Запретный плод - Юлия Гетта

У меня сегодня сложный день, и нужно было быть в офисе раньше.

– Ну да, конечно, – с сомнением проговорила я. – Ну тогда хоть заберёшь их?

– Вряд ли у меня получится, – был его ответ.

– Что ж, другого ответа я и не ждала, – устало сказала я и отключилась.

* * *

День пролетел как всегда быстро. Ближе к концу рабочего дня я уже жалела о своём разрешении на мысли о Максе. Теперь я не могла остановиться и постоянно думала о нем. На обеде, встретив его, испытывала непонятное волнение и смятение. Он предложил подвезти меня вечером, как обычно, но я отказала. И решила, что больше не буду думать о нем от греха подальше. Теперь это давалось с трудом, но я старалась изо всех сил.

Макс, к слову говоря, тоже был как будто не в своей тарелке. Молчаливый, задумчивый, даже ребята заметили, что с ним что-то не так. Но он только отмахнулся от них и, разумеется, не стал никому ничего объяснять.

На Марте тоже лица не было. После обеда я ее увела от всех и спросила как дела с ее мужем. Оказалось, развод неизбежен, и они уже подали документы. Искренне пожалев ее, отправилась работать дальше, пребывая в ещё большей растерянности.

После работы забрала девочек, заблаговременно вызвав такси, и мы втроём благополучно доехали домой. Муж приехал как всегда поздно. С запретом на мысли о Максе обида на супруга вернулась с новой силой, и я решила игнорировать его. Но, кажется, его это нисколько не задело, он и сам не горел желанием со мной разговаривать.

Примерно в таком же темпе прошла неделя. Мы с дочками продолжали передвигаться на такси. Я продолжала спать на диване в зале. С мужем так и не разговаривали. Из-за всех этих событий я запустила работу, делая ее спустя рукава.

Мила вернулась из отпуска и, просмотрев мои последние отчёты, сказала их переделать в срочном порядке, иначе весь наш отдел лишат премии. Мне было очень неудобно перед ней за то, что подвожу наш отдел, и я пообещала все переделать до конца месяца. К слову сказать, конец месяца был уже завтра, а работы оставалось немало, поэтому я решила взять все свои бумаги домой и заняться ими вечером.

Но мой план с треском провалился. Я не учла, что работать дома в присутствии двух трехлетних детей – задача практически невыполнимая. Приехав домой, я накормила их, напоила чаем с печеньем и отправила играть в свою комнату.

Стоило мне только усесться за отчеты, как им срочно понадобилось смотреть мультики. Включила мультики. Но не прошло и десяти минут, как они захотели попить водички. Напоила. Через пятнадцать минут их кукла случайно упала за диван. Достала. Ещё через пять минут они подрались из-за этой самой куклы. Разняла, наругала, куклу убрала. Ещё через пять минут пришли просить прощения и вернуть куклу обратно.

Одним словом, за весь вечер я толком ничего не сделала и даже не заметила в этой суете, как пришло время укладывать дочек спать. Умыла, уложила. Села за отчеты, пришёл муж. Мы с ним так и не разговаривали, но я, как порядочная жена, каждый день кормила его завтраком и ужином. Поэтому пришлось опять оставить работу и накрывать на стол.

Осознавая, что за весь вечер я практически не сделала ничего из того, что собиралась, решила попросить мужа завтра забрать детей из садика и провести вечер с дочками, чтобы самой задержаться на работе и переделать отчеты, иначе я просто не сдержу обещание, данное Миле. Конечно, я очень сомневалась, что он согласится, и даже боялась заводить этот разговор, но других вариантов у меня просто не оставалось. Это был мой единственный шанс. Дождавшись, когда муж поест, я села напротив него и спросила:

– Как дела на работе?

– Нормально, – ответил он, выпивая свой чай. – А что, наша игра в молчанку уже закончилась?

Похоже, Андрей был не очень расположен к дружеской беседе, но что делать, ждать более подходящего его настроения у меня не было времени.

– Может, мы с тобой будем вести себя как взрослые люди? – спросила я. – Нет такой проблемы, которую нельзя было бы решить разговором.

– У меня нет никаких проблем, – ответил муж равнодушно.

– А у меня есть, и не одна, – сказала я.

– Ключи не получишь, если ты опять об этом, – упрямо сказал он.

– Да я не об этом сейчас, – устало вздохнула я.

– О чем тогда? – нетерпеливо спросил муж.

– У меня на работе проблемы, – пожаловалась я ему. – Нужно срочно переделать несколько отчетов, завтра последний день. Я пыталась сегодня сделать это дома, но девчонки совершенно не дали мне сосредоточиться. Хочу завтра задержаться на работе после шести и все сделать. Заберёшь девчонок из садика и посидишь с ними вечером? – с надеждой спросила я.

– Черт, Лера, опять ты злишь меня, – со вздохом ответил муж. – Сколько раз можно тебе говорить, что мне некогда этим заниматься, у меня серьёзная работа.

– Я всего один раз прошу тебя посидеть с детьми, – с обидой проговорила я. – Всего один раз!

– Пожалуйста, решай свои проблемы на работе сама, – с пренебрежением ответил он.

Я помолчала, справляясь с обидой и едва сдерживая эмоции. Потом посмотрела ему в глаза и холодно проговорила:

– Хорошо, я буду решать свои проблемы сама. Только скажи, зачем тогда ты мне нужен?

– В смысле? – растерялся муж.

– В прямом, – все так же холодно ответила я ему, – зачем ты мне нужен? Ты не участвуешь в жизни детей, не помогаешь мне по хозяйству, даже попросить тебя о разовой помощи нельзя. Все, что тебя интересует в этой жизни, это твоя работа. Какая от тебя польза для нашей семьи?

– Ты что, издеваешься? – разозлился муж. – Да я работаю столько, только чтобы у вас все было! Я содержу вас, кормлю, одеваю!

– Так и было, пока я не вышла на работу, – совершенно спокойно ответила я. – Но теперь я тоже прилично зарабатываю. И моих денег вполне хватит, чтобы снять квартиру, покупать продукты, оплачивать садик, и даже ещё останется. Так зачем мне терпеть эти постоянные скандалы с тобой? Твоё безразличие?

– Ты что, хочешь уйти? Хочешь оставить детей без отца? – яростно проговорил муж.

– Ты серьёзно? – усмехнулась я. – Да они и так растут без отца! Ты уходишь – они ещё спят, приходишь – они уже спят. Ты не играешь с ними, не гуляешь, не читаешь им. Да они и не заметят, что ты стал жить отдельно!

– Я работаю! – заорал он.

– Тише, разбудишь