Невеста на замену - Наталья Соболевская

с натянутой улыбкой отказался он и сразу покинул помещение, мне же в этот момент жутко захотелось спрятаться под столом и смеяться до слёз.

Явился и навёл шороху. И главное — зачем? Даже если я, по его мнению, сам чёрт в юбке, в кабинете я провела совсем ничего — час с небольшим. За это время никто, даже сатана не организует приличный бунт или полноценный мятеж.

В конце рабочего дня, когда коллеги засобирались домой, а я продолжила заниматься таблицей, Евгения Игоревна не прямым текстом, конечно, но тонко намекнула, что в их группе задерживаться не принято, нужно стараться всё успевать в течение дня, никуда таблица от меня не убежит и мне пришлось вместе со всеми выйти из кабинета.

От здания фирмы до ближайшей станции метро идти пешком около получаса, можно доехать на автобусе, но я лучше прогуляюсь. Тем более по дороге у меня есть о чём подумать и помечтать. Распределю будущую зарплату, составлю подробный, вплоть до копейки, бюджет, на какие расходы, сколько буду тратить. Прикину, за какое время накоплю «подушку безопасности» и в качестве десерта помечтаю о новой квартире, какой она будет, и представлю момент, как сообщу Левашовым о переезде.

Морщусь, потому что поблизости на дороге нервно сигналит и сигналит автомобиль, мешает мне сосредоточиться, а я, вообще-то, решаю, какую сумму выделить себе в месяц на продукты.

— Катя! — к звуку клаксона добавляется крик, и только тогда до меня доходит, что всё это время сигналили именно мне.

Оглядываюсь на дорогу и сквозь открытое окно вижу Адашева за рулём. Прижаться к тротуару он не может, крайняя правая полоса заставлена припаркованными автомобилями, и за ним уже скопился целый хвост из машин, которым он перегородил полосу своей черепашьей скоростью.

— Садись, нам по пути, — не говорит, а именно что рычит он. Видимо, я долго его не замечала, успел разозлиться.

— Спасибо, но я доберусь сама, — отказываюсь я, во-первых, Вадим и в хорошем расположении духа далеко — не подарок, а сейчас, когда раздражён, просто невыносим, а во-вторых, что-то его в моей жизни стало слишком много.

— Катя, зачем тебе толкаться в общественном транспорте, если нам в одну сторону? Садись говорю, — настаивает Вадим, опять же далеко не в дружелюбной манере.

Я только открыла рот, чтобы отправить Адашева вместе с его плохим настроением в лес по ягоды и грибы, как из автомобилей, чьи водители стали невольными свидетелями нашего спора, донеслись выкрики:

— Да садись ты уже, и все поедем! — пробасил какой-то мужик.

— Действительно, сколько можно ломаться?! — поддержал его парень.

— Задолбала, трудно тебе, что ли?! — это возглас принадлежал девушке, дать бы ей подзатыльник, за то, что не проявила женскую солидарность.

— Катя! — добил Адашев.

Злясь на себя, потому что поддалась на провокацию и давление со стороны большинства, всё же села к Вадиму в машину.

Первые десять минут мы с Адашевым ехали в напряжённой тишине, он сосредоточенно следил за дорогой, а я отвернулась и смотрела в боковое окно. Так понимаю, Вадим злился на меня за то, что сразу не села в машину, я же дулась, потому что он не принял отказ и продолжил настаивать, пока не добился своего.

— Какие впечатления от рабочего дня? — как ни странно, но первый шаг к примирению сделал Адашев.

Возможно, я бы из вредности проигнорировала вопрос, но голос Вадима прозвучал мягко и даже участливо.

— Впечатлений масса, — повернувшись к мужчине, отозвалась я. — Думала, два года в университете мне хоть как-то помогут, а оказалось, я вообще ни шиша о работе экономиста не знаю.

— Это вполне нормально, — заметил Вадим. — Даже если бы ты устроилась после получения диплома, тебя всё равно пришлось бы всему учить. Чтобы освоиться в профессии, нужен минимум год практики, а чтобы стать настоящим специалистом требуется опыт от пяти лет. Евгения Игоревна помогала тебе разобраться?

— Конечно. Если бы не она, я бы все три часа рабочего времени только и делала, что перепугано смотрела, то на монитор, то на документы.

Адашев улыбнулся, и я вдруг осознала: когда он ведёт себя по-человечески, мне не только приятно смотреть на него, но и общаться.

— Значит, ты довольна начальницей?

— Не то слово, и не только начальницей. Остальные тоже мне помогали и приняли хорошо, — похвалила девчонок, вдруг им это когда-нибудь да поможет, а после решила и себя обезопасить от недовольства Адашева. — Ты сказал, никому не говорить, что твоя невеста — моя сестра, и я держала рот на замке, но люди ведь не слепые, не глухие и не идиоты. Как конкретно мы связаны, думаю, никто не знает, но то, что некая связь есть, в курсе все.

— Да, наверное, ты права. Главное — не пользуйся этим.

М-да. Недолго Адашев продержался в режиме нормального человека, не прошло и пяти минут, как он снова принялся отпускать в мою сторону обидные замечания.

— В каком смысле «не пользуйся»? — процедила я сквозь зубы. — Думаешь, я на рабочем месте начну гнуть пальцы, запугаю всех знакомством с тобой и заставлю лизать мне пятки?!

— Я не это имел в виду, — бросил Вадим.

— Да ну. А что тогда? Давай, скажи. И раз уж о том зашла речь, заодно объясни, для чего ты приходил к нам в кабинет? Не для того ли, чтобы проверить, плету я уже интриги или ещё нет.

Сжав губы и скрестив руки на груди, опять отвернулась к окну.

Вадим где-то минуту молчал, а потом буквально выдавил из себя:

— Ладно, признаю, насчёт «не пользуйся» погорячился. Но в кабинет я приходил не тебя проверять, а Евгению Игоревну. Как мне показалось, она не особо обрадовалась, что ей навязали работника, вот я и заглянул проверить обстановку.

Так он заходил, потому что переживал за меня и хотел в случае чего защитить?!

Не помню, когда в последний раз кто-то заботился обо мне. На душе вдруг потеплело, а вот глаза почему-то защипало.

Неужели я от избытка чувств собираюсь расплакаться?

Чтобы скрыть слёзы, прижалась носом к боковому стеклу и сижу часто моргаю. Сушусь, так сказать.

— Ты чего там притихла, неужели надулась? — насмешливо поинтересовался Вадим и чего я никак не ожидала, шлёпнул меня по коленке.

И ладно бы шлёпнул и всё, но нет же, его рука, как приземлилась на мою ногу, так там и осталась.

Тихо шмыгнула носом, для верности ещё пару раз взмахнула ресницами и выразительно посмотрела на свою конечность, поверх которой лежала чужая ладонь.

— Вадим Александрович, благодарю вас за желание помочь мне с начальницей, но не