Я всегда была твоей (СИ) - Романенко Оксана

…После того, как его жена сбежала в Италию к богатому любовнику, бросив его с маленькой дочкой, в его жизни случилась череда лёгких, ни к чему не обязывающих романов, в которых было задействовано только его тело, немного души, но никогда — сердце. И впервые в нём что — то зашевелилось, когда спустя много лет, он вновь увидел Белку.

В тот день, из — за сильного снегопада ему пришлось спуститься в метро, его чисто мужской взгляд выхватил из толпы миловидную блондинку, и ровно через пару секунд пришло шокирующее узнавание: Белка!

При его теперешних возможностях, большого труда не составило в кратчайший срок узнать о ней всю информацию, и на следующий же день он заявился к ней в офис.

Он пристально изучал её лицо, всё те же голубые глаза, чуть подрагивающие губы, пальцы нервно сцепленные в замок. Он смотрел на неё и наслаждался тем, что видит. Белка выглядела именно такой, какой он её запомнил: нежной, трогательной, уязвимой, но только стоило ей заговорить, как от его прежней Белки не осталось и следа. Строгий тон и твёрдый взгляд изменили эту девочку, под кажущейся мягкостью и миловидной внешностью он видел твёрдость характера и упорство. Тем не менее звук её голоса действовал на него возбуждающе. Теплый. Манящий. Притягательный.

Алексей был немало удивлён, когда понял, каким мощным и требовательным была потребность обладать сидящей напротив него девушкой. Но помимо желания в его душе появилось ещё иное чувство, тревожное и очень сильное, но что оно означало, он не мог понять…

И он решил. Он не отпустит Белку. Поэтому и пришла ему в голову мысль сперва заманить её к себе домой под выдуманным предлогом якобы для помощи дочери, — заодно свести Машку и Белку вместе, а затем пригласить на юбилей сестры. Неожиданное появление Яны в ресторане чуть было не сорвало его планы, но он никак не мог предположить, что та заявится и на новогодний вечер, как и не предполагал острую реакцию Белки.

Алексей смотрел на её пылающие щеки, на её горящие гневом и обидой глаза. И вот опять это странное чувство… желание защитить её, успокоить, обнять, объяснить, как тогда, во время его свадьбы.

После юбилея сестры он решил, что обязательно нужно ей что — то подарить ей. Что-то особенное. Запоминающееся. И он купил золотой кулон в виде маленькой белочки с бриллиантовым глазком, но так не успел его подарить…

Опрокинув третью рюмку водки, Алексей встал из-за стола и направился к выходу. К чёрту этикет! С него тоже уже достаточно этой вечеринки. На выходе из зала его догнала Яна и схватила за руку. Даже не глядя на неё, он просто отмахнулся, продолжая свой путь.

Последующие дни, на телефонные звонки и смс Белка не отвечала. Он решил дать ей неделю, чтобы та остыла и успокоилась, а затем он вновь заявится к ней на работу.

Шестого января, в канун Рождества, он сам приехал к зданию, где располагался её офис. В кармане его пальто лежала коробочка с кулоном. Он оставался на парковочном месте ещё какое — то время, отвлёкшись на важный деловой звонок. Затем поднялся на нужный этаж. Но вместо Белки там его встретила незнакомая девушка.

— А Юлия Владимировна только что ушла, — сказала она, с удивлением его разглядывая, когда он представился близким другом её начальницы. — Она сегодня без машины, сказала, что хочет прогуляться через парк.

18 глава

Я медленно шла по темнеющей аллее. Стояла тихая, безветренная погода. Тишина и спокойствие парка действовали на меня умиротворяюще. Крупный снег падал с неба и тут же таял, соприкасаясь с асфальтом. Я протянула руку и несколько снежинок легли на мою ладонь. Не удержавшись, кончиком языка слизнула их с ладони, прямо как в детстве.

Подняв голову вверх, позволила мокрым мягким хлопьям касаться моего лица. Я прикрыла глаза и вдруг яркой вспышкой вспомнился случай, как однажды, будучи ещё маленькими девочками, мы с Олей радостно выбежали во двор поиграть со свежевыпавшим снегом. Позже к нам присоединился Алексей, тут же включаясь в нашу снежную битву.

Мы хохотали, швырялись друг в друга снежками, а потом втроём вылепили снежную бабу, которая долго простояла нетронутой пышной фигурой в их дворе. Вспомнила и фотографию, из старого родительского альбома, сделанную на плёночную «мыльницу» моего папы: я, Оля, Лёша и наша снежная баба…

Не знаю почему, но вот уже несколько дней я упрямо игнорировала все звонки и сообщения Алексея. Я понимала, что веду себя по — детски, в чём он меня и упрекнул на том злополучном новогоднем празднике, но ничего не могла с собой поделать.

Я, странным образом, испытывала два взаимоисключающих чувства: желала, чтобы Алексей исчез и больше никогда не появлялся в моей жизни, и до жути боялась, что это произойдёт.

С отчетливой откровенностью, я признавалась себе, что страшилась снова его потерять. Хотя… как можно было потерять то, что мне никогда не принадлежало? А вот кого я в действительности могла потерять, так это саму себя.

И это страшило меня не меньше.

В памяти вспыло стихотворение известной поэтэссы Юлии Друниной. Я неспешно брела с всё ещё задранным к небу лицом, и тихо шептала когда — то давно заученные строчки:

Не встречайтесь с первою любовью, Пусть она останется такой — Острым счастьем, или острой болью, Или песней, смолкшей за рекой. Не тянитесь к прошлому, не стоит — Всё иным покажется сейчас… Пусть хотя бы самое святое Неизменным остаётся в нас.

Вот только первая любовь сама встретила меня. Я не искала её.

Была ли это насмешка судьбы или, наоборот, её подарок, когда мои глаза встретились с глазами Алексея на эскалаторе? Но видит бог, я не хотела этого, ведь душевные страдания, порой, куда мучительнее физических. Моя любовь к Алексею была сродни хронической болезни, которая вновь вернулась после длительной ремиссии…

Как же мне хотелось позвонить Оле и всё ей рассказать, спросить совета. Но Оля вместе со своей большой семьёй находилась в другой стране и беспокоить переживаниями из-за её брата мне не хотелось, как и тогда, в нашей далёкой юности.

Словно почувствовав, что я думаю о нём, Алексей снова дал о себё знать телефонной трелью, и я опять повела себя совершенно по — детски проигнорировав звонок. Но лёгкая улыбка всё же коснулась моих губ: Алексей не оставляет попыток связаться со мной. Это тешило моё самолюбие, отзываясь в сердце лёгкой эйфорией.

Внезапно мои мысли оборвались: какой — то человек стремительно обогнал меня, слегка задев плечом. Я невольно ахнула, испугавшись. Но незнакомая мужская фигура быстрым шагом уже удалялась вглубь аллеи.

Я машинально оглянулась: сзади, как и спереди никого не было, хотя время было ещё не позднее. Я слегка замедлила свой шаг, взглядываясь в спину напугавшего меня мужчины. Вскоре снежная пелена окончательно скрыла его и, с облегчением выдохнув, опять ускорила движение.

Я стала вновь повторять про себя стихотворение, как вдруг, словно из фильмов ужасов, в завесе падающего снега увидела, как мужчина, который так неловко обогнал меня несколько минут назад, обратно идёт мне навстречу.

Я остановилась и замерла. Сердце тревожно сжалось, а потом глухо заколотилось.

— Беги! — закричал мой внутренний голос, но тело, скованное испугом, оставалось неподвижным.

"Может быть этот человек не желает мне ничего плохого, а просто хочет что-то спросить?"

Расстояние между нами сокращалось, я уже могла разглядеть грязную одежду, слипшиеся от мокрого снега тёмные волосы и отросшую тёмную щетину на впалых щеках.

"Беги!!!"

Но время было упущено.

Только я развернулась, как тут же была схвачена. Одной рукой незнакомец вцепился в воротник моего пальто, а второй — с силой дёргал за сумку, пытаясь вырвать её из моих рук. В сумке лежали все личные документы и ключи от дома. Я не могла её лишиться.

Цепенея от тошнотворного ужаса, я успела закричать, но крик получился слишком короткий и невнятный. Внезапно возле моего лица оказался нож.

— Заткнись и просто отдай сумку — мерзким, скрипучим голосом прохрипел грабитель.