Девочка из прошлого - Слава Доронина

Питер слетаете? Это даже не переезд и не просьба бросить работу и стабильность, к которой ты всегда так стремилась. Но поехать вместе со мной в отпуск и провести время в родном городе — почему нет? Поживём на даче у родителей. Там воздух, простор для мелкого. Я ни на чём не настаиваю и не подталкиваю тебя ни к каким решениям, но отец идёт мне навстречу, а я не хочу упустить свой шанс. И тебя оставлять не хочу.

Иногда кажется, что Илья умелый манипулятор. Издалека начинает, мягко стелет, никогда не идёт напролом и всегда предоставляет право выбора. И мне это очень нравится. Он создаёт иллюзию, что я сама принимаю решение, хотя уже, наверное, и билеты на всех троих заказал, и с жильём порешал вопросы.

— Симу возьмёте, она будет очень рада полететь с вами. Помнишь, вы в прошлый раз её брали, когда ты домой летала? Она потом ещё долго с восторгом о Питере отзывалась.

— А ты умеешь вести переговоры, да?

— К тебе у меня всегда нестандартный и индивидуальный подход, — смеётся Илья. — Ну так что? Я покупаю билеты? Мы, как и собирались, погуляем по городу, в любимые места сходим. С Москвой у нас не заладилось, так хоть дома оторвёмся. А если повезёт, то в Карелию к другу моему на день рождения вырвемся на пару дней. С родителями тебя познакомлю.

Вот с родителями я бы пока не торопилась. Вдруг они сочтут меня неподходящей партией для их сына?

— Я сначала спрошу у Симы, сможет ли она полететь с нами, а потом буду принимать решение, хорошо? Она и так почти неделю с Тимом одна. А меня ещё даже не выписывают.

— Блин, Наташка. — Илья скользит взглядом по моим губам, когда я растягиваю их в лёгкой улыбке.  — Я бы тебя закрыл у себя в квартире и никуда больше не выпускал. Честное слово. Но ты же маленький пугливый заяц...

Илья приближается ко мне, касается губами щеки. Его дыхание обжигает кожу, а потом он впивается в мои губы настойчивым поцелуем. Я пытаюсь найти в себе хоть каплю желания, чтобы ответить ему с такой же искренностью, когда в палате появляется медсестра и прерывает нас.

— Я буквально на пару минут. Сделать укол, — говорит девушка, и Илья, усмехнувшись, отпускает меня.

Часто вспоминаю свою растерянность, когда узнала о беременности. Я тогда много плакала. Из-за гормонов, от отчаяния, что осталась одна, а Динар так жестоко обошёлся со мной и не искал больше встреч, не пытался ничего выяснить обо мне. Казалось, если он узнает, что я жду от него ребёнка, то попросит вернуться, разведётся с Катиной, и между нами всё будет как прежде. Какая же я была глупенькая... Такие, как Динар не меняют своих решений. Однажды мою истерику застал Илья. На эмоциях я ему обо всём рассказала. Он успокоил меня и заверил, что будет рядом. И в отличие от Асадова, сдержал слово. Через пять месяцев я родила прекрасного мальчика и долгое время не задумывалась о личной жизни. А теперь понимаю, что пришло время навёрстывать упущенное. Мне приятны забота помощь/внимание и поддержка Ильи, нравится, что он стремится взять часть моих забот на себя. И что самое главное — не давит и не торопит ни с какими решениями. А Динар… Он не просто разорвал контракт с Градским и улетел, а забил ещё один гвоздь в крышку гроба с моими чувствами.

Я не уверена, что вернуться в Питер — хорошая идея, и в глубине души надеюсь, что Илья перегорит. Но побывать в родном городе очень хочу. Я давно не была на могиле у родителей, дом в Гатчине необходимо привести в порядок. Заодно сделать заграничный паспорт для Тимура, чтобы мы смогли полететь в Мюнхен.

Из больницы меня выписывают на пятые сутки. Плечо ноет, но в целом я чувствую себя так, будто ничего не произошло. Мы с Ильёй возвращаемся домой поздним вечером. Я заранее прошу Симу не укладывать Тимура спать, и сынишка, увидев меня в детской, бросается мне на шею. Просит больше не уходить так надолго и жалобно плачет. Сердце сжимается в груди от его слёз, и я плачу вместе с ним, обещая, что больше такого не повторится. Мало того, что я слетала впустую, премию не получила, с лестницы упала, так ещё и Сима добивает меня словами, что сын очень тосковал и даже приболел в моё отсутствие.

Постепенно жизнь возвращается в привычное русло, и мне даже кажется, будто наша встреча с Динаром после долгой разлуки — плод моего больного воображения. А ещё я стала чаще обычного ловить себя на мысли, что Асадов имеет право знать о сыне, вот только где гарантии, что попытка сообщить ему об этой новости не обернётся для меня непредсказуемыми последствиями и я не пожалею о принятом решении?

— В тебе что-то изменилось после возвращения из Москвы, — замечает Яна, когда я появляюсь в офисе.

— Правда? И что же?

— Ты всё время ходишь задумчивая. Что случилось? Только не говори, что это из-за того контракта, который вы упустили. Витя мне весь мозг выел, что лишился выгодного сотрудничества. Всё пытается понять, где допустил ошибку. Но ты же явно не о контракте думаешь?

— Илья предлагает мне поехать в Питер. Я немного переживаю, как Тим перенесёт поездку.

Яна разглядывает меня озорным взглядом.

— Да нормально перенесёт. Что ты как наседка? Тем более вы с ним как-то летали домой, и всё было хорошо. А с Ракитиным у вас что? Так и ходит вокруг да около? Когда уже решится на серьёзные шаги? Жуть как хочется на чьей-нибудь свадьбе погулять.

— Замуж пока не звал. Так что наряды можешь не приглядывать. Если вдруг позовёт, тебе первой сообщу.

Но лучше бы Илья не торопился ни с какими громкими заявлениями. Я хочу быть уверена в том, что принимаю правильное решение, а появление Динара разбередило душу. Так хочется с кем-то поделиться всем, что произошло в Москве, своими сомнениями насчёт Асадова. Я устала таскать эти тяжёлые камни за пазухой. И Яне ничего рассказать не могу. Виктор ведь из-за меня выгодный контракт потерял.

Вечером за мной заезжает Илья и предлагает погулять в парке