Барбара Бреттон - Случайная встреча

Она направилась в заднюю часть дома — туда, где, по ее понятиям, находилась кухня. Коридор был оклеен бледно-голубыми обоями с рисунком «ракушечка» и освещен парой электрических подсвечников, висевших по обеим сторонам овального зеркала. Кто-то очень заботился о внешнем виде этого маленького жилища, и этот «кто-то» явно носит юбку, а не брюки.

— Вам помочь? — спросил Джон Галлахер, внезапно появившийся откуда-то сбоку.

— О Господи, откуда вы взялись? — Алекс так увлеклась разглядыванием обоев, что не услышала шагов. Она даже не почувствовала его присутствия, и это ее удивило.

Джон указал большим пальцем за свое правое плечо. Алекс посмотрела в указанную сторону и увидела тускло освещенную комнату, окутанную густым сигарным дымом.

— Тайм-аут, — объяснил он. — Меня отрядили сбегать за пивом.

— Понятно.

Он взял пироги у нее из рук.

— Сами пекли?

— Да. — Александра, как ни старалась, не смогла подавить ноток гордости в голосе.

Джон заглянул под алюминиевую фольгу:

— Ого, чудесно! Моя мама делала такие же и с такими же штучками сверху.

— Это называется «решеточка», — пояснила Алекс.

— На вид — непростая работа.

— Да нет, это очень легко.

— Вы должны были сказать, что это самая трудная вещь на свете после расщепления атома.

Взгляды их встретились.

— Это самая трудная вещь на свете после расщепления атома.

Он усмехнулся:

— Я так и думал.

Ди сидела на кухонном столе, прижимая к уху телефонную трубку. Казалось, она готова была говорить целую вечность.

— Сэм? — шепотом спросил Джон.

Ди метнула на него яростный взгляд, густо покраснела и отвернулась.

— Сэм, — сказал Джон, укладывая пироги на обеденный стол, уже заваленный разной снедью.

— Кто такой Сэм? — поинтересовалась Алекс.

— Парень, с которым она встречается, но пытается это скрыть.

— А… — Она посмотрела на Ди, потом опять на Джона. — И вас это не беспокоит?

— Сэм — отличный парень, — заявил Джон. — В сто раз лучше, чем Тони.

— Тони?

— Ее бывший муж.

Алекс следом за Джоном вышла из кухни. Вид у нее был растерянный.

— А вы что, родственники? — спросила она.

— Мы с Тони?

— Да нет. — Она еще больше растерялась. — Вы с Ди.

— С чего вы взяли?

— Просто… просто вы живете в одном доме, и я подумала, что…

— Это не мой дом.

— Так вы с Эдди живете не здесь?

— Ди живет с Марком.

— Кто такой Марк?

— Ее сын. — Они задержались в дверях гостиной. — Это их дом. Вон он, Марк, сидит на полу рядом с Эдди.

Лицо мальчика подсвечивалось экраном телевизора. Сходство с Ди было бесспорным: густая копна темно-рыжих волос и волевой подбородок, как у мамы. Но все остальное выдавало в нем Галлахера. Темные глаза, скулы, большой резко очерченный рот… Он выглядел в точности так, как, по ее представлению, должен был выглядеть Джон шестнадцать-семнадцать лет назад.

Однако Джон держался совершенно естественно. Если он и сознавал странность ситуации, то не подавал виду.

— Подвинься, пап, пусть Алекс тоже сядет, — сказал Джон.

Улыбка Эдди согрела ей сердце.

— Садись, Алекс, посмотри с нами футбол.

Многих мужчин, сидевших в комнате, она уже видела в кафе. Они тепло приветствовали гостью, и Александра немного успокоилась. Сын Ди взглянул на вошедшую незнакомку со смешанным выражением любопытства и раздражения.

— Алекс купила дом Уинслоу, — объяснил Эдди пареньку.

Тот пожал плечами и снова уткнулся в телевизор. Александра его не осуждала. Когда она была маленькой, друзья ее родителей казались ей самыми скучными людьми на свете, даже если они были не намного старше ее.

— Где пиво? — спросил у Джона какой-то мужчина. — Почему ты пришел с пустыми руками?

— Он не с пустыми руками пришел, Деви, — сказал Эдди с лукавой улыбкой. — Он привел Алекс.

— Ох черт! — воскликнул Деви, тыча пальцем в экран. — Вы видели этот перехват?

Все мужчины мигом забыли о присутствии Алекс, и она, воспользовавшись моментом, улизнула на кухню. Ди уже поговорила по телефону и теперь колдовала над большой керамической банкой с мукой.

Алекс в нерешительности остановилась в дверях. Почему бы ей не уйти из этого дома? Она здесь явно не к месту.

— Ты что плащ не снимаешь? — спросила Ди, взглянув на Александру.

— Я ухожу, — сказала Алекс. — Передай, пожалуйста, Джону и Эдди мои поздравления.

— А почему ты сама их не поздравишь?

— Они смотрят футбол. Я не хочу им мешать.

— Мешать? — Ди засмеялась. — Они теперь не оторвутся от своего футбола до самого суперкубка.

Алекс улыбнулась, пытаясь скрыть смущение:

— Вообще-то я только хотела занести пироги и поздравить всех с Днем благодарения.

— Вряд ли ты умеешь готовить бисквиты. — Ди почесала нос тыльной стороной ладони, оставив на щеке мучную полосу.

Алекс почувствовала, что решимость ее слабеет.

— У меня получаются неплохие круассаны.

Ди закатила глаза:

— Да эта орава не отличит круассанов от бубликов, милочка! Я говорю про самые обыкновенные бисквиты.

Алекс скинула плащ и повесила его на спинку стула.

— Могу и самые обыкновенные.

— Ну конечно, можешь, — сказала Ди. — Вот почему ты так выглядишь. Не то что я.

— Ты выглядишь замечательно, — заверила ее Алекс.

Ди была в длинном зеленом свитере и в черных леггинсах в обтяжку. С черной бархатной ленточки на шее свисал огромный мальтийский крест, а в ушах позвякивали золотые цыганские серьги-кольца. Этот наряд был несколько вызывающим, но и сама Ди не отличалась утонченностью.

Алекс начала насыпать муку в большую миску:

— Кажется, я должна перед тобой извиниться.

— За что?

— Ведь ты, наверное, и понятия не имела о том, что я приду к тебе на обед?

— Вообще-то Джон позвонил мне утром и сказал, что тебя пригласил Эдди.

— Я думала, что они приглашают меня к себе, — объяснила Алекс. — Я бы никогда не согласилась, если б знала…

— Вот что, милочка, меня очень трудно обидеть, но тебе это почти удалось.

— Я не хожу в гости без приглашения. Эдди должен был мне сказать.

— И не должен был разгуливать по городу в пижаме. — Ди пожала плечами. — Он хотел как лучше.

— Надеюсь, я тебя не слишком обременяю?

— Вовсе нет. Ты помогаешь мне разбавить мужскую компанию, а то в этом доме чересчур высокий уровень тестостерона[2].

Алекс подумала про паренька с глазами Джона Галлахера, но промолчала. В конце концов, это ее не касалось.

— И как же тебе это удалось? — Винс Тройси отправил в рот соленый орешек. — Она всего два дня как приехала в город, а ты уже зазвал ее на праздничный обед.