Измена.ru (СИ) - Рузанова Ольга

－ Тебе нравится?

－ Идеально... Очень нравится, Наташ.

Глава 21 Наташа

Прилипнув к окну «Мустанга» пытаюсь охватить глазами как можно больше. Сияющие огнями зеркальные небоскребы с устремляющимися в ночное светящимися пиками, фонтаны, роскошная набережная и пальмы.

Господи, пальмы! Настоящие!

Я не могу сдержать эмоций, они бьют ключом, заставляя меня крутиться на месте и то и дело хвататься руками за лицо.

Как красиво!.. Боже, как красиво!!!

— Я хочу все это сфотографировать, Ром!

— Успеешь еще, — посмеивается тихо и ведет себя так, словно родился и вырос в этом месте.

— Ты видишь?.. Ты видишь это? — пулемечу я. — Когда-нибудь ты мог подумать, что мы будем отдыхать в таком месте?!

— Я всегда это знал, Наташ, — заявляет самоуверенно. — Мы с тобой это заслужили.

Заслужили, да. Рома заслужил жить вот так. Если бы не он, я такие пейзажи видела бы только на картинках в интернете.

Нас обгоняет белый кабриолет. Сидящая рядом с восточным мужчиной девушка ловит ладонью ветер, ее идеальные светлые волосы красиво развеваются. Повернув голову в другую сторону, вижу, как из торгового центра выходят молодые люди, несущие в руках пакеты с названиями известных брендов.

Похоже, что этот город просыпается с наступлением ночи и не спит до утра.

— Почти приехали, — сверившись с навигатором, говорит Рома. Остановившись на перекрестке, он дожидается зеленого сигнала светофора и через сотню метров съезжает с основной дороги на парковку у сияющего черным глянцем небоскреба.

У входа в него толпятся люди.

— Это очередь в ресторан?

— Да, но у нас бронь. Идем.

Я выхожу из машины и, расправив подол платья, озираюсь. Архитектура поражает масштабами и изящным величием.

Дневная жара спала, но воздух все равно душный и влажный. Кожа тут же покрывается испариной.

Березовский ставит машину на сигнализацию и, взяв меня за руку, быстро ведет к зданию. Нас пропускают сразу. Под завистливые взгляды ожидающих своей очереди, мы заходим внутрь и тут же ступаем в кабину лифта.

Пять секунд стремительного подъема, и мы оказываемся на террасе шестнадцатого этажа, с которого открывается сногсшибательные виды на ночной Дубай и залив.

Застыв с открытым ртом, я не могу поверить, что вижу это наяву. Искусственно созданная красота потрясает до глубины души. Не думала раньше, что я могу быть к ней так восприимчива.

— Наташа... — окликает муж, отодвигая для меня стул.

— Это безумно красиво, Ром! — восклицаю приглушенно, чтобы не шокировать эмоциями других посетителей.

— Нравится? Это один из самых известных ресторанов Дубая. Я делал бронь за месяц.

— Дорогой?

— Не дороже денег, — смеется он. — Здесь подают золотой стейк. Утверждают, один из самых лучших в мире.

— Золотой? В каком смысле?..

— Увидишь.

Вскоре на нашем столе появляются закуски, напитки, среди которых бокал вина для меня, а затем сам шеф-повар приносит... золотой стейк.

— Это съедобная золотая фольга. — поясняет Рома, направляя камеру своего телефона на блюдо. — Сначала мясо обжаривается на сильном огне в течение трех минут, а потом сразу заворачивается в нее и доходит за счет собственной температуры.

— Откуда ты все это знаешь? — шепчу ошеломленно.

— Это все знают, Наташ...

Быстро печатая что-то в телефоне, он отправляет сообщение и снова фотографирует. Я же, не шевелясь, наблюдаю за тем, как мастерски шеф-повар разделывает стейк на порционные кусочки. Красиво раскладывает их на специальной деревянной доске, подняв предплечье вертикально вверх, эффектно посыпает их солью и размещает деликатес в центре стола.

— Браво!.. — не удержавшись, хлопаю в ладоши. — Спасибо!

Заложив руку за спину и поклонившись, мужчина удаляется, а я подаюсь вперед и вдыхаю умопомрачительный аромат.

— Подожди, — просит Березовский и, настроив камеру, делает еще несколько снимков.

— Все?.. Надеюсь, твои подписчики останутся довольны?.. — подкалываю я, подцепляя вилкой кусочек стейка.

Коснувшись взглядом моего лица, Рома улыбается и кладет телефон рядом с тарелкой.

— Как тебе?

— Ммм... — демонстративно закатываю глаза. — Божественно!

Я не большая фанатка мяса, но тут оно, и правда, сочное и нежное. А может быть, на мои рецепторы так действуют обстановка, настроение и общее ощущение восторга.

Запивая водой без газа, муж жует и наблюдает за мной. О чем-то думает.

— Тебе нравится? — спрашиваю, глядя на то, как он опускает кусочек мяса в соус.

— Нравится, — кивает и тут же отвлекается на телефон.

Положив вилку на стол, берет его в руку, быстро печатает ответ и переворачивает экраном вниз.

— Кто там, Ром?..

— Арчи.

Почувствовав укол раздражения, стараюсь не подать вида, чтобы не испортить этот вечер. Он собрался доставать Березовского и здесь? Мало того что продюсер не признает границ между его работой и личной жизнью и, может, например, позвонить ночью или организовать «важную» встречу в мой день рождения, так он еще намерен и отдых нам испортить?

— У тебя отпуск. Он в курсе?

— В курсе. Я напомнил ему.

И действительно, до конца ужина Роме больше никто не звонит и пишет. Я выпиваю еще один бокал вина и наслаждаюсь десертом.

— В отель? — интересуется он, ведя меня за руку к нашей машине.

Я зеваю, но фонтан эмоций внутри меня не стихает. Хочется еще больше впечатлений, как ребенку — все и сразу.

— Может, на пляж?..

— Ночью, Гайка?.. — смеется негромко, — Что мы там будем делать?

— Ох! И правда!.. Я же без купальника.

Щелкнув меня по носу, Березовский открывает пассажирскую дверь, ждет, когда я осторожно опущусь в низкое кресло и, красиво поставив ноги, расправлю подол блестящего платья. Затем обходит ее и садится рядом.

Я тянусь за поцелуем. Обнимаю его за шею и прижимаюсь к теплым губам.

— Спасибо, Ром!.. Мне так понравилось! Спасибо тебе, любимый!..

— Все для тебя, Наташ, — отвечает тихо. — Все, что я делаю, для тебя и нашего будущего.

— Я знаю!.. Знаю! — шепчу торопливо. — Я тебя так люблю! Ты даже представить себе не можешь, как сильно!

— Я тоже... тоже сильно.

Расчувствовавшись, шмыгаю носом и отворачиваюсь к окну. Рома молча ведет машину.

Даже несмотря на небольшой затор на дороге, до отеля доезжаем быстро. Взявшись за руки, поднимаемся в номер и с порога набрасываемся друг на друга.

— Иди сюда... — тянет в кресло, по ширине напоминающий небольшой диван, и усаживает на колени лицом к себе.

Подол платья впивается в бедра и неприятно царапает кожу пайетками. Я задираю его до пояса и, устроившись удобней, льну к мужу всем телом.

Мы целуемся. Медленно, порочно облизывая языки друг друга и лаская губы. Возбуждаемся, как это всегда бывает, за секунды. Горячий сгусток в моем животе пульсирует, между ног требовательно ноет.

— Потрогай меня, Гайка.

Я трогаю, трогаю, трогаю... Мне мало, и тогда я стягиваю с него белую футболку и глажу руками, а затем расстегиваю ремень, ширинку и, сдвинув белье вниз, освобождаю эрекцию.

— Блядь!.. — выдыхает Березовский, реагируя на мои ласки.

Откинувшись на спинку кресла, смотрит из-под опущенных век и тоже касается меня. Проводит кончиком пальца вдоль шеи, очерчивает ключицу, подцепляет тонкую бретельку платья. Тянет ее с плеча и вдруг грубо дергает вниз.

— Сними эту ебаную тряпку! — цедит раздраженно.

Я расстегиваю боковую молнию, и мы вместе от него избавляемся. Жара становится в разы больше, наше магнитное поле усиливается. Опустив руку вниз, Рома отодвигает полоску белья в сторону и насаживает на себя до упора.

Обмениваемся энергией через взгляды и вместе отправляемся к нашей общей цели. Он мнет мою грудь, оттягивая напряженные соски, выбивает из горла тихие стоны. Я раскачиваюсь на нем, постепенно ускоряя темп. Целую губы, лицо, шепчу что-то бессвязное и кончаю совершенно внезапно, когда Рома делает первый сильный толчок снизу.