Зависимый-2. Я тебя верну - Элена Макнамара

мы занимаемся йогой в спорткомплексе. А теперь Алисе пришлось сказать ему, что мы на весь день пойдём гулять в торговый центр, потому что её мама, то есть я, до сих пор не выбрала платье. А ведь день рождения мужа уже в это воскресенье.

Но самым большим потрясением стало то, когда прошлым вечером за ужином, Алиса усадила нового плюшевого медведя на соседний стул. У дочки полно игрушек, но почему-то именно подарок Спартака стал особенным.

Андрей, к счастью, никак не прокоментировал наличие игрушки за столом. Он со мной не разговаривает, выбрав позицию обиженного на весь мир. Его задело то, что я пялилась в телевизор, пока там показывали Спартака. И теперь муж решает вопросы со мной через Алису. Очень по-взрослому, чёрт возьми!

Хотя этой ночью он всё-таки пришёл в спальню и лёг рядом. Долго молчал, разглядывая потолок, а потом произнёс стальным голосом:

— Что бы ты там себе не навыдумывала, ничего не выйдет, Тась. Ты — моя жена. Алиса — моя дочь! Вы обе — мои! Не строй воздушных замков. Я с лёгкостью их разрушу.

Сейчас, когда мы с Алисой в спешке купили платье… то, красное, которое я уже примеряла несколько дней назад… и покидаем торговый центр через задний выход, слова мужа всё ещё звучат в моей голове.

Мне кажется, что Андрей знает о каждом моём шаге. И просто позволяет немного поиграть в самостоятельность. А потом мои замки действительно рухнут, и случится что-то ужасное.

Андрей стал очень скрытным. Захар больше не появлялся в нашем доме. Глеб тоже не выходил со мной на связь. Но ощущение, что за мной постоянно наблюдают, не отпускает ни на секунду. И вчера в парке, и сегодня утром в школе Алисы, и потом в торговом центре…

Даже когда мы с дочкой едем в маршрутке, мне кажется, что как минимум трое мужчин наблюдает за каждым нашим шагом. Один из них выходит на нашей остановке, и моё волнение усиливается.

Зачем я это делаю? Зачем везу Алису к Спартаку? Зачем вновь заставляю врать?!

Словно собственноручно рушу её размеренную жизнь… Ведь я с самого рождения старалась огородить дочку от всего, что могло причинить ей боль. А теперь поступаю нелогично. Будто и правда вновь подчинилась Глебу, как раньше подчинялась всей команде чемпиона…

— Мамочка, почему мы так бежим?

Алиса запыхалась. С трудом успевает перебирать своими маленькими ножками, чтобы поспеть за мной. Всё это время я шла быстро и тянула её за руку, стараясь оторваться от того подозрительного мужчины из маршрутки.

Обернувшись, нигде не нахожу его взглядом, и мне тут же начинает казаться, что я сама себе всё придумала. Сбавляю шаг и с улыбкой говорю дочери:

— Это у нас с тобой пробежка сейчас была. Разминка перед тренировкой…

В её глазах появляется сомнение, и взгляд вновь становится очень взрослым и вдумчивым.

Я поспешно отворачиваюсь и вновь смотрю вперёд. Нужный дом всего в нескольких метрах, и мы доходим до него размеренным шагом. Подойдя к подъезду, нажимаю на верхнюю кнопку на панели. Буквально через мгновение щёлкает замок, и я распахиваю дверь.

— Я же не взяла свою форму! — вдруг спохватывается Алиса, когда мы поднимаемся на третий этаж.

— Она тебе не понадобится, — успокаивающе сжимаю её руку.

Сегодня я намеренно надела на дочку спортивный костюм, потому что брать сменную одежду в торговый центр было бы ну очень глупо. Наш водитель вряд ли стал бы задавать вопросы, но мне не хотелось привлекать к себе никакого лишнего внимания. И всё должно было выглядеть вполне обыденно. Иван высадил нас возле входа в центр и должен вернуться, чтобы забрать, лишь по моему звонку. Когда мы якобы нагуляемся и устанем.

Когда преодолеваем последний лестничный пролёт, замечаю Спартака. Он встречает нас возле двери в квартиру. Ту самую, до которой я так и не дошла, увидев мужчину сразу с двумя девушками. И похоже, он заметил меня тогда…

Что он подумал?

Что это была ревность? Что это она заставила меня убежать?

Надеюсь, Спартак не считает, что между нами хоть что-то возможно? Да, у нас с ним общая дочь, но на этом всё. Больше нас ничего не связывает!

— Здравствуйте, — смущённо здоровается с ним Алиса, когда мы переступаем порог квартиры.

— Привет.

Спартак опускается на корточки, намереваясь помочь дочке снять обувь. Пока развязывает шнурки на её кроссовках, поднимает взгляд вверх и смотрит мне в глаза.

— Здравствуй, Тась.

— Да… привет, — нервно облизываю пересохшие губы, стараясь не смотреть в бездонные глаза чемпиона.

Там можно утонуть… Я сто раз тонула в них раньше.

Неуверенно переминаюсь с ноги на ногу. На сгибе моего локтя болтается пакет с новым платьем, а я совсем позабыла об этом. Стягиваю пиджак с плеч, и пакет неминуемо падает на пол.

Спартак поднимает его с пола, вертит в руках, потом протягивает мне.

— Что это? — спрашивает, всё ещё сжимая край бумажного пакета в пальцах, даже когда я уже хватаюсь за ручки.

Не хочу отвечать. Любая моя случайная оговорка может привести к тому, что всё же выяснится, кто мой муж. И тогда нам с Алисой лучше быть подальше отсюда.

— Да так… Мы были в торговом центре, — бросаю непринуждённо.

— Мама купила новое платье, — внезапно заявляет Алиса. — Она в нём очень красивая.

Дочка уже самостоятельно сняла куртку и без стеснения проходит из просторной прихожей в гостиную.

— Что ж… платье, — выдыхает Спартак, отпуская пакет.

Мужчина как-то немного растерянно проводит пятернёй по коротким волосам на макушке. Его вмиг потемневший взгляд скользит снизу вверх по моей фигуре, лицу. Задерживается на губах… А потом Спартак резко разворачивается и уходит вслед за Алисой.

Оставив пакет с платьем в прихожей, тоже прохожу в гостиную. Она оказывается очень просторной и светлой. У дальней стены стоит огромный кожаный диван кремового цвета. Перед ним большая плазма на низкой тумбочке. И пушистый ковёр на полу, тоже кремовый. Это всё, что есть в комнате. Спартак всегда любил минимализм, и я вижу,