Ребенок на спор (СИ) - Богда Ксения

– Далеко собралась?

– К Насте надо, там мама одна.

– Я с тобой спущусь.

– Зачем?

Напрягаюсь, а сердце волнительно замирает в груди.

– Познакомлюсь с дочерью.

– Эм… – Нервно заправляю прядь волос за ухо и отступаю. – Не думаю, что это хорошая идея.

– Это почему? – Глаза Дениса сужаются и превращаются в щелочки. – Запретишь общение с дочерью?

И так это звучит, как претензия, что не успеваю обдумать следующие слова.

– Помнится, ты боялся даже плача ребенка, а тут прям сразу готов стать отцом?

– Когда это?

– Когда приехал, той девушкой с коляской была я. Вспомни, что ты сказал?

– Ну так я же не думал, что это ты с моей дочерью.

Снова сокращаю расстояние между нами и упираю палец в его твердую грудь:

– Это моя дочь, Денис. Только моя. А если ты думаешь, что после всего, что ты наговорил, я просто возьму и приведу тебя к дочери, то ты плохо меня знаешь. Настя плачет, капризничает, ходит в туалет и даже орет. Громко. Так, что порой уши закладывает. А ты всего этого очень боишься.

– Неправда! – рявкает Денис.

– Очень даже правда! Я помню каждое слово в наш адрес.

Меня подкидывает от злости на него. Эта злость обрушивается словно лавина и поглощает под собой все. Меня жутко бесит, что он думает, что все так легко и просто: появился, выяснил правду – и все. Все как раньше.

– Черт, тогда какого хрена ты позволила тогда с вами побыть? Вечером?

Удивленно моргаю:

– Потому что Настя спала и плохо себя чувствовала. И если бы я устроила разборки с твоим изгнанием из квартиры, я бы хуже сделала ребенку.

Обхожу Дениса, но он хватает меня за руку и дергает обратно. Возмущенно пищу, пытаюсь вырваться.

– Куда деньги на операцию перевести?

Как кувалдой по голове получаю.

– Что?

– Деньги. Триста тысяч. Куда?

– Не…

Затыкаюсь. Потому что надо! Очень надо и я с этим уже не могу поспорить. Прикрываю глаза и делаю глубокий вдох.

– Это ничего не изменит, и я все верну.

– Конечно вернешь, лисенок.

И почему мне кажется, что сейчас он совсем не о деньгах? Но я отгоняю от себя ненужные мысли. Диктую номер счета.

Денис что-то делает в телефоне.

– Готово. Проверяй.

Тут же приходит сообщение о пополнении счета на триста тысяч.

– Я верну, – не веря своим глазам, шепчу.

Денис угукает, и мне кажется, что о чем-то задумывается. Я уже собираюсь воспользоваться случаем и по-быстрому смотаться. И уже даже делаю шаг, предвидя скорый успех. Но стальная хватка на запястье тормозит мой порыв. И не успеваю пискнуть, как меня впечатывают в грудь и затыкают рот жестким поцелуем, от которого голова кругом и ноги слабеют.

Стискиваю пальцы на футболке Дениса и боюсь дышать. Как же давно я не ощущала его губ! Как же, оказывается, соскучилась по ним.

Денис

Держу в руках своего лисенка, и даже не верится, что это все не сон. Что губы ее настоящие. Стараюсь держать себя в руках, но эти самые руки грозят раздавить Алиску. Сильнее вжимаю ее в себя и углубляю поцелуй.

Мать его, как же мне ее не хватало! И сейчас, когда она так близко, я просто боюсь потерять рассудок. Внутри все ходуном, и мысленно я пытаюсь себя одернуть, как-то уменьшить напор. Вот только не могу. Это выше меня.

Я дорвался до своей девочки и теперь вообще не хочу ее отпускать. Хочу наплевать на то, что она упирается и не хочет знакомить меня с дочерью. Плевать на это! Мне просто нужно время показать ей, что я хочу снова быть с ней.

С ними.

– Лисенок, – непослушными губами шепчу, с трудом отрываясь от таких сладких губ, – давай…

Меня прерывает громкий звонок ее телефона, и Алиса вздрагивает. Ее затуманенный взгляд тут же проясняется.

Вырывается из моей хватки. Щеки так мило краснеют. Прячет взгляд, словно боится посмотреть на меня и снова потерять контроль. А мне, наоборот, по кайфу было бы.

– Да, мам. – Голос хриплый.

Грудь резко вздымается. Да я и сам как будто не один километр пробежал. Сердце грохает о ребра, в ушах шум. Держусь, чтобы не начать скалиться как идиот. Потому что где-то на подсознанке чувствую, что все это только начало нашего пути и еще придется доказывать, что я достоин их. Достоин быть рядом.

– Да, мамуль. – Алиса старается говорить ровно, но я ощущаю вибрацию в ее голосе. – А, да, сейчас прибегу. Да я тут…

Замолкает и бросает на меня беспомощный взгляд. Я только хмыкаю и пожимаю плечами.

Она закатывает глазки и быстро облизывает губу, а мне снова хочется впиться в ее рот.

Трясу головой. Это фиговая затея, по крайней мере, сейчас.

– В общем, сейчас буду.

Сбрасывает и, не смотря мне в глаза, начинает суетиться.

– Мне пора, там маме… эм, надо в магазин с папой. А Настя…

– Иди. – Не могу скрыть улыбки от ее смущения.

Щеки Алисы горят факелом, и мне это нравится. Доставляет удовольствие, потому что понимаю, что она не так равнодушна, как хочет показаться.

Лисенок выбегает от меня, оставляя после себя легкий аромат парфюма, который я вдыхаю полной грудью.

Одно я решил точно: она будет моей. Снова. Я верну ее!

Алиса

Прислоняю ладони к горящий щекам и зажмуриваюсь. Возле своей двери пытаюсь взять разбушевавшееся тело под какой-то минимальный контроль. Но все попытки летят к чертям.

Я просто не могу взять и выдохнуть. Выкинуть из головы наш поцелуй с Денисом. Меня потряхивает от осознания, что все это только что произошло в реальности, а не в моих фантазиях. Только в моих фантазиях я отталкивала Дениса и врезала по его лицу за то, что он со мной сделал. Гордо уходила, а не сматывалась на трясущихся ногах. Но и я думала, что спор был на меня, а не вот это вот все, что мне поведал Денис.

Захожу в квартиру. Мама бросает на меня вопросительный взгляд. Я пытаюсь не покраснеть еще больше и не вогнать себя в яму еще глубже.

– Ты где была?

– Денис дал деньги на операцию, – выдаю на одном дыхании, только чтобы мама не продолжила расспросы.

Мама моргает, словно не верит своим ушам, и прижимает руки к груди.

– Дочка, это же прекрасно! – Подхватывает Настю на руки и счастливо улыбается. – Слышала, Настен? Твой папа помог нам.

– Мам, – возмущенно шиплю и тут же прикусываю язык под суровым маминым взглядом.

– Что мама? Ты собираешься скрывать их друг от друга?

– Нет, просто…

Замолкаю. Просто что? Просто я пока не готова видеть их вместе? И боюсь, что Денис не справится?

– Что просто, Алис?

– Тебе, кажется, нужно было срочно в магазин? – бурчу я и стягиваю футболку, проходя мимо мамы в спальню.

От нее исходит слабый аромат Дениса, и я не в силах спокойно ощущать его на своей одежде.

– Алис, так что там с Денисом?

– А что с ним? Просто, мне кажется, он не готов ко всему этому.

Мама громко фыркает:

– А ты думаешь, папа был готов? Хоть ты и была желанным ребенком. Знаешь, Алис, даже мы, матери, не готовы ко всем прелестям материнства, а мужчины и подавно. Просто не руби сплеча, он помог, это же что-то значит.

Молчу о первой реакции Дениса до того, как он увидел Настю и признал ее. Маме ни к чему это все знать.

– Хорошо, хорошо, иди ко мне, моя сладкая булочка. – Забираю дочь у мамы и прижимаю к себе.

Вдыхаю ее запах, и мне сразу становится так хорошо и спокойно.

Дочь кладет ладошки мне на лицо и улыбается. Смотрю в бегающие глазки, и сердце сжимается от боли за свою малышку.

– Скоро твои глазки будут видеть хорошо.

Прижимаюсь щекой к ее пухлой щечке, и Настя фыркает.

– Все, я убежала, если что, звони. Мы сегодня дома побудем, если ты не против.

– Конечно, не против, давно уже твержу, чтобы вы отдохнули. В театр бы сходили.

– Ой, да вытащишь отца. Не удивлюсь, если он сегодня меня потащит к вам опять.

Смеюсь под хлопок двери и качаю головой.

Обожаю родителей и мечтаю о такой семье. Но вот после всего, что между нами с Денисом произошло, реально ли нам наладить отношения? Да и вообще, с чего я взяла, что Денис захочет быть со мной? Он же говорил только про дочь и общение с ней.