивала Эдна, все еще «гостившая» у доктора. Что бы я сейчас делал без нее? — думал профессор. Как бы жил? Она появилась очень вовремя.

И прощал секретарше все ее активные действия и очевидные проекты завоевания старого холостяка. Он пробовал отвлечься и работой, однако слишком часто видел перед собой лицо своего любимца…

Эдна переживала, видя, как равнодушен и холоден к ней доктор. И-, наконец, сдалась, поняла, что проиграла, и пришла к Албиери.

— Мне лучше всего уехать к родственникам, — сказала Эдна. — Я здесь лишняя…

Но профессор неожиданно смутился.

— Подожди… — пробормотал он. — Зачем тебе родственники? Выходи за меня замуж…

— Я согласна, — прошептала ошеломленная Эдна.

— Ты знаешь, что я очень хорошо отношусь к тебе, но это не любовь, — начал объясняться честный доктор.

Только его слова пропали зря. Эдна была в полной уверенности, что ее шеф от нее без ума и уже давно. Секретарша тотчас побежала докладывать всем о своем счастье. Она не подозревала, что после ее ухода Албиери сидел неподвижно, раскаивался и признавался сам себе во всем: он сделал предложение просто из чувства вины. Ученый уже искренне жалел о принятом решении. Ему явно не хотелось жениться. Он поспешил… Зачем?..

Многие отговаривали от замужества и Эдну. Ее знакомые понимали, что брак будет неравным, и советовали ей выбрать другого мужчину, по себе. Но все слова были напрасны. Эдна ликовала и даже надела чересчур вызывающий наряд.

Аугусто тоже приходилось сообщать всем «радостную» новость о своей женитьбе. Правда, он всякий раз добавлял, что это получилось само собой… И повторял, что его смущает настойчивость Эдны, но она слишком сильно его любит.

От нехороших мыслей о будущем доктора отвлекала, как всегда, работа. К нему приехал специалист по нетрадиционной медицине Малино.

И опять начался очередной разговор про клонирование. Малино был против него.

— Мне очень не нравятся эти разговоры о клонировании. Таблетки дают нам секс без детей, а клонирование — детей без секса…

Леонидас, в свою очередь, в который раз спустил на друга всех собак, обвинив его в полной безответственности, и в том, что его наука никуда не годится.

И тут позвонил Али и сообщил, что приезжает Лукас.

Тщательно поразмышляв и взвесив все за и против, Эдвалду решил попытаться попросить прощения у Деузы. Ему очень не хотелось расставаться с ней. Он купил роскошный букет и отправился к танцовщице, надеясь с помощью такой недорогостоящей лести покорить ее суровое сердце. Однако негритянка просто-напросто вышвырнула его цветы из окна и выставила его самого.

Через два дня она, явившись к Эдне делать маникюр, со свойственной ей откровенностью поведала доктору Албиери об обмане жениха. Тот выслушал ее внимательно, а потом рассказал о зачатии в пробирке. И предложил попробовать…