Ты все поймёшь, когда его не станет (СИ) - Татьяна Семакова

не на что: он прав. Если смотреть со стороны. На деле же Краснов старательно играл какую-то роль… или нет? Получил желаемое и стал вести себя по-хозяйски. Странно все это… что было в его голове?

— Вы куда? Девушка! Простите, но кухня только для малоимущих.

Я обернулась и увидела слегка растерянного мужчину в выцветшем клетчатом жилете поверх застиранной рубашки. Очки с толстыми стёклами делали его глаза неестественно большими, а слегка приоткрытый рот добавлял образу комичности, но было такое смутное чувство, что я где-то встречала его.

— Добрый день, — поздоровалась, идя навстречу. — Я ищу Молодова Евгения Евгеньевича.

— Это я, — удивился ещё больше.

— Краснова Серафима, — протянула руку, а он нахмурился. — Понимаю, — кивнула мягко. — За этим и приехала.

— Хотите закрыть это место?

— Нет, что Вы, — удивилась в ответ, — наоборот. Произошла ошибка при оформлении документов.

Молодов неожиданно расцвёл, сделал шаг и крепко обнял меня. Я опешила, встав по стойке смирно, а он отстранился, приподнял очки и торопливо вытер подступившие слёзы.

— Простите, — смутился и указал рукой направление: — Пожалуйста, пройдемте.

Быстро зашагал по коридору и распахнул ближайшую к нам дверь, за которой оказался скромный кабинет. Письменный стол, простой обшарпанный стул, старенький компьютер. На меня как будто повеяло атмосферой хостела, из груди вырвался тяжкий вздох и перестало хватать воздуха, хотя окно было нараспашку.

Он предложил мне единственный стул, а сам устроился на краешке стола.

— Мы готовились к закрытию в следующем месяце, — сказал понуро. — Если бы не неожиданный перевод две недели назад, то Вы застали бы голые стены.

— Неожиданный?

— Никому до этого места нет дела, — развёл руками с грустной улыбкой. — А я, признаться, сам был в таком положении, когда не на что было купить даже хлеба. И жил в хостеле по-соседству.

— Точно! — ахнула, хлопнув себя по коленям. — Вот где я Вас видела!

— Где? — похлопал он глазами.

— В хостеле, — скривилась, передернув плечами. — Отвратительное место.

— Лучше, чем улица, — вновь нахмурился, а я кивнула:

— Согласна. Но я не жалела, покинув это место. Приятно не чесаться, руки свободны для других дел.

Он посмотрел на свои руки, пошевелил пальцами и хмыкнул:

— Я не думал об этом. Вы… простите мое любопытство… вы жили там?

— Лучше, чем на улице, — пожала плечами в ответ и задумалась. — Территория под зданием выкуплена или в аренде?

— Выкуплена, — ответил осторожно. — Достаточно большая.

— Что, если нам построить ночлежку?

— Вы шутите? — пробормотал, поправив сползшие очки.

— Нет, конечно. Чистые простыни, горячий душ, сытная еда. Без изысков, конечно, не пятизвёздочный отель. Зубные щётки, паста, мыло, шампунь. Будем принимать одежду пожертвованиями. Соглашайтесь, одна я не потяну.

Он снял очки и зарылся в свои ладони, содрогаясь всем телом, я держалась полминуты, не выдержала и сама разревелась, глядя на него.

— Отвратительный хостел, — сказал, немного успокоившись, а я согласно закивала. — И руководство — крохоборы. Я клал листовки о скором открытии столовой, а они все выкидывали. Видите ли, у них тоже можно поесть, платно, разумеется. Что за люди…

«Это конечно не поджог квартиры, но тоже с размахом» — хмыкнула мысленно.

— Правда, я должна поговорить со своим юристом, на что мы можем рассчитывать, чтобы не просто построиться, но и успешно функционировать… и тогда будет понятен размах.

— Конечно, — кивнул серьезно и мы ещё час делились идеями, попутно вспоминая жизнь в хостеле.

Он проводил меня до улицы, мы тепло обнялись, как старые друзья, на душе посветлело от общения с добрым человеком и даже наличие Марка в моей машине не смогло омрачить настроения. Я достала мобильный, не обращая на него внимания, позвонила Брянцеву и вкратце обрисовала задумку.

— Дело хорошее, — ответил осторожно. — И затратное. Нужен бизнес-проект.

— Есть знакомства?

— Есть один человек. Я свяжусь с ним, но, повторюсь, потребуются серьезные вложения.

— Вы видели мои счета. Могу себе позволить. Могу же?

— Если изменим ситуацию с прибылью от фирмы — в счета даже не придётся лезть.

— Тогда время перемен, — хмыкнула в трубку. — Подготовите все?

— Разумеется. Я позвоню, думаю, уже завтра.

— Отлично, — обрадовалась и повесила трубку.

Разулась, завела мотор и тронулась с места, даже не поворачивая головы в сторону Марка.

— Куда едем? — спросил, не выдержав.

— Ты — приехал, — ответила, притормозив за остановкой.

— А ты куда?

— Не твоё дело, — улыбнулась в ответ.

— Не ожидал от тебя.

— Ты ведёшь себя как говнюк, — удивилась в ответ, а он отмахнулся:

— Да я не о том. Тут-то все понятно. Я про ночлежку.

— А ты думал, ты все обо мне знаешь? — хохотнула, покачав головой.

— Нет, но мнение успел составить. Кстати, машина, чей номер ты дала, принадлежит мужчине. И есть заявление о его пропаже.

— Кто такой? — нахмурилась, а он ухватился за ручку и вышел. — Эй! — крикнула вслед, но он захлопнул дверцу и помахал рукой.

— Козел, — сказала с чувством и резко тронулась с места, скрипнув резиной. На ходу набрала Брянцева и сказала, едва он снял трубку: — Хочу получать отчет о проделанной дознавателем работе каждый вечер. Адрес почты скину.

Адвокат тяжело вздохнул и ответил:

— Разумеется.

А я злорадно ухмыльнулась и поехала к Потапову, успев точно в назначенное время.

— Серафима, заходи, — Константин Фёдорович приветливо распахнул дверь, а я сделала шаг в квартиру и шумно втянула носом воздух, пропитанный запахом свежей выпечки, и порадовалась, что по дороге догадалась выпить таблетку от тошноты.

— Начальство пожаловало? — прокричала женщина с кухни, а Потапов ухмыльнулся:

— Собственной персоной.

— Да будет Вам, — буркнула, снимая ненавистные туфли. Задумалась, сжимая в руке сумку, а Потапов скрестил руки и вздохнул:

— Выкладывай.

— В общем, станок сломали из-за меня.

— Серафима… — Потапов прикрыл глаза и повесил руки. — Как знал, что не нужно рассказывать…

— Старый пень! — рыкнула женщины, появляясь в коридоре в ярком фартуке с пчёлами, с горящими глазами и мокрым полотенцем в руках. Замахнулась и тут же опустила руку. — А я говорила тебе, она — точно пойдёт проверять. Беременная! Сам чего не пошёл? Девчонку отправил!

— Да я не… — вяло запротестовал Потапов, а я поняла, кто в доме главный.

— В общем, вот, — я достала из сумки чертёж и протянула ему в сложенном виде.

— Почему мне кажется, что у меня пропадёт аппетит? — спросил со вздохом, а я пожала плечами:

— Я без понятия что это такое.

Он развернул лист и потемнел лицом.

— Ну? — не выдержала его жена, потому как пауза затянулась.

— Ствольная коробка, — сообщил трагическим тоном, а мы с ней переглянулись, все ещё не понимая. — Часть оружия. Автомата, судя по размерам. Модель не подскажу.

В коридоре повисла гнетущая тишина, а через пару минут его жена