Я купил тебя. Дорого (СИ) - Маша Малиновская

платил, чтобы тебя взяли в научную группу. Это целиком и полностью твоя заслуга.

— Правда? — смотрю на него внимательно.

— Слово даю.

Становится совсем неудобно за ту свою истерику. Стыдно.

— Ладно. Ты устала, так что скажу Виталию отвезти тебя, — он накрывает пса пледом. — Спокойной ночи, Милана, — бросает на прощание и уходит из гостиной.

__________

Дорогие читатели, автор не ветврач, всё описанное — примерное понимание изученного в интернете. Неточности в деталях возможны в качестве художественного допущения.

22

Полночи я не могу уснуть. Думаю о прошедшем дне.

Меня пугает то странное ощущение, что поселилось внутри, когда я оказывала помощь псу, а Обласов находился рядом.

Я… не боялась его. Он ведь тот же самый человек, что в первую встречу приказал мне встать перед ним на колени и сделать…

Одна только мысль о нём и о том, что он обязательно планирует сделать со мной, пугает до дрожи. Но в этот вечер… всё было как-то иначе.

Утром по будильнику встать невероятно сложно. Мне хочется выбросить телефон в окно и зарыться головой под подушку.

Но нельзя. Сегодня у нас день практики в университете, и я бегу на работу с самого утра. Работы много — нужно ещё раз пробежаться по спискам подготовленного для приюта, отвезти туда и в самом приюте выполнить всё по плану.

После душа заталкиваю в себя подобие завтрака и выбегаю на трамвай. Втиснуться в него труднее, но вероятность доехать вовремя и без пробок — выше.

Но когда я приезжаю в клинику, меня ждёт большой сюрприз. И слово “большой” тут не метафора.

Клиника по времени ещё не открылась, посетителей нет, и вся приёмная заставлена коробками и мешками.

— Мила, привет, — встречает меня Сергей Владимирович. — Давай шустро переодевайся, нужно оформить помощь для приюта. Машина приедет через час. Надо успеть всё зарегистрировать и погрузиться до открытия клиники.

— Ничего себе, — шокировано смотрю на всё это добро. — Откуда это?

Клиника помогает приюту чем может, но не в таком объёме, конечно. В основном это пара пятикилограммовых пакетов со спецпитанием для больных животных, несколько вакцин, немного лекарств, ну и рабочие руки. Мои в частности. Раны обработать, осмотреть и тому подобное.

А тут… Одного только питания для собак и кошек килограмм пятьдесят. А ещё перчатки, пеленки, шприцы, системы, ветеринарные воротники, послеоперационные попоны разных размеров. Целый мобильный холодильник с вакцинами. Там пара сотен доз, не меньше.

Это всё стоит немалых денег.

— Предприниматель Демьян Обласов решил оказать помощь приюту через нашу клинику. Он оставил заявку на вызов на дом к своему псу. Поеду после десяти, там вроде бы не срочная ситуация. А пока надо вот это всё организовать. Тане я сказал, чтобы всё пофоткала и тут, и когда в приюте будете, а потом выложила в соцсетях нашей клиники. И дело хорошее сделано, и нам реклама будет.

Пока главврач говорит, я шокировано моргаю. У меня даже слов, признаться, нет. Я совсем не ожидала от него…

— Мил, проснись, — торопит начальник. — Ты чего зависла-то?

— Бегу, — киваю и принимаюсь за работу.

Делаю опись всего, что поступило от Обласова, регистрирую под печать у главного и слежу, чтобы в машину всё погрузили, а потом и с Таней, медсестрой клиники, садимся тоже в машину.

В приюте этому богатству, конечно, невероятно рады. Любой приют по сути выживает. Животных намного больше, чем прописано по регламенту. И многие из них далеко не здоровы.

— Привет, Мячик! — подхожу к клетке, где закрыты несколько небольших собак.

Маленький пёсик, у которого в роду явно были пудели, тут же начинает подпрыгивать высоко вверх, словно он обучался в цирке. Радуется мне каждый раз больше остальных. Я бы забрала его, но в общежитие нельзя, а дома у родителей и так две собаки во дворе.

— Он скучал, — смеётся Наташа — заведующая приютом.

— Я тоже за ним скучала, — улыбаюсь и открываю клетку. Малыш тут же высоко подпрыгивает, чтобы я взяла его на руки и довольно поскуливает, когда делаю это.

Но работы много, нужно всё успеть сделать. И пока Таня помогает заведующей всё разобрать, я приступаю к вакцинации щенков, подошедших к ней по возрасту.

Заканчиваем уже после пяти вечера, мы с медсестрой переодеваемся и идём на автобус. В клинику сегодня, конечно, уже не поедем.

Когда едем через центр, в мою голову вдруг приходит мысль, которую я там точно не ждала.

Мне кажется, я должна поблагодарить Обласова. Помощь животным — это широкий щедрый жест, и мне хочется сказать за него спасибо.

Можно, конечно, написать сообщение, но это как-то… лучше лично. Так будет правильнее.

Домой к нему я заявляться, конечно, не буду, а вот в офис заехать можно было бы.

Я ведь понимаю, что эта благодарность за помощь его псу, иначе с чего бы Обласову помогать приюту? Поэтому чувствую себя обязанной сказать спасибо.

Офис его как раз в центре, мы будем проезжать на следующей остановке нужную улицу. Зайду, поблагодарю и сразу уеду. И буду чувствовать себя спокойно и не думать о том, что обязана.

Так и поступаю. Выхожу на следующей остановке, иду через площадь к бизнес центру, адрес которого указан на визитке Обласова, которую мне вложили в конверт в ту ужасную первую встречу с ним. Если правильно понимаю, его фирма занимает четвёртый и пятый этажи центра полностью.

Уже захожу в бизнес центр и только тогда до меня начинает доходить, что, возможно, это была плохая идея.

А если он занят? Может, там как-то по записи надо…

Но отступать поздно. Поэтому иду.

— Вы куда, девушка? — спрашивает меня охранник у турникета в холле.

— Мне… мне нужно к Обласову Демьяну Игоревичу. По личному.

Охранник ничего не говорит, пропускает, но взгляд мне его не нравится. Насмешливый какой-то, липкий. Хочется быстрее уйти из его поля зрения.

Прохожу через рамку и поднимаюсь по ступеням наверх. Здесь так тихо, что мой пульс кажется самым громким звуком.

И почему я вообще пешком пошла? Нужно было на лифте, но я прошла мимо лифт-холла и зачем-то потопала по лестнице.

Когда поднимаюсь на четвёртый, меня на ресепшн встречает красивая блондинка.

— Добрый день, добро пожаловать в “ЮгУютСтрой”, — с улыбкой произносит она. — Чем могу помочь?

— Мне нужно к Демьяну Игоревичу.

— По какому вопросу, простите? — взгляд блондинки меняется. Становится более холодным и даже пренебрежительным.

“По личному” я уже решаю не озвучивать. Снова посмотрят как на идиотку. Действительно, откуда у простой девушки в джинсах и свитере могут возникнуть