Мажор на меня поспорил (СИ) - Джекки Корд

преспокойно собирает свои вещи.

— Ты серьезно?

Интуитивно по сторонам оглядываюсь и кутаюсь в кардиган. Мне жутко неловко из-за происходящего и лучше пока что оставаться неузнанной и незаметной.

А рядом с Сафроновым это как раз хуже всего удается.

— Да. Уже поздно.

Спокойно кивает парень, а я готова уже с места сорваться и бежать, только бы оказаться от него подальше.

— Н-не надо. Еще подумают, что мы общаемся.

Подбираю слова, но все равно не очень выходит.

— А мы нет?

Только я хочу дёру дать, как Рома хватает меня за локоть и к себе притягивает с такой силой, что я врезаюсь в его тела.

Думаю, что так и с ног сбить можно, но Сафронов и шагу не делает.

Самая натуральная скала.

— Ты что, смущаешься? — Усмехается, в мое лицо вглядываясь.

Если до этого слегка, то после его слов мое лицо напоминает помидор.

— Мы проект доделаем уже к пятнице, а слухи будут и дальше ходить. Я и так не знаю как по универу передвигаться после случая в пятьсот двенадцатой…

— Но все и так уверены, что ты в меня влюблена.

Сафронову весело, и он не скрывает это. С улыбкой на лице подкалывает меня.

— Поэтому лишний раз не хочу никому на глаза попадаться. — Не жду, что он поймет мои проблемы, но все равно объясняю. — Тем более рядом с тобой.

Последние слова вообще шиплю и резко руку дергаю. Пытаюсь высвободиться, но без согласия парня это сделать сложно. Он держит крепко.

— Ладно-ладно. Не держу. — Опять усмехается нагло, а в себе желания подавляю его стукнуть.

Роман руку мою на самом деле отпускает и даже поднимает ладоши вверх. Мол, не держу.

Кидаю на него последний подозрительный взгляд и выбегаю из библиотеки.

По пути накидываю на голову капюшон и максимально закрываю лицо волосами. Смотрю в пол и я почти уверена, что сейчас во мне меня узнать очень сложно.

И тогда почему я продолжаю чувствовать посторонние взгляды? Люди вокруг даже перешептываться начинают.

Ускоряю шаг и метром через пятьдесят вообще бегу.

Что-то здесь не чисто.

Резко останавливаюсь посреди злополучной аллеи и оборачиваюсь.

Тихо вскрикиваю от неожиданности, когда до меня доходит, что на расстоянии нескольких шагов за мной все это время шел Сафронов.

— Что ты делаешь? — Пищу и меня почти трясет от нервов.

— Домой иду.

Парень останавливается в паре сантиметрах и, наклонив голову на бок, усмехается и смотрит мне прямо в глаза.

— Ты не живешь в общаге!

Во мне со страшной силой начинает пробуждаться злость.

Этот мажор специально из меня посмешище делает? Я ж по нормальному попросила!

— Я не ищу быстрых путей.

Обеззаруживающе улыбается, что я на секунду бдительность теряю. И этого времени ему достаточно, чтоб сорвать с моего плеча рюкзак и забросить себе.

— Послушай! — Кидаюсь за ним следом и хватаю за руку, когда парень начинает идти в сторону моей общаги. Пытаюсь остановить, но в итоге плетусь за ним следом. — Если ты не прекратишь так себя вести, то люди будут думать, что это ты за мной бегаешь!!!

21

Все на нас открыто глазеют и смущает это только меня.

Сафронов зрителей как будто не замечает.

Привык наверное. У этого мажора каждый день внимания больше чем у телезвезды.

— Мы пришли. Отдай мне рюкзак.

Почти упрашиваю его остановиться.

И он это делает.

Стоит у входа в общагу и смотрит на меня с ухмылкой на лице.

— Где твоя благодарность, Зубрила?

Скидывает с плеча мой рюкзак и швыряет в руки с такой силой, что я на несколько шагов назад отхожу и в стену упираюсь.

— Спасибо.

Мешкаюсь и пытаюсь в лямках разобраться, поэтому не замечаю как резко ситуация из-под контроля выходит.

— Взрослые девочки иначе благодарят.

Сначала не понимаю к чему это он, но когда замечаю парня почти вплотную от себя, на месте замираю.

Пошевелиться боюсь.

— Ты что творишь?! — Глаза с ужасом распахиваю и на Сафронова смотрю. — Отойди!

Паниковать начинаю. Взгляд мечется из стороны в сторону, потому что в голове что-то щелкает.

Роман точно задумал что-то.

Понимаю, что выскользнуть не получится, поэтому на места замерла и не дергаюсь.

Могу только стоять в стопоре и наблюдать за происходящем.

Как будто не со мной это все случается.

— Зубрила, на меня посмотри.

Над ухом слышу его голос, но как раз это сделать сейчас страшнее всего.

Боюсь даже представить что в его взгляде сейчас увидеть могу.

И все равно, что вокруг нас полумрак, а единственная лампочка моргает и трещит. Еще немного и перегорит окончательно.

Нерешительно поднимаю на него глаза и сталкиваюсь с пронзительным взглядом.

Сафронов смотрит так, как будто в душу пробраться пытается.

Дыхание сковывает. Мысли улетучиваются.

Не верится, что это происходит со мной на самом деле.

Так же только в фильмах бывает…

Окончательно робею и теряюсь, когда замечаю как парень очень медленно наклоняется.

Смотреть на него не получается и я начинаю часто моргать в полном смущении.

Последнее, что я замечаю перед тем как глаза закрыть, — его губы…

Он же меня сейчас поцелует?!

Одна мысль остатки кислорода из легких выбивает.

Время вокруг застывает и я ничего не слышу и не понимаю.

В ушах шумит. Сердце грохочет.

Отчетливо чувствую его дыхание на коже. Он совсем близко.

Может я реально ему нравлюсь?! Эта шальная мысль внезапно вспыхивает и так же быстро угасает.

Быть не может.

Сафронов на ту мою фразу лишь рассмеялся.

Зажмуриваюсь крепче и про себя считать начинаю.

Как на Новый год под бой курантов. Удары сердца запоминаю.

И вроде двенадцать только что пробило в моей голове, но чуда не происходит.

Где салюты? Хлопушки? Фейерверки?

Где хоть что-нибудь?!

Глаза распахиваю, когда до меня доходит все наконец.

Взглядом все так же в Сафронова упираюсь, который никуда не отошел.

По прежнему стоит напротив и одной рукой в стену поверх моей головы упирается. Другая спрятана в кармане брюк.

— О чем мечтаешь, Зубрила?!

Разгадывает меня с издевкой.

— Я… ты… Меня смущаешь. Отойди.

Руками в его грудь упираюсь и пробую оттолкнуть, но сдвинуть даже на миллиметр не получается.

— Подожди. — Лениво накрывают мои ладошки своей лапищей. И из меня после такого прикосновения как будто всю энергию выкачали.

Слушаюсь как тряпичная кукла.

— Я еще не закончил…

Еще нет?! Внутри меня все кричит и взрывается в безмолвной панике.

— С чем? — Одними губами шевелю и собственный голос не слышу.

Вот как Сафронов на меня действует.

— Понять не могу что тут написано.