Ты не заставишь меня (СИ) - Гауф Юлия

Он развернул меня, пьяным взглядом впился в лицо. Его ладони надавали на мои плечи.

— На колени встань, – хрипло приказал.

И я не в силах бороться с его взглядом послушно съехала по стене вниз, к нему в ноги.

— Еще раз повтори, как ты меня не хочешь, – он запустил ладонь в мои волосы и надавил на затылок, притянул ближе к напряженному члену.

Толстый, длинный, в сплетениях вен. С потемневшей головкой – она блестит от моего сока.

— Оближи, Алина, – потребовал он. — Открой рот.

Тяжело сглотнула.

И как во сне разомкнула пересохшие губы, запретный плод не сладок – на вкус он горьковатый, с ноткой кислинки, он пряный, у меня перед глазами все кружится.

Провела языком по горячей головке. Демьян шумно выдохнул, крепче сжал мои волосы. Лизнула еще раз, языком ее очертила, накрыла ртом. И сомкнула губы.

Его трясет. Я его желание всей кожей чувствую, руками вцепилась в его брюки и прокляла этот вечер, этого мужчину, и этот костюм, он в нем так сексуален, так неотразим, что врать себе не могу больше.

Я влюбляюсь в Демьяна.

Член такой горячий, твердый, и в то же время бархатистый. С ума схожу, вбираю его в себя, он с трудом в рот помещается. Демьян, не церемонясь, намотал мои волосы на ладонь, и вбивается в мой рот, а я пьяна этим.

И плевать на то, что колени побаливают, губы растянуты, я, к своему ужасу, наслаждаюсь этим моментом – острым, пряным и пьяным. Ласкаю эрегированный член, стараюсь вобрать его глубже, чтобы сделать приятнее.

Внизу живота пожар, я сжала бедра, чтобы хоть немного унять пульсацию неудовлетворенности, и стала активнее ласкать член.

— Так ты «не хочешь»? – хрипло рассмеялся Демьян, и заставил меня подняться.

Отпустил мои волосы, и прикоснулся пальцем к моим губам. Взгляд темный, в нем жажда, я знаю, что Демьян видит – припухшие, влажные губы с размазанной помадой.

— Ну же, попроси, – шепнул он.

Я… не могу. Знаю, что он хочет, чтобы я попросила себя трахнуть, но я не могу. Словами. Переступить через себя, я ведь все помню.

Но еще я знаю, что в моих глазах то же сумасшествие и расплавленная похоть.

— Гордая, – Демьян развернул меня за плечи, и я снова оказалась распластана грудью по стене шкафа.

Почувствовала ощутимый шлепок по ягодицам, и тихо застонала. Прогнулась в талии. Тело своей жизнью живет. Не хочу ни о чем думать, хочу его огонь распробовать, и в нем сгореть, пусть и на одну ночь. Забыться.

Слышен шум, голоса, а еще скрип двери. Совсем рядом.

В кабинет кто-то вошел. Кажется, их двое.

Я дернулась, но Демьян зажал мне рот ладонью, и шепнул на ухо:

— Веди себя тихо. Будь послушной, Алина. Тебе понравится.

Он зажал меня между своим телом и твердой стеной гардеробной, мужская ладонь прошлась по животу, и скользнула под тонкую ткань трусиков.

— Блядский цирк, – услышала я мужской голос в нескольких шагах от нас. — Коваль вырастил себе «достойную» замену.

— Видно, что девка – шлюха, – рассмеялся второй, смутно знакомый голос. — Ей бы сидеть тихо, и свою шкуру беречь, а не вести себя, как шкура.

— Шкура?

— Коваль был дерьмом, и подох также…

— Все там будем. Хэппи эндов у нас не бывает. Но устраивать коронацию сразу после похорон отца – это гребаный стыд, – засмеялся мужик, и я снова дернулась.

Но Демьян крепче прижал ладонь к моим губам, и я зажмурилась – всего этого слишком много для меня!

Пальцем он раздвинул губки, и скользнул внутрь. Сердце его забилось быстрее, отдавая мне в спину, дыхание ускорилось. В ягодицы упирается по-прежнему твердый член… Боже, он же не станет сейчас? Я… я дико этого хочу, и боюсь.

— Меня больше интересует, какого хрена Демьян смотрит на это представление. Зная его, он бы уже давно открутил тупую башку младшей принцесски. А он ручку ей целует.

— Может, по правую руку встанет?

— По правую руку от Ларисы Коваль? Это, блядь, нелепо! Думаю, у Демьяна есть план.

— Какой?

Я прикусила мужскую ладонь, и Демьян в наказание надавил на мой клитор, а затем зажал его между двумя пальцами. Я открыла глаза. Воздуха не хватает, Демьян не только рот мне зажал, ребро ладони в нос упирается, дышать тяжело, грудь сдавливает. Я на грани обморока. Или оргазма.

Выгнулась в пояснице еще сильнее, Демьян легонько прикусил мочку моего уха, и потер клитор. Не был бы рот зажат – я бы закричала, забилась бы, или сдалась. Попросила бы меня трахнуть. Почему он медлит?

— Вероятно, что он хочет старшенькую поиметь, и через нее уже официально подмять весь город. Потому Ларису пока и не прикончил, чтобы наследница Коваля дозрела, – я как сквозь вату слышу, что говорят за стенкой гардеробной. — Женит на себе Алину, грохнет Ларису.

— Женушка за сестру и после брака может обидеться.

— Потом и жену можно в расход пустить, если будет возникать, – хмыкнул мужчина. — А еще можно, пока Демьян медлит, устроить все самим. Младшая явно кретинка.

— Или хочет такой казаться. Обычно такие явные дуры – умные и ушлые, слишком наигранно сучонка себя ведет.

— Попробовать надо! У Коваля бабла много. Пока Демьян занят своими делами, мы можем подобраться к Ларисе, и прикончить ее. А потом наравне с Демьяном повоевать.

— И сдохнуть?

— Пан или пропал. Зато можно получить все, пока Демьян медлит. – я услышала, как по дереву заскрежетало, будто ключом провели, а затем раздался шорох. — Ты в деле? Взял? Пошли отсюда.

Я сейчас с ума сойду. Движения пальца Демьян все быстрее, он то сжимает, то гладит, то бьет клитор, влага стекает по бедру. Эти мужчины… о чем они говорят? Власть, убить… кого? Зачем?

Как же хорошо!

И именно когда дверь хлопнула, я забилась в руках Демьяна. Ноги свело судорогой, они ослабели. Я готова упасть, мне это нужно. Перед глазами яркие вспышки, по венам не кровь бежит, а огненная лава, которую ускорившееся сердце качает.

Это смерть или оргазм? Что бы ни было, я готова к тому, чтобы Демьян сделал это. Хочу почувствовать его член внутри, хочу, чтобы стало еще невыносимее, но попросить не могу – жадно хватаю воздух и плачу.

— Я же сказал, что тебе понравится, – холодно произнес он, и отстранился.

Мне сразу стало холодно.

Прищурила глаза от ударившего в них света – Демьян открыл гардеробную, и вышел, поправляя брюки.

Застегнутые.

Ничего не будет?

— Демьян?

— Приведи себя в порядок, Алина. Без трех минут полночь, пора встречать Новый Год.

— Но…

Я задохнулась от возмущения, встала с трудом, ноги дрожат. Пригладила волосы, и уставилась на мужчину.

Мне мало!

А еще…

— Кто это был? И о чем они говорили? – решила я спросить.

— А ты не слышала? – хмыкнул Демьян.

Я поморщилась. Слышала каждое слово, но они влетали, и вылетали. Мысли до сих пор как в тумане, нужно вспомнить, мое имя звучало ведь, и…

— Они хотят убить Ларису? – ужаснулась я.

— И меня, и тебя, – легко пожал Демьян плечами. — Считают, что я потерял хватку, раз позволил этому «блядскому цирку» произойти.

— И ты так просто об этом говоришь? – торопливо спросила я, пытаясь привести себя в порядок, и подозревая, что не получится.

— Советую не думать о том, что тебя не касается. Алина, – он провел пальцем по моей губе, стирая остатки помады, — тебе ведь понравилось меня слушаться? Делай так впредь. Оставь мне моё. Я разберусь, – он открыл дверь. — Идем, встретим Новый Год.

Глава 14

Вслед за Демьяном вышла в зал и поправила платье.

Жарко, щеки так и горят. Стыдно, я готова была к…этому чертову сексу и плевать мне на Новый Год. А Демьян так невозмутим, словно ничего не случилось.

Он поправил галстук.

На его пальцах мой запах остался, знаю, взглядом проследила, как он сунул руки в карманы и усмехнулся, глядя на сцену.

С неохотой перевела глаза.

Моя сестренка.

Стоит перед гостями с бокалом шампанского и вещает в микрофон: