Дженнифер Льюис - Когда танцуют звезды

Затем он немного приподнял ее за бедра и, прижав к колонне, нетерпеливо погрузился в нее.

Старинный мрамор приятно охлаждал кожу, когда внутри у нее бушевал пожар. Неистовое желание, которое они вынужденно сдерживали во время танца, мощным ураганом вырвалось наружу. Они набирали ритм, пока их животы не соприкоснулись. И они оба не затрепетали в экстазе. Наслаждение было так велико, что Тесса на долю секунды потеряла сознание. Волнующий аромат его кожи привел ее в чувство, и она зарылась лицом в его шею.

— Теперь мне намного лучше, — пробормотал Себастьян, крепче прижимая ее к себе.

— Мне тоже. — Ее ноги все еще дрожали. — Может, нам следует присесть, пока мы не упали?

— Хорошая идея. — Себастьян неторопливо вышел из нее, и она испытала небольшое разочарование, когда он исчез в темноте, оставил ее одну у холодной колонны.

Он вернулся с большим куском шелковой ткани.

— Подними руки.

Тесса подчинилась, и он ловко обернул вокруг нее фиолетовый материал с золотой каймой и закрепил его золотой булавкой на плече. Тонкий шелк мягкими фалдами падал на пол, слегка покачиваясь на ветру.

— Я чувствую себя так, словно попала в сказку.

— Возможно, это правда. — Не успела Тесса опомниться, как Себастьян подхватил ее на руки и отнес на диван. Он зажег свечу, и комната наполнилась ароматами экзотических цветов.

— Может, шампанского? — Его бронзовый торс мерцал в приглушенном свете.

— Конечно.

Он отошел в сторону и достал откуда-то бутылку шампанского.

— Для чего предназначена эта комната? — поинтересовалась Тесса.

— Это передняя тронного зала. Здесь мы развлекаем гостей во время официальных приемов.

— Теперь понятно, откуда здесь шампанское. — Она взяла бокал с пенящимся напитком. — А шелковые тоги им выдаются в том случае, если они прольют его на себя?

Себастьян улыбнулся.

— Тога, которая сейчас на тебе, из нашей национальной коллекции. Она изготовлена придворными ткачами.

— О боже. — Тесса содрогнулась. — Не уверена, что мне следует носить такую роскошь. Я вспотела.

Себастьян пожал плечами.

— А какой прок от хранения того, что нельзя носить? Мастера вкладывали всю свою душу в создание самой тонкой ткани, которая только была известна человечеству. Уверен, они предпочли бы видеть ее на красивой женщине, а не пылящейся в сундуке.

— Шелк мягкий, как лебяжий пух. Он был соткан недавно?

Себастьян криво усмехнулся.

— Нет. Боюсь, что придворных ткачей постигла та же участь, что и придворных предсказателей. События двадцатого века не миновали Каспию. Это чудо, что мы не потеряли наши сокровища. Хочешь взглянуть на наши фамильные драгоценности?

Брови Тессы взметнулись вверх.

— С удовольствием. — Она начала вставать.

— Подожди здесь. Я принесу их.

Вскоре он вернулся с большой шкатулкой из темного дерева, украшенной причудливой резьбой. Мышцы его рук были напряжены.

— Что там? Золотые кирпичи?

Смеясь, он окинул ее взглядом, затем поднял крышку и достал из шкатулки что-то блестящее.

— Вот, взгляни.

Украшение сверкало в тусклом свете, но она все еще не могла разобрать, что это было. Тогда Себастьян поднял руки, и она почувствовала у себя на шее холодный металл.

— Красота.

— Это ожерелье? — Она коснулась его рукой. Узорчатая металлическая оправа была инкрустирована драгоценными камнями красного оттенка. Какими, Тесса не могла разобрать в темноте. — Что это за камни?

— Рубины.

Она вздохнула.

— А оправа золотая?

— Двадцать четыре карата.

— Чистое золото очень мягкое, не так ли?

— Да, и именно поэтому его берегут для особых случаев. — Он заглянул ей в глаза, и у нее внутри снова все затрепетало. — Таких, как сегодня.

Себастьян достал из шкатулки еще одно украшение.

— Дай мне свою правую руку.

Он надел ей браслет, который был тяжелым, словно кандалы.

— Ты стройная, как античные женщины, и он отлично тебе подходит. — Он провел большим пальцем по внутренней стороне ее запястья.

— Сколько лет этим украшениям?

— Впервые они упоминаются во времена Византийской империи, но могут быть старше на целые века, может, даже тысячелетия. В пятьсот пятидесятом году, во времена правления Юстиниана, Каспия была разграблена. Королевская библиотека была сожжена, и все записи уничтожены. Наша история до этого года сохранилась только в легендах.

Достав тонкий золотой ободок с драгоценным камнем впереди, он надел его ей на голову. Это было похоже на корону.

Тессу бросило в жар.

Даже в самых смелых своих мечтах она не представляла, что однажды будет сидеть в королевском дворце и примерять старинные драгоценности. Внезапно она почувствовала себя не в своей тарелке.

— Что-то не так? — спросил Себастьян.

— Просто я считаю, что не должна была примерять эти украшения. Они мне не подходят.

Взяв ее за руку, Себастьян помог ей подняться.

— Не говори ерунды. — Он сделал пару шагов назад, затем окинул ее взглядом, словно художник свое творение. — Эти драгоценности подчеркивают твою красоту. — Его голос отзывался эхом в каменных стенах. — Они были созданы будто специально для тебя.

Себастьян не мог отвести от нее глаз.

Перед ним стояла его золотая богиня, высокая и величественная. Ее точеные черты в свете луны казались еще прекрасней. Шелковая тога мягко облегала ее стройную фигуру, а массивные золотые украшения подчеркивали ее природную стать.

Он едва мог дышать.

— Это всего лишь я, Тесса. — Ее взгляд был настороженным.

— Знаю и именно поэтому не могу отвести от тебя глаз.

— Должно быть, странно видеть королевские украшения на обычной женщине. Будет лучше, если я их сниму.

— Нет! — неистово возразил он. — Мне доставляет удовольствие видеть их на тебе. Частично потому, что ты обычная женщина, как ты сама выразилась. Ты не избалована и не пресыщена жизнью, как большинство женщин, которых я встречал.

— Полагаю, это потому, что до сих пор у меня не было такой возможности. Еще несколько балов, сотня прогулок на гондоле, тысяча верховых прогулок, и я тоже буду зевать от скуки, прикрываясь бокалом шампанского. — Ее глаза сверкали.

— Никогда.

— Откуда ты знаешь?

— Я хорошо разбираюсь в людях.

Тесса гордо вскинула подбородок.

— Мне ведь наскучило быть твоей секретаршей.

Себастьян не удержался от улыбки.

— Я тебя не виню. Это была скучная работа.

— Боюсь, что у меня получается лучше ездить верхом, чем вести твою деловую переписку.