Жестокая нежность. Макс: сын как отец - Ирина Гутовская

любимой, единственной и неповторимой для своего мужчины. Видимо, моей любви на нас двоих недостаточно… — Вика вырвалась, толкнув меня в грудь.

— Прости. На этом всё, — добавить здесь нечего.

— Страсти поутихнут, а что останется в итоге… — усмехнулась нервно. — Верно: останется повседневность — семья, общий быт, дети…

— Не мучай себя бессмысленным пустым разговором, — утомило уже.

— Ладно, я уйду и никогда не потревожу, — она вытерла лицо от слёз. — Ребёнка рожу и воспитаю сама, такой отец, как ты, нам не нужен.

— Какой ребёнок? — нихрена не понимаю.

— Я беременна. Не успела обрадовать новостями… хотя едва ли это волнует тебя…

Глава 18

— Стой! — я догнал Вику, пока не ушла, и, схватив за локоть, развернул к себе лицом. — Какой ребёнок? Что за бред ты несёшь? — «и как бы, между прочим, сообщила об этом при расставании» — совпадение? Не думаю.

— Наш с тобой малыш, Макс. Не веришь? — она заметно занервничала. Это кажется странным, вызывает вполне обоснованные подозрения — врёт и выкручивается на ходу.

— Пытаешься удержать несуществующей беременностью? — именно таким образом выглядит ситуация.

— Я ответила: нам ничего от тебя не нужно — справлюсь без твоей помощи. Ты сделал свой выбор. Будь счастлив! — её голос дрожит и выдаёт взволнованное состояние.

«На жалость давит?» — нет, не куплюсь на эту излюбленную некоторыми женщинами хитрую, глупую уловку. Убедиться во всём проще простого, и знаю, к кому конкретно обратиться, чтобы и тут никто не обманул, не ввёл в заблуждения, подсунув «липовое» заключение.

А кое-что интересует сейчас:

— Объясни — как это вообще возможно? У нас не было незащищённого секса.

— Не было? — усмехнулась. — Да ладно. Вспомни, как часто презервативы рвались на твоём нескромном «XL»-размере.

— Ты же дополнительно предохранялась таблетками.

— Два месяца не пью «противозачаточные», я же не готовилась к тому, что за три недели до назначенной даты свадьбы бросишь меня…

— Спрашивать моё мнение не пробовала? — сжал Вику за плечи и тряхнул несколько раз. — Решила за нас двоих! Тебе хорошо известно: в ближайшее время детей в моих планах нет.

— Семья без детей — не семья. Хотела как лучше… и не думала, что ты откажешься от своего ребёнка… Впрочем, уже неважно, — она снова заплакала.

— Почему тогда тянула, раньше не рассказала? Вчера, например, в качестве подарка на день рождения, объявила бы радостную новость за праздничным столом, в присутствие моих родственников. Чем не идеальный повод? А в данный момент ситуация напоминает способ добиться желаемого любыми путями.

«И ко всему прочему Виктория употребляла алкоголь — это, как минимум, странно и крайне неправильно для женщины, которая допускает мысль, что может находиться в положении и мечтает стать матерью» — хотя об этих сомнениях пока умолчу.

— Недельная задержка «месячных», только сегодня тест сделала, поэтому не успела сообщить раньше, для меня это тоже неожиданность, — она вцепилась в мою рубашку, сминая ткань.

Ну-ну… Наверное, какой вопрос не задал бы, на каждый аргумент найдётся оправдание, а по удивительному стечению обстоятельств больше недели до вчерашнего дня мы не виделись, и я понятия не имею — были ли у неё «женские мероприятия» в этот период.

— Я похож на идиота? Если рассчитываешь, будто поверю на слово, то сильно ошибаешься. Беременна ты или нет — выясним у врача. Завтра сходим на приём вместе, а я всё проконтролирую… Посмотрим, как потом запоёшь, — отстранился, аккуратно оттолкнув Вику.

Пора заканчивать бессмысленный разговор. Надоело…

— На аборт не соглашусь! И не надейся! — сорвалась на крик. — Ещё добавь, что малыш не твой…

— Об этом я не говорил и от ребёнка не собираюсь отказываться, буду принимать участие в его воспитании, помогать вам — если ты, действительно, в положении. Но учти: даже если беременность подтвердится — это ничего не значит и ничего не изменит. Признать своё отцовство признаю, ответственности с себя не снимаю, а вот жениться на тебе — никогда не женюсь. Смирись с этим. И тысячу раз подумай, стоит ли лгать далее, всё равно узнаю правду.

— Макс, пожалуйста, не бросай меня… — беззвучные слёзы текут по её щекам. — Чем она лучше? Что может дать взрослому мужчине? Эта девушка — эмоционально незрелая легкомысленная особа, без опыта, жизни не видевшая толком.

— Тину не впутывай в это, и не заставляй повторять причины расставания.

— Хочешь, давай возьмём паузу? — тут же предложила. Смотрит с надеждой. — Да, так бывает: ну повёлся ты на молодую девицу — привлекла, заинтересовала, тянет тебя непреодолимо, не в состоянии совладать с собой… — шумно выдохнула. Затем продолжила: — Зачем окончательно разрывать наши отношения? Ведь наиграешься с ней, остынешь и угомонишься. Пожалеешь, да будет поздно… а я не вернусь…

— И не надо возвращаться — обратно не позову, сам тоже не приду и на коленях не стану умолять начать всё заново, — утомило слушать чушь. — Вик, хватит терзать себя. Встретимся завтра. Я позвоню позже и скажу, в какую клинику нужно будет подъехать на обследование. Пока, — решительно направился в сторону машины.

В одном она права: между мной и Тиной не разовая интрижка, происходящее не поддаётся логичным объяснениям и правилам, это нечто на высшем запредельном уровне эмоций, чувств и ощущений, чему невозможно сопротивляться — магнетическое притяжение.

— Макс, останься… — прозвучал сзади отчаянный голос теперь уже бывшей невесты.

Обернувшись назад, покачал головой:

— Прости… и забудь… — едва ли эти слова успокоят и избавят от душевной боли. Здесь я бессилен.

Виктория не заслужила страдать по моей вине, хотя по-другому поступить тоже не мог. Честно, старался сгладить «острые углы» — как получилось, так получилось…

Иначе взглянул на всё, увидел её истинное лицо — то, что казалось искренностью, было не более чем маской притворства. Два года она играла выбранную роль, всего лишь пыталась подстраиваться под обстоятельства, по факту — не принимала предложенные условия и, молча, соглашалась, рассчитывая, как однажды я отвечу взаимностью. Терпела. Мучилась. Ждала кардинальных перемен.

Понимаю, за любимого человека стоит бороться разными методами, но это перебор.

Ради того,