Только ты - Елена Левитан

получаю в ответ фырканье и тут же уползающее под одеяло тельце. Смеюсь. Приоткрываю одеяло и заглядываю:

— Лисёнок…

Спустя мгновенье она вскакивает, очнувшись:

— Ой! Тебе надо идти, да? Мне уйти?

Улыбаюсь, притягивая её к себе на колени:

— Мы с тобой сделаем все дела, а потом продолжим. Да?

Ёрзает у меня в руках, устраиваясь поудобнее:

— Ничего не знаю. Никаких дел. Ребёнок спит, он устал.

Снова смеюсь. И правда, ребёнок. Но разговор с отцом откладывать не стоит:

— Малыш, тебе тоже пора показаться дома. Заодно переоденешься. Я постирал твои вещи, но все же стоит надеть что-то более свежее.

Фырчит и зарывается глубже мне в руки.

— Мне нужно встретиться с отцом. Потом заберу тебя. Погуляем?

Выглядывает сияющая:

— Даа! Давай! Ты меня тормози, когда я наглею, а то со мной бывает.

Наклоняюсь к ней и целую в губки:

— Наглей. Я не против. А потом буду тебя воспитывать, — сжимаю её за попку и слегка шлепаю.

Пищит и тут же отлетает из моих объятий:

— А ты догони сначала!

Соскакивает с кровати прямо в одеяле и, подхватив его, убегает со смехом. Ну вот и как мне теперь со стояком дела делать? Не трахаться же на бегу. Или?.. Встаю и иду следом за Лисой. Слышу по звукам, что она в ванной. Отлично.

Алиса

С наслаждением стою под теплыми струйками воды. Раздразнила Яна и убежала. Дитё дитём, хихикаю. Зато сразу же взбодрилась, умываюсь вон. Соберусь и поедем. Вижу свои вещи, развешанные на сушилке у стены.

И только собираюсь выключить воду, как дверь в ванной щелкает. А это значит… Отодвинувшаяся в душе дверца и горячие руки, обвившие мои бедра, дают ответ. Ко мне в душевую кабинку заходит Ян и задвигает за собой дверцу. Придвигается сзади вплотную и сжимает бедра, начиная целовать мою шею.

Я замираю от ощущения горячих губ и сильных рук. Его поцелуи спускаются на плечи. Ласкают, прикусывают. Откидываюсь на него. И сильные руки уже поднимаются на мою грудь. Гладят, сжимают, пальцами по соскам проводят. А еще через мгновенье в мою поясницу упирается горячий твердый… Даже гадать не надо, это точно член.

Еще немного жгучих прикосновений и между моих ног появляется рука. Со стоном расставляю шире ноги и ощущаю, как мои складочки поглаживает то самое горячее и твердое. Проведя несколько раз, оно начинает проталкиваться внутрь меня. Ахаю и выгибаюсь. Насаживаюсь. И тут же внутри начинается движение. Сразу глубокое и жесткое. Не как вчера. Сейчас меня в прямом смысле слова имеют. А я и не против. Нежного и заботливого Яна я уже видела. Теперь узнаю жесткого и властного. И это заводит.

Он придерживает меня за талию и входит рывками. Ненасытно, жадно, мощно. Вот где явно чувствуется, насколько он сильный. А я ладонями в стенку упираюсь и на цыпочках стою. Дрожу и задыхаюсь. Никакой слащавости, только хардкор. И это даёт свои плоды. Меня накрывает еще быстрей, чем когда я вся такая обнеженная-обласканная. Оргазм просто выбивают из меня. И я вскрикиваю от ярких вспышек внутри. Хватаюсь за руки, сжимающие меня за бедра. Ян, спустя еще несколько глубоких толчков, резко выходит и стонет хрипло. Ощущаю теплые струйки на своём бедре. Он тоже поймал свои вспышки. И так хорошо мне становится, так тепло и уютно. Как будто я дома. У себя дома.

Ян

Хорошая у нас зарядка получилась. Всегда бы так. Я не против. С Элей желания такого не было, что интересно. С Лисой… Есть. Даже удивительно, насколько мне с ней легко. После душа по солдатски быстро собираемся, завтракаем и выдвигаемся. Отвожу первым делом Лису домой. И только она приоткрывает дверцу машины, как я чеканю:

— Стоять.

Лиса удивленно оборачивается. А я наклоняюсь к ней и целую. Нежно, ласкающе. И она млеет и по сиденью растекается. Отпускаю:

— Беги. Я позвоню.

— Ага, — улыбаясь.

Провожаю взглядом тонкую фигурку, скрывшуюся в подъезде, и отъезжаю. Пора сообщить отцу внезапную новость. Мы договорились с ним встретиться в кафе рядом с его офисом в обеденный перерыв. И, зайдя туда, направляюсь к нашему обычному столу. Пока жду отца, делаю заказ ему и себе чашечку чая с пирожным. Даже странно. Обычно меня не тянет на сладкое. Может, я беременный? Смеюсь, не обращая внимания на реакцию окружающих.

— У кого-то хорошее настроение или ты так рад меня видеть?

В поле зрения появляется крепкая мужская фигура. Отец. Поднимаю на него смеющийся взгляд:

— И то и другое. Привет, пап.

— Здравствуй, сын. Вижу, ты уже всё заказал?

— Ага. А я только вкусняшку поем. Завтракал.

Улыбается:

— Один?

— Не один.

— Познакомишь?

— В своё время.

С Элей я его так и не знакомил, хотя она не раз "намекала". Ну как, намекала. В своём стиле. Требовала. А у меня не было желания её с отцом знакомить. Что интересно, с Лисой его познакомить я не против. Но тут как пойдет. Мы хоть и знакомы давно, но грань "знакомых" перешли только что. А сейчас мне стоит всё же рассказать отцу причину нашей встречи сегодня:

— Ко мне приходила мать.

Отец замирает с чашкой кофе в руке. Вот хорошо, что не жевал. А то еще подавился бы.

— Прощения просит.

Он откашливается и ставит чашку на стол. Некоторое время молчит. Потом спрашивает:

— Выгнал?

— Нет. Она изменилась. Сильно.

Еще немного помолчав, продолжает:

— Что решил?

— Она просит дать шанс. Хочет присутствовать в моей жизни.

— Дашь?

— Время покажет.

Отец покрутил в руке некоторое время чашку:

— Как она? Сильно изменилась?

Улыбаюсь. Он старается не выдать, но его волнение мне видно.

— Ты удивишься. Такое ощущение, что этих лет вовсе не было.

Он слегка улыбается:

— Да. Она всегда была красива, — его улыбка гаснет, — И пользовалась этим.

— Она стала другой. Я хочу узнать, какой.

Отец снова улыбается:

— Ты всегда любил её. Даже когда летал от её "любви" по комнате.

Жму плечами:

— Все мы совершаем ошибки.

Я ожидал более жёсткой реакции, но отец меня удивил. Любит её до сих пор? Однолюб? Спрашивать об этом я его, конечно, не буду. Пусть освоится с мыслью, что она здесь и что она теперь не та самовлюбленная красотка. Время многое меняет.

Глава 21

Алиса

— И где ты ночевала?

— У друга.

— Друга, — папа тепло улыбается, — Того самого?

— Которого это? — делаю непонимающий вид.

— Которого с Эваном не поделили, — его улыбка становится шире, — Ты смотри, а то уведут в Неметчину.

Смеюсь:

— Вот уж вряд ли, Ян точно не