Миллионер без гроша и серая Мышка - Аля Кьют

– Офигеть, – выдохнул я, откидываясь назад на стуле и рассуждая вслух. – Можно ведь совместить – половину смены курьером, а потом на такси. Или через день.

– Хозяин-барин, – подтвердила Ника, усмехнувшись. – Глаз твой немного получше, но все равно фотку лучше обработанную грузи.

– Мышь, ты гений.

Я вскочил и поцеловал ее смачно в щеку, крепко обнял.

– Да знаю, знаю, – отбивалась от меня Ника, смеясь. – Телячьи нежности. Какой ты приставучий, Война.

Мышка корчила из себя брезгливость, но сама опять покраснела и опустила глаза, смущаясь. Боже, как же мне нравилось ей нравиться и смущать тоже. Смущать даже больше.

Будь у меня чуть меньше совести и чуть больше времени, я бы уже уложил ее в постель. Но не нужно портить ее добрые намерения похотью.

Допив кофе одним глотком, я помчался собираться, чтобы успеть в ванную до Маши. Мы столкнулись, когда я выходил, и ей тоже досталось немного моего восторга.

– Я буду таксистом, – почти прокричал я в сонное лицо Маши.

– Угу, прям карьеру сделал, – ответила она мне без энтузиазма и просочилась в ванную.

Вечером, возвращаясь со смены, я искренне полагал, что скоро будет больше денег и свободного времени. Зря.

Меня приняли в такси по той же схеме, через тот же сервис. Теперь я мог взять машину в аренду на сутки и заработать уж точно больше, чем мотаясь по городу, как бешеная собака на метро и автобусах.

Но не тут-то было. Почему-то аренда, бензин и проценты сервиса сжирали чуть ли не половину всего заработка. Ко всему прочему я регулярно вляпывался в пробки и не успевал на быстрые подачи к адресу. За это срезалась оплата. Почти как в курьерской, где у меня тоже было лимитированное время на доставку.

Сказывалось отсутствие опыта и незнание специфики работы. Пока я просек, что на смену лучше выходить утром и вечером, а днем курьерить, прошла неделя. За это время я с трудом накопил две тысячи и сразу решил отдать их Нике.

Это был вторник. Домой моя соседка пришла еще позже Маши. Во вторник и четверг Мышка куда-то уезжала на весь день. Я клевал носом уже в девять, но дождался ее на кухне и отдал проклятые две тысячи.

– Что это? – поинтересовалась уставшая, но какая-то особенно светлая сегодня Ника.

– Часть денег за квартиру. Прости, что мало, но…

Мышка махнула рукой, отпуская мне грехи:

– Да я понимаю, Дим. Отдашь, как сможешь. Это тоже хорошо. Могло и не быть совсем. Ты меня выручил.

Я приподнял бровь.

– Сомневаюсь, что я тебя. Ты даже не представляешь…

– Уж точно не представляю, какие у тебя причины быть здесь сейчас, – рассмеялась Ника. – Лучше не представлять такие вещи. Как тебе в такси, кстати? Мы почти не общаемся теперь.

– В такси дерьмово, но вроде лучше, чем без него. Я бы, наверное, согласился убить, чтобы отдать тебе остатки долга. Ощущение, что честным трудом почти невозможно накопить больше пары тысяч.

Мышка встала и налила нам чай. От горячего меня развезло, и я продолжил откровенничать.

– Понятия не имею, как бы я жил без тебя. Отдать пятисотку за хостел, чтобы прожрать все остальное…

– И стирать каждый день носки, – подметила Ника.

– Адский сценарий, – согласился я. – Ненавижу стирать.

Съев маленькую печенинку из вазочки, Ника хлебнула чая и сказала:

– Убивать никого не надо, Дим. Если тебе нужна разовая подработка, я могу устроить. Несколько часов – и у тебя в кармане пятерка. Но придется иметь дело с дерьмом.

– Ты возьмешь меня в то секретное место? – догадался я. – Серьезно?

– Никакого секретного места нет.

– Конечно, просто ты уходишь на весь день и ничего не рассказываешь.

– Ты бездомный скиталец, Война. С чего мне выворачивать перед тобой душу? – прищурилась на меня Мышь.

Я поднял руки сдаваясь:

– Шах и мат.

Ника встала из-за стола, забрала мою пустую чашку и вымыла вместе со своей.

– Пошли спать. У меня голова гудит от транслейта. Завтра к трем приезжай на Автозаводскую. Все расскажу и покажу.

Я закивал, как болванчик. Странное воодушевление и любопытство взбодрили. Я с трудом уснул в эту ночь. Ника даже утром ничего мне не сказала. Я с трудом дожил до обеда, таксуя. В три часа дня мы встретились в центре зала на Автозаводской.

Глава 9. Шоколад

Я увидел Нику и впервые в жизни испытал странный коктейль из чувств: тревога, возмущение, удивление и возбуждение до кучи. Она выглядела очень круто в своей легкой короткой курточке и брючках в обтяжку. На ногах у нее были милые ковбойские сапожки. Она словно ворвалась в московский метрополитен через портал из Техаса.

Мне нравился Техас. Я бывал пару раз в Остине, любил кантри и всю культуру безбашенного американского Юга. Но в реалиях поздней российской осени Ника выглядела более чем легкомысленно. Хоть и привлекательно до ужаса.

– Что на тебе надето! – не выдержал я и выпалил вместо «Здрасти».

– Слишком нарядно для тебя, мой бомжеватый сосед? – не осталась она в долгу.

Я никак не мог перескочить на юморной настрой и продолжал возмущаться.

– Ника, это не смешно. Ты замёрзнешь.

– Бегом до остановки – пять минут. Я закаленная, – невозмутимо заявила она. – Ты идешь? Или будешь стоять здесь и выяснять номер моей мамы, чтобы накапать, что я без шапки.

Она протянула мне руку, и я сжал ее пальчики в ладони. Вроде бы жест был дружеский, но я как обычно завелся от ее прикосновения и близости. Эта девчонка все время будоражила меня своими импульсивными нелогичными поступками. Будь я в своем нормальном положении, то уже сто раз бы ее отругал за глупости, а может и отшлепал бы.

Мечты, блин.

Но пока все Мышкины глупости были мне во благо, поэтому я молчал, как подлый скунс. Насчет одежды тоже пришлось заткнуться,